— Прогнозировать сложно, остается только ждать, — пожимаю плечами я. — Мой аккаунт немного раскручен, таргет тоже оплачен наперед — все это добавляет нам форы. Хоть мы сменили имя пользователя и перекроили профиль, алгоритмы все равно должны сработать.
Незадачливая шутка Августа о журналистах и канале с расследованием вдруг натолкнула меня на безумную мысль: мы ведь обладаем целой кладезью весомых улик! Проблема лишь в том, что пока мы сидим в заточении, нам сложно их проверить. Но что, если подключить общественность? Журналисты снуют тут и там в поисках шокирующих материалов, а именно ими мы и богаты. Благодаря шумихе пропавшая много лет назад девушка может вновь обрести голос.
Чтобы наша теория окончательно окрепла и набрала вес, нужно подключить как можно больше свидетелей: опросить местных жителей, взять интервью у тех, кому Ланина успела стать дорога. Наша задача — напомнить людям, сколько добра одна хрупкая девушка принесла поселку, и повторно выстроить некий культ вокруг ее личности. Анфиса обладала уникальным магнетизмом, не исключено, что даже спустя время она все еще способна повести людей за собой.
Мы изучили соцсети и поняли, что раскачивать проект с нуля — бессмысленно. На привлечение аудитории уйдет слишком много времени, а действовать нужно прямо сейчас. Платформа, где я подрабатываю, конечно, не новостной портал, но там у меня много подписчиков. Быть может, кто-то из них окажется репортером, а кто-то неравнодушным адвокатом. Одни могут начать копать в правильном направлении, другие — подключить нужных людей.
На аватарку мы поместили фото Анфисы — взяли одно из тех, что сохранилось на пленке, а информацию «о себе» заполнили на основании тех данных, что удалось выведать от общих знакомых. Сам блог мы назвали «Всплыть со дна в поселке Воровского» — очень говорящее название. Да, охотники за горячими стримами не получат от цифрового призрака интимных откровений, но мы приготовили для них нечто иное: серию постов, которая имеет все шансы превратиться в сенсацию. Все манипуляции мы осуществили через зашифрованный трафик и случайные точки мира.
Используя цепочку прокси, с анонимного телефона Августа мы делаем пересылку послания в группу «Подслушано Воровского» — со времен появления интернета этот чат живет особенной жизнью. Новости и сплетни, попавшие туда, в миг разлетаются по округе.
— Ого, — присвистывает Август. — Кажется, дело пошло! Они припоминают не только выходные движухи, но и даже вкус печенья, которое Анфиса им пекла в качестве награды.
— Дай-ка глянуть! — Вскакиваю с места и в два прыжка настигаю Голицына. Подхожу вплотную, мне нужен его телефон.
Он, негодник, тут же вздымает руку над головой, и аппарат уносится прочь из зоны моей досягаемости. Я знаю, что действия Августа — провокация, но все равно ведусь на эту уловку: делаю шаг вперед, вторгаюсь в его личное пространство. Тут же чувствую, как напрягаются его мышцы. Подпрыгиваю, висну у него на локте, а он в качестве обороны применяет запрещенный прием — щекотку. Слегка пробегается пальцами по ребрам — я тут же прыскаю со смеху, скукоживаюсь и подаюсь вперед. Оказываюсь прижата к нему.
Теперь мы находимся в непосредственной близости, обе мои руки застывают на его торсе в нерешительности: то ли пощекотать в ответ, то ли цапнуть когтями как следует. Его дыхание резко замедляется. Мое — тоже. Тепло его тела, озорной взгляд и учащенное биение сердца заставляют меня перенестись в прошлое, когда подобные шалости традиционно заканчивались урегулированием конфликта в горизонтальном положении.
— Вот, посмотри. — Он хрипло прокашливается, глотает слюну и пресекает наше ребячество.
Я машинально беру телефон: комментариев под сообщением столько, что они так и пляшут на экране пестрой рябью. Похоже, нам действительно удалось создать резонанс!
— Так, за работу! — подключается Дашка. — Куй, пока горячо! Нужно строчить второе послание Анфисы.
Я сажусь за ноутбук.
