А вот с обработкой полученной информации вновь не задалось. Передо мной предстали самые обычные женские судьбы, формально разные, но в каком-то смысле характерные для Планетарных образований Конфедерации. Что в них могло быть зашифровано такого, что прольёт свет на хранилище компромата? Логично рассуждая, это могли оказаться координаты некоего места. Или название банковского заведения. Или независимый хранитель, то есть человек, пребывающий в неведении относительно содержания врученных ему документов. Хотя последнее маловероятно. Вряд ли мятежный журналист стал бы так рисковать материалами — слишком уж хрупка человеческая верность. Так что либо место, либо банк. Ни на что подобное четыре разнородные женщины не указывали — ни по отдельности, ни совместно. Если только дело не в их личностях, а в загадке самой колоды — тогда совместность могла что-то дать.
Конечно, в колоде мог быть зашифрован какой-то исключительно личный момент биографии самого Гаррета Равеса. Особенно в свете того факта, что ни одна из женщин не попала в поле зрения следаков во время активной фазы расследования. Если такой факт биографии и существовал, он не был широко известен знакомым и родственникам убитого. Ответы смогут дать исключительно сами внешницы. Как итог, требуется личное общение с четырьмя женщинами, ставшими невольными моделями для карточной колоды. Либо они прольют свет на какой-то нюанс жизни журналиста, либо своим поведением и своей собственной судьбой наведут на отгадку.
Так что мне необходимо искать подходы к каждой из девочек. Выводить их на откровенность. Причём делать это исключительно лично, никаких официальных шагов предпринимать ни в коем случае не следует, чтобы не спугнуть. Да и самих девчонок не стоит лишний раз подставлять под удар. Итак, что мне известно о пристрастиях и образе жизни героинь?
Во-первых, Мэри Гэвил, исполнительный директор инвестиционной компании. Ни семьи, ни родни, одна как перст. Зато успешный руководитель. Исключительно умная и опытная в делах леди, пусть и несчастная в личной жизни, которой у неё, почитай что и нет вовсе. Увлекается… а вот тут меня ожидал сюрприз. Девочка обожала в свободное от работы время расслабляться… в обществе секс-игрушек. Не удивительно, что так и не обзавелась сильным мужским плечом! Любое плечо проиграет игрушке по части удовольствия — особенно если вдолгую. А детектив, словно желая подшутить, ещё и приложил подробный список любовного «арсенала» Мэри. Не иначе, издевался — ведь от него требовались детали личной жизни, любовные же агрегаты формально подходят под это понятие на все сто. Пусть и не дают никаких реальных зацепок — но ведь формальность-то соблюдена!
Ради интереса сверился с голонетом. Да уж… А госпожа директор — та ещё затейница! Чего тут только не было! Разве что до человекоподобных андроидов не дошло. Видимо, имелся у Мэри на этом какой-то пунктик. Всё же она предпочитала не человекоподобных, а человеческих… игрушек. Время от времени. Так сказать, разнообразя личную жизнь. Для чего была не прочь развлечься с незнакомцем во время очередной ежевечерней попойки, которые устраивала себе с поразительной регулярностью. Неизменным в таких предприятиях оставалось одно — конечный список излюбленных госпожой директором баров, список которых детектив любезно приложил к делу. А то я уже грешным делом подумал, что этот юморист мне только бесполезные, зато весёлые картинки подсовывает. Ан нет, информация по делу тоже наличествовала. Три бара — выбирай любой и устраивай там «засаду». Пожалуй, с госпожи директора и начнём, уж больно меня позабавило её увлечение.
Так, и кто у нас следующий? Ха! Та рыжая, которая не совсем рыжая. Марко Марадо поработал на славу. Девочку звали Изида Биддис. Проститутка… кхм… извиняюсь, индивидуалка. Вроде бы есть отличие. Помнится, на Штарне кошки именно такую под меня подложили — в порядке тренировки перед вторым посвящением. Кошка, которая ходит сама по себе, то есть сама выбирает, спать ей с очередным объектом эскорта или нет. Высший уровень прокачки путаны или верх её карьеры — кому как привычней обозначать это социальное явление. Интересно, что покраска в рыжий цвет осталась у девочки от прошлого этапа её личностного развития — не смогла перерасти данный рудимент разгульной жизни рядовой путаны. Кстати, её естественный цвет — тёмно-коричневый. Вполне симпатичный, если верить приложенной объёмной фотографии. Тут ведь главное — сама фактура волос, которая у девочки была истинно роскошной.
