Итак, если потенциальному участнику не больше тридцати пяти и его интеллекта достаточно, чтобы заполнить простенькую анкету на сайте посольства – можно паковать чемоданы. Серьезно, не справиться с квестом по заполнению необходимых для поездки бумаг, мог бы только маленький ребенок. А дальше абсолютно все за участника, начиная от поиска и покупки билетов, организации проживания, питания, обучающего курса и даже досуга в Индии, делают кураторы программы. В качестве приятного бонуса при регистрации на курс каждый участник получает двадцать пять тысяч рупий. Месяц в Индии на эту сумму можно прожить припеваючи.
На старте процесса я недели две общалась по телефону с посольством Индии. За глобальную программу с солидным межправительственным статусом отвечала одна-единственная сотрудница. Девушка со звучным именем Хатира была беременна и очаровательно пофигистична. Я судорожно вцепилась в безмятежную Хатиру, буквально разбередила ее своими бесконечными звонками в надежде ускорить желаемый отъезд. Она же, пребывая в тотальном дзене, лишь умиротворенно мурлыкала мне:
"Нет мест на этот курс, ничего страшного, заполните заявку на какой-то другой. Неважно какой, выберете хоть что-нибудь."
И действительно, дзен не подвел. Oт России на программу в Дели выбрали двух человек, одним из которых была я. Последней формальностью было скайп-собеседование, в ходе которого вместо ожидаемой проверки академических знаний со мной полчаса на ломаном английском флиртовал усатый индийский мужичок. Только и всего. Честное слово, никогда прежде получение каких-то реальных материальных благ не давалось мне с такой чарующей простотой.
В общем, воодушевленная удавшимся трюком с дармовой поездкой в Индию, я даже не догадывалась, что попаду не просто в экзотическую страну, но на другую планету. На которой я приземлилась со своим ментальным багажом, как астронавт на Марсе, чтобы разбить все имеющиеся представления об Индии в щепки.
Погружение в магию Индии для пассажиров рейса Москва – Дели началось еще на борту. Улыбчивые стюардессы авиакомпании “Эйр Индия”, накормившие полный салон курицей с щедрой порцией настоящего карри, вряд ли догадывались, какую реакцию выдаст пищеварительная система людей, не готовых на такой гастрономический эксперимент.
В итоге все пять часов полета очередь к туалетам увеличивалась в геометрической прогрессии. Лица несчастных пассажиров тут и там по салону искажала гримаса страданий от спазмов в животе.
Нетрудно догадаться, что по прилете воздух одного из самых грязных мегаполисов мира показался нам живительным, как студеная вода горного родника. И, кстати, вместе с первым вдохом в меня вошел неведомый мне ранее неземной покой. Говорят, если Индия тебя все-таки впустила, банальным это путешествие точно не будет. Для меня оно стало ошеломительным.
Первые дни в столице Индии рафинированный разум европейского человека замечает в основном грязь и хаос, который, кажется, здесь в основе всего. Мозг работает как перегруженный компьютер, не успевая обрабатывать входящие файлы, настолько все вокруг нетипично.
Если коровы носят гордый статус священных животных, почему они тощие и облезлые болтаются по свалкам как бездомные псы?
По каким законам вращается миллионный поток машин, в котором, при полном отсутствии светофоров, никто не разбился всмятку на моих глазах?
Мы лично были свидетелями грандиозной прогулки настоящего слона вдоль центрального шоссе, а также яркой похоронной процессии, шествующей по оживленным трассам без оглядки на встречный поток машин.
Однажды один старый дедушка-велорикша в кромешной тьме лихо развернул нашу повозку и попер без единого фонаря по встречной полосе. Мы сидели в оцепенении, дед безмятежно улыбался. За блаженной простотой на его лице явно скрывалась какая-то непостижимая иностранцам тайна, понять которую за короткий срок пребывания на индийской земле невозможно.
Ответы на вопросы приходят примерно через две недели судорог цивилизованного ума, когда на смену первому шоку приходит настоящая магия. И вот ты уже не замечаешь изъянов, любуясь красотой карнавала индийских сари, калейдоскопом непривычных вкусов и величественным молчанием трехсотлетних монастырей. Все вдруг становится в твоих глазах ясным, гармоничным и отчаянно красивым, сообщая иностранному гостю небывалое умиротворение.
Мы видели его на лицах местных, живущих здесь под мостом в картонных коробках. И в глазах тех, кто вынужден надрываться, чтобы заработать себе на еду. Думаю, природа этого благостного покоя – в смирении. Проще говоря, миллионы индусов, живущих здесь в шокирующих условиях крайней нищеты, не спорят с судьбой, безоговорочно принимая свою карму.
Вы когда-нибудь видели портреты русских крепостных крестьян с выражением радости или любой другой позитивной эмоции на лицах? Увы, господа, полотна русских живописцев стабильно транслировали безнадегу. То же самое относится к жителям наших современных деревень. Вряд ли кому-то случалось наблюдать за танцующими от счастья работягами в России. Пляшут у нас обычно на пьяных гулянках для разрядки психики. В Индии все иначе. В предместьях Дели, я лично видела залихватски танцующих трудяг, ехавших на полевые работы в четыре утра. В этом танце бедняков, от души исполненном в грязнющем фургоне, было столько смирения и чистой радости, что он сам по себе мог бы стать показательным религиозным ритуалом или молитвой. Для меня такое отношение к жизни стало настоящим откровением.
"Вот здесь вы будете жить, "– не без гордости показывает наша крошка- профессорша убогую десятиметровую комнатенку, больше похожую на кладовку. Профессоршу зовут Рия, и ее лицо тоже сияет этой легендарной блаженной улыбкой. Как выяснилось, по местным меркам эта комната в общаге кампуса запросто тянула на разряд VIP, так как имела имитацию ванной комнаты с душем над сидушкой унитаза.
“ Надо же, как удобно, в такой ванной можно решить несколько вопросов за один раз, – мысленно иронизировала я, глядя на оригинальное расположение душа и сияющую от гордости Мадам профессор.
Честно говоря, на душ и тесноту мне было наплевать, но я обрадовалась, что ни с кем моего роскошного люкса делить не придется. Не выношу совместного проживания со времен пионерских лагерей. От самой мысли, что в в радиусе пары метров со мной день и ночь будет находиться какой-то человек, мне обычно становится нехорошо. В целом довольная обстоятельствами и спасительной изоляцией от возможных соседок, я пошла на первый групповой сбор в столовую.
Самыми веселыми в группе оказались парни из Ганы и Самоа. Самоанцы, кстати, являлись на собрания босиком и в национальных костюмах, состоящих из цветастой рубахи и куска ткани на