Можно ли переманить их на свою сторону? Удастся ли им втоптать репутацию генерала в грязь? Туенгоро пользовался большим авторитетом на фронте, а у его отца были хорошие связи. Разве что особый маг императора мог поднять вопрос о его предательстве. Остальные же в Нуэз никто.
Лиетарис не знала, сможет ли одолеть Туенгоро. Злость съедала эльфийку из-за выходки генерала, но она понимала, что главное для них — это выпутаться из всей этой истории. Выйти живыми и достичь условленного места. Ведь именно об этом они договорились с Хораном. А уже потом можно подумать и о мести, если таково будет желание Лучезарного мага. В чем Лиетарис практически не сомневалась.
Так что ее задача на данный момент — свести риск к минимуму и сохранить всех соратников в целости, присмотреть за Мякоткой. Главное, чтобы Мрадиш выпутался из сложившейся ситуации. Лиетарис верила в него. И на то были определенные основания. Все-таки Хоран умел вскрывать артефакты подчинения и был хорошо подкован в магии. Он должен найти лазейку. Ведь иначе и быть не может.
[Хоран Мрадиш]
Решение далось на удивление легко. Какое-то время я размышлял, перебирая варианты, но в глубине души осознавал, что выход единственный. Очень мне не хотелось отдавать себя любимого в грязные лапы Ночной эльфийки. Той самой, из-за которой я долгие месяцы мучился с проклятьем.
Однако ученицу и других близких следовало выручать. Действовал я не совсем наобум. Рассчитывал, что Ренуати не будет убивать меня сразу. И в таком случае у меня появится возможность освободиться. Надо всего лишь грамотно подгадать момент и избавиться от оков. Для чародея моего ранга — раз плюнуть.
Правда, выглядеть благородным героем не хотелось. Герои обычно долго не живут. Вот только никаких подлых трюков в голову не приходилось. Весь наш арсенал не поможет нам спасти Лейну и уйти от преследования. Ни реки, ни обрыва поблизости не наблюдалось. Затеряться негде. Так что, ради разнообразия, можно и побыть героем. Разок, не больше.
За оставшееся время я передал привязку слуг Лиетарис. Ей же отдал золото, осколки и другие ценности. Нечего дарить трофеи Ренуати. Обойдется.
На этот раз Ночная эльфийка переиграла меня. Но хорошо смеется тот, кто смеется последним!
Словно специально в этот момент и погода испортилась. Сначала пошел мелкий дождь. Он все нарастал и нарастал, превратившись буквально за пару минут в мощные ливень. Серые тучи нависли над Сумеречным Лесом, изрыгая вниз тонны воды. На дороге быстро образовались грязные лужи.
— Если сдохнешь, я тебя сожгу, во славу огня! — шепнула мне на ухо недовольная Ниуру.
Завершив приготовления и попрощавшись с приближенными, я двинулся в сторону отряда Дзартен. Следовало быть готовым к любому повороту событий. Верить Ночному эльфу на слово все равно что верить россказням работорговцев о своем товаре.
Однако Ренуати сдержала обещание. Ночная эльфийка отпустила Лейну и открыла коридор для отряда. Соратники быстро удалились от места устроенной на меня засады. Я же остался на Резвом в окружении кровожадных эльфийских войск. Один одинешенек.
— Наконец-то ты мой! — облизнула губки Дзартен.
— Прошу, будь со мной нежной! — томно проворковал я.
— Обязательно. С тобой я буду нежна как никогда. Обыскать чародея! — скомандовала она.
Сразу несколько бойцов стащили меня с седла Резвого. Конелось недовольно фыркал и лягался, но в целом его удалось приструнить. Гурд генерала достанется Ренуати. Маленькая месть за предательство, но все-таки. Генерал будет точно не рад тому, что его любимый питомец достался эльфам.
Меня быстро и грубо обыскали. Стащили все перстни, браслет и другие фокусаторы, сняли пространственное кольцо и доспехи, вывернули карманы, вытащили пояс с бляхой. В общем, оставили только простую одежду. Ткань почти не поддавалась зачарованию, так что ее в расчет не брали.
Сумеречные бандиты отвесили мне несколько чувствительных ударов в живот и парочку болезненных затрещин. Они явно не пылали позитивными чувствами к Лучезарному магу.
Я поднялся из придорожной вязкой грязи и встал на ноги. Крупные капли дождя орошали мое измученное тело.
— А у меня для тебя подарок, дорогой Хоран! — елейно улыбнулась Ренуати.
Я исподлобья зыркнул на свою мучительницу. Дзартен был нипочем дождь и прочие погодные невзгоды. Казалось, она выиграла в лотерею самый ценный приз из возможных.
Ночная дрянь достала ремешок красноватого оттенка и быстро захлопнула на моей шее. Маленькие иголочки впились в мой разум. Я ощутил неприятное давление подчиняющей магии. Впервые на себе испытывал подобный артефакт.
— Этот аксессуар тебе очень идет, Хоран. Ты — моя новая игрушка! Согласен со мной?
В голову впились мириады колючих булавок. Боль моментально привела меня в чувство.
— Да… — ответил я против воли.
— Как должен ничтожный чародеишка обращаться к высшему Ночному эльфу? — надавила моя мучительница.
Разум противился давлению. Не хотелось идти на поводу у безумной ушастой дряни. Однако с каждой секундой моего молчания боль все нарастала.
— Госпожа… — выдавил я из себя.
— Хороший Лихой Песик. Слушайся моих приказов и не отходи далеко от хозяйки, — похлопала она меня по щеке, затем обернулась к своим. — Возвращаемся. Мы получили то, за чем пришли.
Мне предоставили обратно Резвого, которого я оставил при себе. Я забрался в седло и последовал за армией Сумеречных эльфов во главе с Эмиссаром Смерти.
Дзартен без особых раздумий нацепила на меня ошейник подчинения, причем прибегла к усиленному варианту — артефакту красного цвета. Я ощущал постоянное давление на собственный разум. Только подумаешь о побеге, как боль тут как тут. А я не любил боль, так что постарался отрешиться. Будет еще время потренировать сопротивление к магии подчинения. Раз уж даже у Ниуру получалось, то и меня должно сработать. Я на это надеялся.
Похоже, настало время и мне пройти через это унизительное испытание. Ощутить себя в шкуре настоящего раба, коими я столь активно торговал. Это походило на злую шутку какого-нибудь зарвавшегося Бога. Вполне в духе Аурифи или Шукхура так меня провести. Однако я почему-то был уверен, что Ренуати и предатели из имперских рядов действовали исходя из собственных корыстных интересов. Никому из небесных сущностей не служили.
Какая ирония. Я так много торговал эльфами, но в итоге сам стал бесправным товаром. Игрушкой в