– Ага. Намёк на то, что ты бросишь меня и пойдёшь эту красоту фотографировать, понят.
– Красота и так рядом со мной, – ответил Юсферату, крепче сжав её руку. – А камеру я сегодня дома оставил.
– Завтра возвращаемся к учебе. Наконец-то.
– А я жду не дождусь, когда эта учёба закончится. Когда всё закончится, мы с тобой сбежим в подлунный мир.
– И ты пойдёшь наперекор уродственникам?
– Как-нибудь они это переживут.
Йоханне хотелось как можно дольше наслаждаться великолепием парка с его переливающимися фонтанами и счастливыми парочками, держащимися за руки. Тоже взявшись за руки с принцем вампиров, Йоханна отправилась гулять вдоль Вересковой аллеи.
***
Студенты последнего курса лениво растекались по всему атриуму, считали паучков, рассматривали скульптуры мифических чудовищ, покоящихся под паутиной, – словом, зевали по сторонам в поисках старост своих групп. Паутина в несколько десятков слоёв покрывала даже лестницу, ведущую не верхние этажи, и хрустела приятнее снега на морозе. Высокие потолки и удлинённые витражные окна, расписанные в фиолетово-розовые тона, стремились к бесконечности, а на самом верху лестницы, где-то на уровне пятого этажа, красовалось окно-роза, которое представляло собой Колесо года и было разделено на соответствующие секции, знаменуя зимнее и летнее солнцестояние, а также осеннее и весеннее равноденствие. В период Лугнасада секция Колеса светилась сиреневым светом – именно в августе цвёл Вереск. Но все без исключения монстры ждали конца осени и самого главного праздника в году, когда нужная секция Колеса загорится оранжевым светом, а тыкв по всему замку и его окрестностям будет так много, что придётся запинаться об них на каждом углу, у каждого склеполектория, у каждой торговой лавки.
Под лестницей, устремляющейся на верхние этажи академии, на костяной лавочке сидели трое. Как и все обитатели замка они жили предвкушением Дня Всех Святых.
– Никто не видел Йоханну? В чате тоже молчит. Староста вроде она, а за расписанием лекций ходить пришлось мне. Я без пропуска явилась в деканат, и со мной просто не хотели разговаривать, – высказалась ведьма Аврора, поправляя растрёпанные чёрные локоны.
– Они думают, что ты во время чемпионата по мостроболу все мозги себе отбила. О чём с тобой разговаривать, а-ха-ха-ха!
– Очень умно, Эмиру. И смешно, конечно же. А что за ящик ты сумел в замок протащить?
– Это не просто ящик, а самая клёвая вещь, которую я заказал из подлунного мира. Набор разводных ключей! Ещё надо бы придумать надёжную конструкцию для глазного крепления, а то как пугало огородное выгляжу, когда глаза вываливаются из глазниц и висят на тонких ниточках. Но разводные ключи вообще находка! – похвастался монстр, скроенных из самых разных материалов. Как истинный некромант, очень уж он любил собирать конструкторы нежити. – Мне бы ещё для пальцев подходящий ключ подобрать и красота! Винты на шее и в голове теперь держатся хорошо. Пришивать лоскуты кожи и волос тоже не нужно: приклеил и всё – я красавчик!
– Да, в голове подкрутить винтики многим не помешало бы, – с пониманием отреагировал Итси. Ещё один некромант, разве что не такой смелый в экспериментах с внешностью, как Эмиру. – Будь осторожен, клей может быть очень токсичным.
– Мой клей не настолько токсичный, как комментарии профессоров по поводу наших умственных способностей.
Итси со вздохом молча согласился. Галстук-бабочка, новый костюм и устрашающий грим скелето-клоуна на лице не делал его самым красивым в академии, и уж точно он не выглядел элегантнее Принца вампиров. Но в отличие от Юсферату, карьера Итси была предопределена, хотя он немного опасался, что не справится с должностью хранителя границ между могильным и подлунным мирами – слишком уж ответственная работа его ожидала.
– Привет, ребята!
Взъерошенный и запыхавшийся Волчонок потеснил друзей на лавке.
– Ого, какой ты малиновый… – вытаращился на него Эмиру.
– Решил привнести немного красок в наш мрачный мир.
– А где ты потерял ухо? – застыла в ужасе Аврора.
– Печальные новости, – волколак поймал её обеспокоенный взгляд. – Оказалось, что мне придётся пересдавать экзамен первого курса по полному циклу превращений. Иначе я так и буду болтаться в стажёрах Верескового патруля. Кажется, учиться надо было усерднее. А что у нас с расписанием? Есть занятия сегодня или мне ещё пойти в превращениях потренироваться?
– Сейчас у нас окно, а после обеда практические занятия по некромантологии. А потом надо решить, что… Ой! – договорить Авроре не дали летучие мыши. Запустить послание в тяжёлом заплесневелом конверте они планировали в другого студента, но немного промахнулись.
– Скёльдольфру передайте. У него долг по алхимической практике.
– Скёдольфру? – переспросил Эмиру. – Это тебе.
Волчонок взял конверт и с большой неохотой поправил друга:
– Скёльдольфр. Неспроста я прошу звать меня Волчонком? – предвосхищая дальнейшие шуточки со стороны Эмиру, Волчонок попросил: – А дайте мне кто-нибудь списать отчёт от алхимии.
– Чем ты на каникулах занимался? – спросила Аврора.
– Тем, что у меня получается лучше всего. Прокрастинировал, короче говоря.
– Мы свои отчёты с утра в деканат уже отнесли. Подожди Юсферату и Йоханну.
– Ну вот, пресвятые тыковки! Ещё и лекцию от Йоханны выслушаю, что списывать нехорошо.
– Она будет права, – добавил Итси.
– Наверное. У меня на первых курсах академии был план: не учиться на самые высокие отметки, чтобы уродственники не привыкли к ним и не подумали, что я умный. Ну и соответственно не требовали от меня сверх того, что я просто осилить не могу.
– В то же время они хотят, чтобы ты пошёл в целители, – напомнила Волчонку Аврора.
– Ага, любят они заниматься самообманом. Что ж поделать? Мои старшие братья и сёстры задали слишком высокую планку, до которой мне никогда не дорасти. Ещё и последний курс этот, самый длинный, сахарные черти! Ладно, пойду потренируюсь в превращениях, иначе завалюсь на экзамене и тогда уж совершенно точно получу пинка до Вересковой чащи.
– У нас сегодня после занятий будет фотосессия для выпускного альбома, – поспешила сказать Аврора.
– А-а-у-у-у? Ну вот, пресвятые тыковки! А как мне малиновый оттенок с шерсти вывести?
– Информация насчёт сегодняшней фотосессии неточная, но на всякий случай не проспи, умоляю тебя.
Летняя практика подходила к концу, плавно перетекая в осеннюю. Волчонок, Итси, Юсферату, Эмиру, Аврора с Йоханной, жившие предвкушением долгожданных выпускных экзаменов, считали дни до последней сессии и защиты диплома. Чтобы лишний раз не нервничать, они записались на практику в библиотеку,