Словно изголодавшиеся мы набросились друга на друга, а когда муж схватил меня за запястье, коснулся губами метки истинных, то я завелась. В тот же миг по телу прокатилась волна жара, заставив задрожать и вцепиться пальцами в его плечи.
Метка вспыхнула изнутри мягким золотистым светом, отзываясь на прикосновение мужа, и с каждым мгновением ощущение становилось сильней. Оно растекалось по венам, заставляя громко стонать и выгибаться навстречу.
Разум затуманился, все мысли исчезли, остались только мы. В какой-то момент я попробовала перехватить инициативу. Но Адриан усмехнулся, с ноткой триумфа снова прижался губами к метке, в этот раз даже слегка прикусил.
— Ооооуххх. — высокая концентрация чувственного удовольствия охватила все тело, заставляя задыхаться, дрожать, цепляться за него.
— Моя… моя… — шептал он, вбиваясь в меня глубже, мощнее. И в этот миг я поняла, что никто и никогда больше не сможет нас разлучить. Он — только мой. Я — его. Навсегда.
Потом мы продолжили на диване, мужу пришлось даже отменить совещание с Генералами. Когда уставшие, но довольные мы в изнеможении упали на кровать, Адриан повернулся ко мне, положил мою голову к себе на грудь и прошептал:
— Я все знаю о твоей матери.
Я дернулась. Но он очень крепко меня держал.
— Тебе надо с ней поговорить. Я многое узнал. И поверь, она любит тебя и не отказывалась от тебя. Все не так, как кажется. Ты должна ее выслушать. Прошу… поговори с ней. Это надо и ей, и тебе.
Я закрыла глаза.
— Хорошо, я подумаю. Но, пожалуйста, давай больше не будем о ней.
Адриан прижал меня крепче и дальше мы лежали молча, наслаждаясь близостью друг друга.
130. Драконица
А дальше я снова влилась в рабочий процесс с головой. Адриан, всегда поддерживающий меня и умевший оценить масштаб моих замыслов, выделил для меня отдельный большой кабинет — просторный, с огромными окнами, выходящими в сад.
Я с энтузиазмом взялась за обустройство. Нарисовала дизайн‑проект, продумав каждую деталь, от расположения столов до системы освещения. Лучшие мастера империи создавали для меня мебель по моим чертежам. В основном секционные шкафы — очень удобные и вместительные, с множеством отделений и ящичков, продуманных так, чтобы максимально упростить работу.
Затем я завела картотеку на каждую женщину, обратившуюся за помощью: имя, возраст, история, суть проблемы, план действий, сроки исполнения. Я ввела строгую систему отчетности: каждый месяц кураторы должны были присылать отчеты — что сделано, какие возникли сложности, какие успехи достигнуты. Это не было простой формальностью, я вникала в каждую ситуацию, предлагала решения, подключала нужных людей.
А раз в квартал у нас собирался, так сказать, профсоюз попаданок — неформальное, но очень деятельное веселое собрание. Мы собирались в моем кабинете, расставляли чай и сладости, раскладывали блокноты и начинали мозговой штурм.
Обсуждали, что из современного мира можно было бы привнести сюда, в этот магический мир. Из последнего — систему кредитования малого бизнеса, аналоги телевизоров и как женщинам легче пережить «красные дни».
А вот внедрять все наши идеи поручили моему брату Алексу. Зря что ли у него целая Академия магов и лаборатория по изготовлению артефактов? Он с энтузиазмом взялся за дело. Сначала создал несколько прототипов мини-телевизоров, протестировал их, сейчас дорабатывал.
За три года лаборатория так разрослась, что Алекс открыл филиалы еще в четырех городах. Появился отдельный отдел по разработке бытовых артефактов и Школа для молодых изобретателей, лучшие умы империи учились в ней.
Доход в казну резко увеличился. Не только за счет налогов, но и благодаря тому, что женщины и мужчины, получившие поддержку, начинали свое дело, создавали рабочие места, развивали ремесла.
А моя жизнь обрела удивительную гармонию. Если утром я была деловой леди в строгом костюме, с блокнотом и списком задач, погруженная в отчеты и планы, то после обеда превращалась в любящую маму. Я находила время для игр с дочкой, чтения сказок, прогулок в саду. Мы строили замки из песка, запускали воздушных драконов. Когда получалось выкроить время, к нам присоединялся Адриан. Я была самой счастливой женщиной в такие моменты.
А вечером я становилась страстной женой. Мы ужинали при свечах, обсуждали прошедший день, строили планы на будущее, а потом… просто любили, пока уставшие не закрывали глаза.
Но стоило пробить четырем часам ночи и я… становилась драконицей.
Когда Адриан крепко спал я тихо открывала балконную дверь, выходила на террасу и делала глубокий вдох. Теплый ночной воздух наполнял легкие, внутри просыпалась древняя сила. Я делала шаг вперед и взмывала вверх, обращаясь в огромного зверя с чешуей, мерцающей в свете луны.
Я обожала эти полеты — ощущение свободы, мощь крыльев, свист ветра в ушах. Взмывать выше облаков, парить над горами, видеть мир с высоты птичьего полета, это было ни с чем не сравнимое удовольствие. Это был наш небольшой секрет — только я и моя драконица знали о нашем побеге из дворца по ночам.
Но спустя год муж нас рассекретил.
Я как раз летела над замком, наслаждаясь ночным полетом, когда вдруг услышала шелест мощных крыльев и почувствовала звериный рев, низкий, вибрирующий, полный силы и власти.
Обернувшись, я увидела его — изумрудный дракон, мощный, красивый, с переливающейся в лунном свете чешуей. Он рассекал воздух с грацией и уверенностью истинного владыки неба, и целенаправленно летел прямо ко мне.
Моя драконица восхищенно заохала внутри. Она узнала его, признала, откликнулась на зов родственной души. Я почувствовала прилив радости и предвкушения.
Мы закружились в небе, то сближаясь, то отдаляясь, то взмывая вверх, то ныряя вниз. И эту ночь мы провели вместе. Мы кружились в небе, сливаясь с ветром, два огромных дракона, чьи тени скользили по вершинам гор и глади озер. Изумрудный дракон то отставал, то вновь настигал меня, его крылья мощно рассекали воздух.
Я сделала резкий вираж, устремившись к вершине самой высокой горы. Адриан последовал за мной, плавно, уверенно, словно знал каждый мой следующий шаг еще до того, как я его совершила. Мы опустились на широкий каменный уступ, покрытый мягким мхом.
Чешуя Адриана переливалась в свете луны — изумрудные пластины с прожилками серебра, каждая грань отражала лунный свет, создавая вокруг него мерцающее сияние. Он сделал шаг ко мне, склонил голову, и его горячее дыхание коснулось меня.
Моя драконица внутри затрепетала. Она больше не была отдельной сущностью, она стала частью меня, но именно