Серого эта дразнилка больше пугала, чем развлекала, вот и сейчас он вознамерился забиться под диван.
— Кис-кис, иди сюда, — ползет за ним на четвереньках девочка. А ее брат сидит на полу и уже сам играет с дразнилкой, позабыв про кота.
Я прикрываю дверь, думая, что сейчас договорю и отведу детей домой.
Хотя если там закрыто, а мама на работе… куда мне звонить? В полицию, МЧС? Больницу?
В отдел опеки! — подсказывает внутренний голос. — Это ж какая мать должна быть, чтоб четырех — ну максимум пятилеток — дома одних оставить! Запрещено законом, вообще-то. Один звонок в органы у нее будут крупные проблемы!
— Алло, Сергей Леонович? — напоминает о себе девушка из отдела кадров. — Вы готовы разговаривать?
— Да-да, конечно.
Быстро отвечаю на все вопросы, которые ее интересуют. Потом иду к коробкам, где лежат документы, которые мне отдали на прошлой работе.
— А разве у вас не электронный документооборот? — спрашиваю вежливо, не понимаю, зачем им эти выписки в оригинале.
— Электронный, но на бумаге надежнее. Мне надо свериться. Уж простите.
— Уж прощаю, бывает всякое, — стараюсь найти в себе понимание.
А сам отмечаю, что из гостиной почти не доносится ни звука. Только иногда одиноко звякает колокольчик на дразнилке.
Хорошо их котик отвлек. Молодцы. Не шумят.
Договорив, кладу трубку, спокойно укладываю документы обратно в коробку, махаю на них рукой. Надо купить стол и стеллаж для книг и документов. Сейчас мне лень разбирать вещи, да и некуда их поставить. Так что пусть пока лежат, маринуются.
С этими мыслями я иду в гостиную, чтобы решить, что же мне делать с моими случайными гостями. Открываю дверь и… столбенею.
Глава 2
Сергей
Я стою на пороге, мягко говоря, в шоке. Комната выглядит так, будто по ней прошел ураган, хотя еще минут десять назад все было… обычно. Весь пол усеян вещами, подушки от дивана валяются черти где и на чем, а книги, которые я успел расставить после переезда, скинуты с полок. Позабытая на окне чашка разбита, осколки усеивают паркет. Пока никто не успел пораниться, подхожу, чтобы собрать плотное стекло и положить на подоконник.
Несколько больших неразобранных коробок опрокинуты и… разобраны. Ну как разобраны… Их содержимое тоже вывалено на пол. Да там пустого места нет.
Еще и одинокая штора на карнизе сорвана наполовину.
И посреди этого хаоса играют близнецы. Ага, смеясь и весело перебрасываясь квадратной диванной подушкой. Серый котенок с недовольным выражением на мохнатой мордочке наблюдает за происходящим с высоты стола, время от времени мяукая на детей, словно пытается защитить свою территорию.
Или принять участие в игре.
Я чувствую, как нарастает раздражение.
Моего появления эта парочка даже не заметила.
Серый тоже проигнорировал. Лишь один раз взгляд его глаз-бусинок мазнул по хозяину, то есть по мне!
— Что. Здесь. Происходит? — спрашиваю грозно и умоляю себя не орать на детей. Хотя я никогда ни на кого не ору. Но последние дни выдались ужасно трудными. Могу и сорваться!
Делаю шаг вперед, пинаю подушку в сторону со своего пути.
Я уже нанимал клининг перед переездом, но теперь похоже придется вызывать повторно. И заодно пригласить утилизатора, или как это правильно называется. Чтобы мусор вот этот с пола вывезли, потому что, если честно, легче выкинуть это барахло, чем перебирать.
— Мы спасали Дымка, — радостно сообщают мне оба.
— Кого? — перевожу взгляд на котенка.
— Дымка.
А серый бандит наклонил голову в бок и поводит ушами. Будто понимает, что про него говорят.
— У него есть имя. С чего это он вдруг Дымок? — смотрю на детей, приподнимая бровь.
— И какое у него имя? — хитро спрашивает Злата.
Хм… Приходится придумывать на ходу.
— Серый.
— Просто… Серый? — удивленно переспрашивает парень.
Я кстати, до сих пор так и не узнал, как его зовут.
— Да, просто Серый. Как меня. Я Сергей, кстати. А тебя как зовут, парень?
— Данечка, — отвечает четко. — Но ему, — указывает на кота, — Серый не подходит. Давайте он будет Дымком. Ну, пожалуйста, — складывает руки под подбородком, умоляя меня уступить. — Он же еще маленький. Можно имя поменять. Он все равно не с-запомнит.
Прикрываю на секунду глаза. Ну не объяснять же пятилетке, что у кота имя ассоциируется с кормлением. Только этот призыв он и запомнит в качестве слова, на которое можно откликнутся.
Пока мы тут с Данечкой беседуем, Злата снимает котенка со стола.
— Маленький мой, масечка, — приговаривает. — Дымочек. — Котик мяукает жалостливо и, надо сказать, жмется к девчонке, даже тарахтеть начинает во всю силу своей маленькой тарахтелки.
Впору себя по лбу хлопнуть. Походу, реально будет Дымочком эта пискля.
— Ну ладно, а от чего вы его спасали и развели… вот этот беспорядок?
Близнецы переглядываются, пожимают плечами. Мол, какой беспорядок? Мы вообще не при делах.
— Он хотел с-залезть на шкаф! Мы пытались его остановить, но он такой ловкий! — с восхищением сообщает Даня, указывая на котенка. — Мы думали, он упадет!
— Он еще тут пополз прямо вверх, — Злата указывает на штору. — Мы его еле сняли.
Вместе со шторой и сняли, — думаю с обреченным вздохом.
Перевожу взгляд на Дымка… у которого впечатлений за сегодняшний день на три кошачьи жизни вперед, кажется, накопилось.
Почему-то раздражение сменяется смешком. Меня и правда отпускает.
Ладно, в конце концов, это всего лишь дети. Что с них возьмешь?
— И вы решили, что лучший способ его спасти — устроить здесь такой беспорядок?
— Нет, — мотают головами синхронно. — Мы сделали ему путь из подушек, чтобы падать было мягко, — объясняют мне.
— Это Даня придумал, — хвалит брата Злата. — Он самый умный в садике.
— Ладно, заканчиваем игру и… давайте попробуем отвести вас домой. Может, мама ваша вернулась.
Они снова переглядываются, Злата мотает головой, а Даня произносит.
— Неть, не вернулась.
— А Дымок пить хочет, — выдает Злата, позабыв о своей кукле, которая валяется на рядом полу без внимания.
— И как же ты это поняла? — уточняю у девочки.