– Здесь и, правда, уже очень сильно похолодало.
Граф Андрей склонил голову в знак уважения и предложил графине руку, чтобы проводить её в зал. Она игнорировала этот жест галантности, и граф снова рассмеялся, подумав: «Хороша, ох, как хороша».
Мейфенг искала взглядом в зале Валентина. Играла музыка, многие танцевали и, наконец, увидела его: он медленно шёл к ней через весь зал, такой статный, белоснежные волосы, отливающие серебром в свете многочисленных свечей, аккуратно уложены назад, перевязаны тонкой ленточкой, ярко-голубые глаза, которые даже на расстоянии смотрели на неё, так что она чувствовала этот пронизывающий взгляд всем телом, классические черты лица, высокий лоб и прямой нос. Он улыбнулся и на его щеках образовались милые ямочки, которые ей так нравились.
Мейфенг вздохнула: «Как же я люблю тебя, мой ангел».
Валентин подошёл на расстоянии вытянутой руки и сразу же дал ей понять, что приглашает её на танец, она поддалась, и они закружились в танце.
Спустя полчаса дворецкий огласил время вручения подарков имениннику. Виновник торжества, сел в высокое кресло напротив гостей, собравшихся в зале, запрокинул ногу на ногу и начал принимать подарки. Гости выстроились в длинную очередь и, подходя поочерёдно, стали поздравлять хозяина замка.
Настала очередь и Валентина с Мейфенг, они поклонились как того требовали обычаи, и граф преподнёс имениннику меч уникальной работы, с рукояткой из чистого серебра, отделанной драгоценными камнями. Граф Андрей принял с благодарностью ценный подарок.
– Какая прекрасная работа! Валентин, у тебя искусные кузнецы. Как же давно мы не виделись, я рад, что хоть на моём дне рождении, мы снова повстречались. Вижу, ты женился?
Валентин с любовью посмотрел на жену.
– Да, женился, полгода назад и хочу представить тебе мою жену, графиню Мейфенг.
– Тебе очень повезло, твоя жена необыкновенно красива!
– Да, очень повезло.
– Слышал у тебя в графстве большие проблемы с болотами?
– Мы решаем свои проблемы, граф.
– Ну, если понадобятся ещё люди, я готов выделить тебе часть своих крестьян для иссушения болот.
– Хорошо, думаю, это будет очень кстати. Договоримся позже.
– Скоро у нас будет турнир на мечах по случаю моего дня рождения, ты присоединишься? А дамам принесут фрукты и мороженное, чтобы не скучали, пока мы будем тешить мужское самолюбие.
Валентин согласился, кивнув головой.
Все гости поздравили именинника и продолжили танцевать. Мейфенг и Валентин тоже танцевали, но она с беспокойством поглядывала на него.
– Что с тобой, дорогая?
– Вали дорогой, может, не стоит идти на этот турнир, зачем тебе это? Ты и так здесь самый сильный, а нам же нельзя это показывать?
– Глупости, любимая, это любимое занятие здешних мужчин. Крестьяне устраивают бои на палках, а мы на мечах.
– У меня плохое предчувствие.
Граф, улыбаясь, нежно провёл тонкими пальцами по бархатной щеке.
– Ничего здесь не может быть плохого, успокойся, любимая.
Время подошло к турниру и гости собрались на балконах, чтобы смотреть вниз в парк, где он начинался.
Мужчины один за другим боролись друг с другом, то на мечах, то на копьях, гости шумели и рукоплескали победителям.
Настала очередь Валентина, он сел на гнедого коня, взял в руку один из мечей, заботливо предоставленные всем противникам хозяин замка, грациозно проскакал под балконами и встал на своё место. С противоположной стороны к нему выехал на статном коне, цвета вороного крыла сам граф Андрей.
– Вспомним былые времена! – крикнул он и пустил коня в галоп. Валентин с юношеской задорностью отражал все удары Андрея, хотя он бился в пол силы, чтобы ни чем не превосходить обычного человека, даже такого сильного и умелого. И всё бы хорошо, если б граф Андрей не задумал плохое. Он то бился в полную человеческую силу, да ещё и с какой-то жестокостью, неожиданно подставил Валентину подножку, и он на миг пошатнулся от неожиданного обманного манёвра, и в этот момент Андрей полоснул его по руке острым концом меча, выступила кровь и так сильно, что сразу начала капать на землю. Мейфенг стоя на балконе, довольно таки далеко, вздрогнула и сразу почувствовала запах крови мужа, одновременно уловив его эмоции разочарования. Она знала, что рана быстро затянется и распереживалась, что это заметит граф Андрей, а тогда проблем не миновать. Она встретилась с Валентином встревоженным взглядом.
– Вали… любимый…
Валентин и сам понял, что надо срочно перевязать руку, другой рукой выхватил платок из камзола и быстро притулил к ране. Граф Андрей замер, и Валентин поднял на него взгляд. Андрей в упор смотрел на платок Валентина, глаза его горели каким-то странным хищным огнём. Валентин, ещё не поняв в чём дело, опустил глаза на свою рану, которую зажал платком и о, ужас, это оказались белоснежные кружевные трусики Мейфенг. И тут он понял в каком неловком положении оказался, но убрать их от раны не мог. Граф Андрей рассмеялся:
– Хороший же у тебя платок, я бы тоже такой хотел. Самый лучший!
Валентин почувствовал как в нём поднимается злость и ревность.
– Да, самый лучший.
Гости были далеко и никто толком не понял, что же там произошло между графами, поняла только Мейфенг, что не к добру этот хищный взгляд графа Андрея на её нижнее бельё.
Турнир завершился и бал снова продолжился. Время подходило к завершению торжества.
Гости сытые и довольные разъезжались.
Граф Андрей подошёл к Валентину с женой и предложил остаться у него переночевать:
– Валентин, куда вы собрались на ночь глядя, ваш дом очень далеко, оставайтесь, завтра на рассвете и поедете.
Валентин согласился, не заметив как жена напряглась.
Графы пошли поиграть в шахматы, а Мейфенг с Наркисой проводили в покои для гостей.
Комната была мягко-розового цвета, посередине у стены стояла большая постель. Наркиса помогла разобрать графине причёску и спросила тоненьким голоском:
– Миледи, простите меня, но мне показался граф Андрей совсем недружелюбным и каким-то странным, злым что ли.
– Мне тоже, Наркиса, – будто в забытьи, ответила Мейфенг, глядя прямо перед собой немигающим взглядом.
А в это время графы играли и попивали отменное виски. Андрей с полным дружелюбием извинился за ситуацию на турнире и предложил Валентину принять ванну.
– Валентин, мои слуги приготовят тебе отменную ванну.
– Да ну, Андрей, не хотелось бы так надолго оставлять мою дорогую жену, она тоже устала и, наверное, уже ждёт,