— Даш, ты вычитала в ее дневнике что-нибудь пригодное для манипуляций общественным сознанием?
— Есть пара наработок, но я пока в процессе.
— Вер, — Август обращается ко мне, и у меня екает сердце. Та же теплая интонация, с которой раньше он окликал меня на регулярной основе. Когда-то… будто в другой жизни.
— М? — мычу в ответ, а сама глаз с него не свожу. Похоже, мне не дано привыкнуть, что он снова рядом. Каждый раз хочется его потрогать: проверить, не призрак ли, точно ли состоит из плоти и крови.
— А напиши пост о том, как поселковые вместе с Анфисой дом культуры разрисовывали. Помнишь, нам в краеведческом музее рассказывали? Мне кажется, это было ярким событием, и многие смогут извлечь его из памяти.
Сажусь за ноутбук, и слова сами складываются в предложения.
От: Фиса Ланина
Тема: Последние штрихи…
Место: 55.7ZZ411, 38.32776Z
Давненько я не видела красочных снов. Знаете, мир по эту сторону — он черно-белый, и все только и делают, что говорят о море. Хотела бы я добавить пространству красок!
Ребята, помните, как мы расписывали стены ДК? Старшие говорили: «Одумайтесь! Культурное заведение портите!» А мы взяли и нарисовали море! Бесконечный синий простор… Мне даже казалось, что я чувствую запах соли и слышу шум прибоя. Как же мы мечтали броситься однажды в бурлящую теплую пену.
У меня так и не сложилось… Ощущаю на губах лишь пресный вкус глины и илистый застой воды — той, что плещется в нашем карьере.
А у вас получилось скататься на море? Расскажите, как это было?
Ваша Фиса,
Добавлено сегодня, в 15:00.
Я публикую новый пост от лица Анфисы, а заодно просматриваю успехи предыдущего текста. Негативных отзывов много, еще больше — отписок. Клиентскую базу, собранную мной с таким трудом, уже не вернуть. Пользователи платформы — люди серьезные, они не дадут стримерам впустую тратить их драгоценное время.
Но есть и успехи: Август выкладывает скриншоты сообщений в местный чат, отчего активность перенаправляется в нужное русло. Приток незарегистрированных комментаторов на моей бывшей странице может быть следствием деятельности сарафанного радио или работы «акул пера», которые сканируют геолокации в поисках интересных сюжетов — неважно. Главное: в сети появляется все больше и больше вопросов о тайнах, которые хранят здешние места. Я активно отвечаю всем от имени Анфисы, Август занимается тем же, но в мессенджере. Наша цель — закрепить в сознании аудитории неоспоримую истину: Анфиса Ланина была не просто жителем, а настоящей душой этого места. И тропинка, и лесок, и поле — каждый колосок изнывает от тоски по ней.
Вижу, что щеки Августа заливаются румянцем, глаза краснеют. Он открывает форточку, пускает в кухню летний воздух и вытирает лицо рукой.
— Ты в порядке? — начинаю волноваться я. — Давай-ка сахар проверим?
— Нормально, — отмахивается он и отворачивается.
— Август, ну что за упрямство! — начинаю давить на него. — Ведешь себя как малый ребенок, где глюкометр?
Поднимаюсь из-за стола и напираю на него своим авторитетом.
— Ну я же сказал, все нормально! Отстань.
Смотрю в его глаза, а они блестят. Ну точно что-то не так! Открываю рот в порыве сорваться на него, как вдруг слышу Дашкино хлюпанье носом. Ну что за сопливая эпидемия?
— Даш, ты-то чего?
Она вытирает глаза краем футболки, ее нос розовеет.
— Уф, хорошо написала. Особенно про море… — Она хватает ртом воздух, а из ее глаз вырываются две шустрые слезинки. В мгновение ока они скатываются по щекам, оставляя за собой мокрые дорожки. — Бедная Анфиса… — шмыгает она снова. — Все эти люди… Последнее, что они ощутили на губах — вкус воды из карьера. Страшно…
Я возвращаю взор к Августу, его глаза тоже на мокром месте. Понятно, сахар тут ни при чем: не знала, что мои тексты могут возыметь такую силу.