Ее звали Адезе, что в переводе с африканского означало:
“Королевская дочь”. Ее дивные миндалевидные глаза, тонкая шея и кошачья грация заставляли замирать от восторга всех вокруг, и женщин, и мужчин. Адезе была немногословна, крайне религиозна
казалась немного диковатой. Большую часть свободного времени она проводила в одиночестве за закрытыми дверями своей комнаты, так что шанс познакомиться с пламенным темпераментом Черной Пантеры нам выпал только однажды.
В тот вечер каждому участнику группы предстояло представить культуры своей страны в отдельном выступлении. Чернокожая кошка пришла в красивой цветастой юбке до пят и искусно намотанном национальном тюрбане на голове. Это был тот редкий случай, когда все эти народные прибамбасы не создавали комичного эффекта, а, напротив, добавляли ярких этнических штрихов к портрету африканской красавицы.
Когда из динамиков загремели барабаны, Адезе вышла в центр зала и начала танцевать. Все оцепенели. Хореография была несложной, однако манера исполнения и феноменальное чувство ритма танцовщицы мгновенно перенесли зрителей в Эфиопию. Мы все там сидели у воображаемого костра и под бой африканских барабанов любовались движениями ее крутых бедер и магнетической плавностью ее гибких рук. За четыре минуты трека Черная Пантера нас всех заколдовала. Думаю, на фоне этого экзотического шоу мы со своими кокошниками и песней “про валенки” выглядели как простодыры.
Кстати, помимо поразительной пластики и модельной внешности была в Адезе еще одна ярко выраженная отличительная черта. Ее грация, гордая осанка, взгляд и даже мимика – все вместе транслировало вовне фундаментальную уверенность в себе. Прошу не путать с высокомерием или вышколенной на курсах повышения самооценки манерой самопрезентации. Это было достоинство в чистом виде, так прочно внедренное в структуру ее личности, как если бы она в буквальном смысле впитала его с молоком матери.
Адезе была не первым чернокожим человеком в моей жизни, но ее пример особенно отчетливо демонстрировал эту присущую африканцам крепкую веру в себя. Каким образом в тамошних суровых условиях взращивается удивительная самоценность, сказать сложно. Однако, прочитав пару книг о традициях воспитания младенцев в Африке, смею предположить, что черные мамочки с большим трепетом относятся к психоэмоциональным потребностям своих детей, дольше с ними не расстаются и лучше чувствуют их за счет развитой интуиции. Проще говоря, пока весь остальной мир экспериментирует на детях с различными педагогическими концепциями, африканки просто следуют примеру женщин своего рода, поэтому из поколения в поколение в Африке вырастают люди с поразительной верой в самих себя.
Что до остальных студентов нашего курса, то непальцы и камбоджийцы, например, не говорили толком ни на одном языке мира, кроме родного и демонстрировали настоящее чудо пищевой дисциплины. Так, три недели курса ребята ели только привезенный из дома рис каждый Божий день и при этом все время выглядели счастливыми.
Девушка из Бутана, о существовании которого я, к своему стыду, до поездки в Индию даже не подозревала, не покидала территорию кампуса под любым предлогом все три недели курса. Однажды на вопрос о причине добровольной изоляции, она рассказала страшную историю про изнасилование индийской девушки в местном автобусе. Возможно, страх бутанки не был безосновательным, ведь неспроста в индийском метро курсируют отдельные вагоны для разных полов. К слову, мы в Дели легкомысленно ездили на метро в смешанных вагонах и ничего подозрительного в поведении индусов не заметили. Однако, переубеждать девушку из Бутана никто не стал, все отнеслись к ee фобии с молчаливым респектом.
С единственной россиянкой на курсе у нас сразу не заладилось. Люба была профессором психологии в университете и ее ярко выраженное желание учить жизни каждого встречного придавали любому контакту с ней душноватую атмосферу.
"Давайте по очереди представимся друг другу и расскажем о том, что привело в Индию лично вас", – натужно улыбается Люба, общаясь со взрослыми однокурсниками, как с детьми. Все сдержанно кивают в ответ на серию ее инициатив, но общаться с ней желанием никто не горит. Я тоже сопротивлялась, но Люба ходила за мной по пятам, раздавая по пути ценные указания окружающим. Если бы не неожиданное появление еще одной русскоговорящей девчонки на курсе, общества назойливой психотерапевтессы мне было бы не избежать.
Новенькую в нашей группе звали Викторией, она была русской литовкой и по-настоящему крутой девчонкой. Обладая вулканическим темпераментом, Виктория отличалась солидным интеллектом, умением масштабно мыслить и беспрецедентной волей к победе. К тридцати годам без "хождения по головам" и прочих сомнительных способов достижения личных целей она стала совладельцем крупной клиники, пройдя путь от администратора до директора, получила степень МВА, а также предложение руки и сердца от амбициозного бизнес-гения с загадочным именем Гедиминас. К слову, стальная хватка, дисциплина и недюжинный ум гармонично сочетались в этой молодой женщине с личным обаянием, что привлекало к ней активный интерес противоположного пола.
Мы провели вместе три недели, в течении которых я слушала, наблюдала, спрашивала и пыталась понять, что именно в этой девушке притягивает внимание и успех как магнитом. Возможно, прозвучит банально, но львиная доля всех вышеперечисленных Викиных заслуг проистекало из умения знать себе цену. На эту крепкую веру в свою исключительность она опиралась, как альпинист на добротный стальной крюк, покоряя головокружительные высоты. Иногда Виктория казалась мне эгоцентричной. Но, давайте будем откровенны, кто из нас не хотел бы заботиться о себе без оглядки на желание угодить всем подряд и прочие ограничивающие личное благо поведенческие шаблоны? Вика определенно умела делать выбор в свою пользу и в этом была естественна, красива и по-настоящему вольна.
"Ты должна все время ускользать от него. Делай вид, что ты чем-то занята и куда-то спешишь, это создаст ценность твоего времени и внимания, он захочет бороться за него, " – часто комментировала Вика наш с Мэттью дистанционный роман. "Он будет ценить только то, для чего пришлось "work hard", ну, ты понимаешь, сильно постараться."
Как выяснилось, своего жениха Виктория беспощадно мариновала двадцать свиданий подряд. Техника "динамо" мне, безусловно, тоже была знакома, однако применять этот подход мне блестяще удавалось только по отношению к мужчинам, которые были мне безразличны. Мастерство моей новой подруги было отточено до совершенства годами практики, в ходе которых она без драм и длительных фрустраций отказывалась от деструктивных отношений, бесперспективных мужчин, а также пагубных привычек. Именно она своим безапелляционными аргументами