ИЗ КНИГИ КИРИЛЛА РОМАНОВСКОГО «ВОСЕМЬ ЛЕТ С „ВАГНЕРОМ“» (М.: АСТ; ЛЕНИЗДАТ, 2024):
И укропы объявляют перемирие, обмен пленными, длится оно где-то неделю-две, стрельба запрещена. Особенно для меня как командира тяжелых стрельба из крупного калибра запрещена.
Я говорю:
– Какого калибра можно?
– Ну, 7,62 максимум, короче.
– Можно хоть с ПМа застрелиться?»
ФОТО: Kremlin.ru
Ангела Меркель, Владимир Путин и Франсуа Олланд. Москва, 6 февраля 2015 года
Маленькая ремарка для понимания: именно на замороженную фазу конфликта в 2015–2017 годах приходится первый приток бывших ополченцев ДНР и ЛНР, а также российских добровольцев, участвовавших в горячей фазе конфликта, в состав воевавшей тогда в Сирии ЧВК «Вагнер». В личных беседах «музыканты», заставшие период заморозки конфликта в Донбассе, отмечают одни и те же причины перехода в компанию. А именно – невозможность отвечать противнику, особенно в присутствии сотрудников ОБСЕ, вынужденное ожидание на позициях под прямым обстрелом без возможности парировать усиление ВСУ на позициях.
В 2017 году в составе «Оркестра» даже появилось отдельное штурмовое подразделение, костяк которого составляли уроженцы Донбасса, прошедшие путь в ополчении: отряд «Карпаты», позднее переформатированный в 7-й штурмовой отряд ЧВК «Вагнер».
ФОТО: Пресс-служба президента Украины
Владимир Зеленский принимает партию военной помощи от стран – членов НАТО: ракетные комплексы Javelin, NLAW и Stinger
ИЗ КНИГИ КИРИЛЛА РОМАНОВСКОГО «ВОСЕМЬ ЛЕТ С „ВАГНЕРОМ“» (М.: АСТ; ЛЕНИЗДАТ, 2024):
Когда уже бой прошел, мы смотрели ролик, как ВСУшники снимали показуху. Появилась там видеокамера, новости, и там показывают, как командир этой аэромобильной бригады бегал на корточках мимо сгоревших машин – там у него глаза такие были. В ответку он стрелял из гранатомета в нашу сторону, ну просто постанова. Но мы уже не стреляли, потому что обээсешники приехали. И стоит срочник, он с АКСУ стреляет в амбразуру, причем лицом он смотрит в стену, в окошко. Стреляет с «Ксюхи», ее клинит, он ее бросает, достает ПМ и стреляет дальше. И вот это они по телеку показывают. Как раз про „нападение 200 чеченцев“. Вот так они отразили это „нападение“.
В связи с тем, что мы разворотили им позиции, они вывели всю технику с нашей стороны реки. И мы, получается, ликвидировали опасность – им в случае чего заново придется форсировать мост. Для себя я знаю, что в конкретном участке, на тактическом куске мы их вытащили – мы заставили ВСУ оттуда уйти».
Формула саботажа
Однако наибольшее противодействие со стороны Украины вызвал блок политических мер, предписанный Минскими соглашениями. Выбор Донецкой и Луганской Народных Республик жить своим укладом, самостоятельно и независимо от центра в Киеве – с возможностью дальнейшего развития в связке с Россией – вообще-то был обозначен в политических пунктах «Минска–2».
Согласно этим пунктам, Киев должен был провести конституционную реформу, согласно которой предписывалась децентрализация Украины и разработка особого статуса «отдельных районов Донецкой и Луганской областей». По этому особому статусу Донецк и Луганск получали бы право на языковое самоопределение, больше прав в управлении местных администраций, право участвовать в назначении глав органов прокуратуры и судов на местах, а также возможность трансграничного сотрудничества с Россией и набора местных сил Народной милиции. После проведения местных выборов и согласованной поэтапной конституционной реформы, в результате которой ДНР и ЛНР получили бы достаточно прав и возможностей самоуправления, Украина получала бы контроль над границей между Донбассом и Россией.
Главным же препятствием для указанной в соглашениях «дорожной карты» стала, как ни прискорбно, позиция самой Украины, которая раз за разом выражала возмущение принятыми мерами и раз за разом пыталась отодвинуть, перенести или откровенно саботировать имплементацию политических мер «Минска–2». Все предложения по конституционной реформе, выдвинутые представителями Донбасса, были отвергнуты Киевом со ссылкой на их «нелегитимность», а сама Украина процесс начала конституционной реформы откровенно затягивала.
ФОТО: Пресс-служба президента Украины
Владимир Зеленский и главком ВСУ Валерий Залужный наблюдают за ходом учений «Метель–2022»
ФОТО: Пресс-служба президента Украины
Владимир Зеленский в Ровенской области
Верховная Рада неоднократно пыталась перекрутить «Минск–2» в свою сторону, настаивая на том, что сперва Донецк и Луганск (а также помогавшая им Россия, которую в Киеве считали участницей конфликта) должны передать украинским силовикам контроль над границей. Но такой шаг в условиях свернутой и отложенной реформы конституции, без новых местных выборов на территории Донбасса, которые стабилизировали бы политическое и административное положение народных республик, и без защиты, граничил бы с катастрофой. Опасения были не беспочвенны: на фоне дикой антироссийской истерии на Украине Киев мог в любой момент снова сослаться на «нелегитимность» воли ДНР и ЛНР как «самопровозглашенных образований» (в трактовке Киева – «сепаратистов») и, удерживая границу с Россией, просто вырезать жителей Донбасса под корень.
В отличие от нестабильного и неструктурированного подхода киевского политического круга и Россия, и другие участники «нормандской четверки» пытались закрепить порядок выполнения предписанных «Минском–2» мер. Именно такой попыткой стала принятая в 2019 году «формула Штайнмайера», названная по имени автора инициативы министра иностранных дел ФРГ Франка-Вальтера Штайнмайера. Согласно единой редакции документа, подписанной в том числе победившим на выборах 2019 года президентом Украины Владимиром Зеленским, вводился конкретный механизм поэтапной реализации мер Минских соглашений: сперва – проведение досрочных местных выборов на Донбассе, после чего – введение закона об особом статусе территорий и передача контроля над границей.
ФОТО: Дмитрий Астрахань
Подрыв моста со стороны позиций ВСУ на линии разграничения в Старомарьевке, 23 февраля 2022 года
Кроме того, документ и развернувшиеся вокруг него консультации предполагали очередное прекращение огня в Донбассе и так называемое «разведение сил конфликтующих сторон». Под этим термином понимался взаимный отвод подразделение ВСУ и сил Народной милиции из спорных и наиболее ожесточенных участков фронта.
В точном соответствии с поговоркой «Гладко было на бумаге – да забыли про овраги», согласованный механизм не дал желаемого результата. Верховная Рада Украины вновь саботировала продолжение политической работы по работе над особым статусом Донбасса и проведению местных выборов. Принятие «формулы Штайнмайера» вызвало массированные протесты националистических группировок и партий на территории Украины в 2019–2020 годах. Преимущественно против введения «дорожной карты» более всего протестовали на территории Западной Украины, где лидеры ультраправых украинских формирований легко могли набрать политические очки за счет раскачивания ненависти к Донбассу и шире – к России.
Надо заметить, что Москва никакого