А ещё Изида любит хорошо отжечь и… котиков. В смысле, обожает мягкие игрушки. Имелось приложенное фото, на котором вся её комната буквально утопала в меховых фигурках кошачьих самых разных форм и размеров. Заодно нашла разгадку одна из игральных карт — где девочка позировала, широко расставив согнутые в коленях ножки, между которых восседала… мягкая игрушка. Меховая киска была единственным элементом её гардероба, прикрывая собой… другую киску. К слову, кошки такую позу опробовали одной из первых. Им даже меховую игрушку искать не пришлось…
На этом месте я откинулся на спинку стула, за которым просматривал материалы. Прикрыл глаза. Забавно выходит. Девочка собирает котиков, и очень скоро получит в свою коллекцию ещё одного. Всем котам кота. Нужно будет обыграть этот момент во время знакомства. А может это судьба? Нет, не мог журналист знать, что именно мужская ипостась валькирии прибудет по его душу. Или мог? Что ж, всё станет ясно после личного знакомства с его необычной подружкой.
Следующей шла Фани Рива. К этой красотке я долго не знал, как подступиться. Не в смысле, как подступиться к оригиналу, а именно к её карточному воплощению. Уж больно серьёзным оружием массового поражения выступала эта бессовестно рыжая, активная и игривая внешница. Лишь валькирия была способна оградить меня от её вездесущего шарма, проступающего даже сквозь безобидную фотографию!
Стоит ли удивляться, что бестия оказалась… танцовщицей? И нет, вовсе не такой, о которой в первую очередь думаешь, слыша это слово. К стриптизу Фани если и имела отношение, то весьма опосредованное. Конечно, она подрабатывала в паре элитных клубов, но вообще-то танцевала преимущественно в подтанцовке каких-то местных популярных певичек. Звёзд с неба не хватала, много работала, и хотя держалась на приличном материальном уровне, но назвать её по-настоящему популярной не получалось.
Вот тоже странно. Меня всегда поражало, почему первую скрипку на эстраде играют именно безголосые певички, бездарно дрыгающиеся на сцене в подобии эпилептического припадка, словно выброшенная на берег вобла, а не одарённые девочки-зажигалки, изгибами тренированных тел демонстрирующие куда большее, чем способен дать прокуренный голос самой дивы. Там и работать над собой нужно очень много, и травмы запросто схлопотать, и способности нужны нерядовые. Их танец обычно — это что-то с чем-то. Он реально зовёт в такие эстетические и чувственные дали, какие и не снились сравнительно примитивному мотивчику с простенькими словами.
Наблюдать танец профессионалки — это истинное удовольствие для любого знатока и ценителя красоты человеческого тела. Наверное, большинство людей просто не понимают этого самого человеческого предела, выраженного в танце… Танцы на льду на моей малой родине являлись скорее исключением из правил, но и они не могли сравняться с популярностью играющих голосом див… Всегда подозревал в этом какой-то эпохальный обман. Или, если точнее, заговор. Ведь чтобы раскрутить очередную безголосую любовницу какого-нибудь бизнесмена, нужно не так уж и много — знай плати и рекламируй. А ты попробуй заставь её хорошо танцевать! Тут одной общей постелью не отделаешься… И никакой наркоты и алкоголя, которыми грешат поп-дивы и их мужские ипостаси. Под приходом или с бодуна не очень-то потанцуешь… Там великолепная форма нужна и не менее великолепное чувство равновесия, идеальный контроль над телом.
Ладно, что-то я ударился в философию. Задам девочке нужный вопрос при встрече. А уж в танце я ей точно пару смогу составить. Через это и будем с ней работать.