— Ты мне скажи, Ром, — оживает, стоит только оказаться на улице, где на нас глазеют любопытные ученики. — Какого черта ты сюда поперся?
— Надо было, — запихиваю руки в карманы джинсов.
Еще бы я ему не отчитывался!
— Надо было, — усмехается, скашивая на меня взгляд, — ты хоть понимаешь, что тебе отец устроит, когда узнает?
— А он узнает?
После драки с Тимохой я не слишком надеюсь на братскую солидарность, но все же…
Мирон улыбается. Мы проходим мимо поста охраны возле ворот. Скалятся идиоты, будто перед ними цирковая обезьянка пробегает. Сжимаю кулаки и челюсти. Да, мне не хватило! Подавленная злость курсирует по кругу и не находит выхода. А еще мне не дает покоя вопрос, почему брат так со мной? Из-за ужина, который я пропустил?
Мир игнорирует. Останавливается около своего джипа, а я хмурюсь. Моей детки нет. Клемёнова тоже. Чудеса.
Старший скидывает с себя пиджак, открывает дверь и кидает его на задние сиденья. Закатывает рукава и расстегивает рубашку сверху.
— Махыч устроим? — криво улыбаюсь, когда он поворачивается ко мне.
Ему бы на ринг. Рослый. Каждый день по вечерам зависает в зале, прокачивая пресс. Девчонкам нравится рельефное тело. Вот только Мирон на них не смотрит. Все время проводит за компьютером и в переговорной. Работяга.
— Что вы не поделили?
Молчу. Зрительно показываю ответ.
Вздыхает, стискивая переносицу пальцами. У меня от его движений фантомные боли, а может и настоящие. Мышцы расслабляются и ноют.
— И деретесь дружно, и молчите. Молодцы, — качает головой. — О твоей вылазке отец не узнает. Скажи спасибо другу.
— Где он?
И моя тачка!
— Отгонит спорткар к дому, — Мирон кивает на открытую дверь джипа. — А ты со мной. Прыгай.
— Куда?
— Выгонять дурь.
Обходит машину, садится за руль.
Стою на месте, тяну в легкие кислород и дергаю ручку передней пассажирской. Заблокировано.
— На задние, — вполне серьезно произносит брат.
— Издеваешься? Я тебе че, пятилетка?
Поднимает одну бровь. Не комментирует.
— Да, ладно… Мир, не смешно.
— Мне и не до смеха, Ромыч. Садись назад и погнали. Не хочешь, звоню отцу, и пусть он с тобой разбирается.
Скрипя зубами, прыгаю назад.
— Скажи хоть, куда едем, чего ждать?
— Мне мебель привезли.
— Отмечать будем?
— Ха, — скашивает взгляд в зеркало заднего вида. — Собирать, Ромыч, и не мы, а ты.
15. Брюхом вверх
В прошлом году наша школа прошла абгрейд по всем фронтам. Теперь у нас уроки физкультуры часто проходят в бассейне, и учебники с прочими необходимыми для учебы принадлежностями лежат в шкафчиках, от которых есть ключики. Директриса решила сделать все под европейский лад. Даже команду черлидерш собрали. Именно в ней звездит Мартыненко. Самое ужасное, что там же состоит и Кротовская с подружками.
Раньше меня это не интересовало, потому что я не ходила жаловаться на буллинг с их стороны, а сейчас, узнав, что у нас будет совмещенный урок, испытываю волнение. Не могла же Мария Ивановна сдать источник информации?
Сказать им, кто дал видео, все равно, что кинуть в клетку к шакалятам. Разорвут.
— Я так жду вечеринки, — Лиза только о ней и говорит, будто на свете нет ничего более интересного. — Мне даже сны вещие снятся, представляешь? — хихикает заговорщецки, пока я поправляю шапочку для плавания.
Выгляжу, как инопланетянка. Вот есть девушки, которым очень идут закрытые купальники и чертовы шапки, а я похожа на несуразную обезьяну. Фигура так себе, на троечку еле тянет. Грудь маленькая, ягодицы большие. К тому же от холода постоянно покрываюсь мурашками, а купальник не спасает от таких эксцессов. Приходится закрывать зону груди руками и прятать то малое, чем наградила природа. Вот Лиза ни капли не стесняется выставлять свои данные на показ, ведь есть, чем похвастать. У нее талии очень тонкая, будто над изгибами работал скульптор. В моем случае был доморощенный мастер, который только начал свой путь. Жизненная несправедливость, что поделаешь.
— Мне сегодня Рома приснился, — наклоняется и шепчет мне на ухо, чтобы другие девчонки не услышали. — Мы с ним танцевали на вечеринке, а потом долго целовались у всех на глазах.
О-о-о, мрак… И почему я это слушаю?
Хлопаю дверкой шкафчика в раздевалке и направляюсь в зал. Мартыненко не смущает мое молчание. Она продолжает посвящать меня в свои мечты. Только вместо привычного пофигизма я испытываю раздражение. Сколько можно говорить о том, чего не будет⁈
Нет. Они бы с ним были прекрасной и очень красивой парой, но факт в том, что Стрельник на нее внимания не обращает. Ему вообще девочки из школы не интересны. Малы, видимо.
Занятие у нас проводит новый препод, Максим Георгиевич. Фамилию не помню, потому что витала в облаках, когда он представлялся. Он разделяет зону бассейна. С одной стороны занимаются парни, а с другой — девушки. Хоть какое-то спасение от идиотских плоских шуток. Сегодня они в двойном размере.
— Он выглядит, как Бог, — умиляется Романом Лиза.
Закатываю глаза, даже не глядя на Стрельника. Зачем лишний раз провоцировать парня?
Он итак повел себя неадекватно в примерочной. Я гадала, что ему нужно от меня, но так и не нашла достойного ответа на этот вопрос. К черту!
Пусть наши пути больше не пересекаются. Телефон теперь во время ходьбы не достаю. Второго полета он точно не переживет, и я тоже…
— Лен, ну посмотри, — толкает меня Мартыненко острым локотком в бок.
— Ауч, — потираю нежную кожу через плотную ткань купальника. — Зверь.
— Неженка, — улыбается Мартыненко, прикусывая губу.
Я все же стреляю взглядом в том же направлении, что и она, и, конечно же, жалею об этом. С противоположной стороны бассейна стоит Рома и пялится на нас. Я надеюсь, что на мою подругу, ведь если наоборот, то гореть мне в аду на костре с заядлыми грешниками.
— Он меня точно приметил, — Лиза отворачивается, а Стрельник подмигивает мне, заставляя покраснеть, как рак.
Сердце тут же подпрыгивает вверх и падает вниз на максимальной скорости. Божечки… Только бы не додумался подойти и что-то ляпнуть…
— Смотрит?
— Угу, — а что мне еще ей сказать?
Прости, подруга, но твой возлюбленный мне подмигивает?
В таком случае я останусь тут в бассейне плавать брюхом вверх, как оглушенная рыба, ну или мертвая. Тут уж, насколько повезет.
Лиза радуется, словно ребенок, которому не отказывают в исполнении прихотей, а я переключаюсь на занятия. Новый учитель нас не щадит. За каждое неправильное движение хлестко бьет словом. Не оскорбляет, нет. Дает оценку. Грамотно. Так, что самые дерзкие из нашего класса и параллельного молча сопят. К концу