Удар сверху. Блок. Встречный.
— Плечо ушло раньше таза, — раздраженно поморщился игв. — Поясница компенсирует, но получает лишнюю нагрузку.
— Всего четыре процента, — тихо отозвался Дарий.
Дэтлок стоял в стороне, опираясь на магический посох. Лицо, обычно расслабленное, сейчас было напряженным. На полу у его ног — раскрытая книга со схемами, в воздухе рядом — несколько полупрозрачных проекций, напоминающих анатомические рисунки.
Покосившись на меня, темный маг едва заметно кивнул:
— Третий день. Почти без остановки. Он уже семьсот раз повторил первую серию. Некоторые удары — под тысячу. Я счет потерял.
— Счет потерял он, — недовольно проворчал Гундахар. — Только скулить и умеешь. Еще раз!
Тень метнулась в сторону, в попытке ударить его по ногам. Генерал не автоматическим движением, а явно осознанным рывком подвел ступню и сместил вес, позволяя удару соскользнуть.
— Стоп.
Сцена застыла.
Меч рыцаря смерти навис над шеей противника. Колени согнуты, корпус подан вперед, пятка задней ноги чуть приподнята.
— Фиксируем, — скомандовал он.
Дарий сделал пасс ладонью. Одна из проекций вспыхнула ярче: на прозрачной «анатомии» загорелись участки — икры, квадрицепс, косые мышцы живота, группа плеча.
— Ты опять переработал переднюю линию, — сухо произнес дэтлок. — Задняя перегружена процентов на десять.
— Ясно. Коррекция по задней.
Игв опустил меч, встряхнул плечами. На мгновение мышцы по всему телу сжались и волной пробежали вдоль спины. По коже пошла темная рябь, зеленоватые руны сменили ряд символов.
Только после этого он повернулся ко мне.
— Живой? Мои гребаные поздравления.
— Я тоже рад тебя видеть, — ответил я. — Как дела?
— А сам-то как думаешь, тупица несчастный… — хмыкнул тот. — Если хотел стать свидетелем моего позора, то ты опоздал.
— Какая жалость. Хотя, уверен, наши тренировки оно так или иначе не переплюнет.
— Это все равно что сравнивать прекрасную Оксиенну с куртизанками Марак-Дола. Мое мастерство фехтования и ваши жалкие потуги…
Я весело улыбнулся.
Как говорится: узнаю старого доброго генерала с его манией величия.
— Вторая последовательность. Плечевой пояс.
Гундахар вернулся к работе.
Я же, тем временем, прошел немного вперед и прислонился к стене, откуда было видно больше деталей. В частности — разбросанные вокруг «игрушки» великого полководца: стол с костями, которые явно швыряли силой; доска с забитыми гвоздями, сломанный стул, десяток музыкальных инструментов, полотно ткани с вышитыми нитками узорами; сдутый резиновый мяч, вдавленный в камень так, что вокруг пошли мелкие трещины.
— Ты реально проходишь все это заново? — не удержался я.
— Занят, — ответил за игва Дарий. — После удара Окруса у него выгорели все «быстрые пути». Все, что делалось на ходу — стойки, хват, шаги, даже почерк. Если сейчас не восстановит — позже уже не вспомнит. Мозг и мана найдут другие пути, а старые навыки уйдут в вытеснение.
— Спасибо. Докладчик хренов, — кивнул генерал, задумчиво сжав кулак.
— Пять тысяч семьдесят четыре, — негромко произнес мертвый маг. — Ровно столько раз ты уже это сделал.
— И буду делать сколько потребуется. Пока не станет идеально. Атака слева!
Тень бросилась на него.
— Настоящий ад для перфекциониста, — тихонько шепнул мне Хакаш, наблюдая за боем. — Но, видимо, именно поэтому босс так хорош.
Мы простояли бок о бок еще около часа, прежде чем дэтлок остановился.
— Гундахар, ты мог бы… — начал он.
— Если сейчас предложишь отдохнуть — я тебе голову оторву.
— … дать телу краткий перерыв, чтобы оно могло самостоятельно подстроиться, — закончил Дарий. — Плоть гораздо умнее, чем кажется.
— Напомни-ка: сколько раз за свою долгую жизнь тебя били «Разрывом»?
— Ноль.
— Вот и заткнись. Продолжаем.
— Ты вроде как хотел поговорить со мной? — вклинился я.
— Вечером, Вайоми, — отмахнулся генерал. — Мне сейчас некогда. И, между прочим, это в ваших же интересах. Чтобы было кому спасать ваши шкуры.
— Тогда увидимся позже, — развернувшись, я направился к выходу, но вскоре остановился. — Один вопрос.
— М?
— Глас Эстир.
— Что «Глас Эстир»?
— Ты нафига это сделал?
Старый игв недовольно поморщился.
— Что именно? Выполнил обещание? Или оказал ему большую услугу?
— Набил татуировку во всю спину со своим лицом. Да еще и зачаровал на пятьдесят лет. Малость жестковато, не думаешь? Бедолага ходит глубоко расстроенный, чуть не плачет.
— Боги, ну какие же вы тупицы… — тяжело вздохнул Гундахар, бросив взгляд на повеселевшего вампира. — Во-первых, усатому чучелу давно пора было уяснить, что я терпеть не могу его шутки, тем более публичные. А во-вторых… вот скажи мне: какой кретин будет использовать пыльцу Лиандрийских пчел для столь примитивного зачарования? По-твоему, мне больше некуда золото девать?
— Ага… — кажется, в моей голове только что встал на место недостающий кусочек пазла. — То есть правильно ли я понимаю: у твоего художества есть некий скрытый эффект?
— Полагаю, мы оба знаем, что в ближнем бою этот вечно пьяный дегенерат абсолютно беспомощен, — после некоторой паузы ответил генерал. — Раньше за ним приглядывал Велор. В виде огромной, громыхающей мифрилом нежной няньки. Теперь это делаю я, но по-своему. Так, чтобы не видеть его идиотскую рожу.
— Опаньки, — искренне удивился я. — Стало быть, у его мучений был благородный мотив?
— Рад, что твои мозги еще не до конца атрофировались.
— Прости, а на что конкретно способна эта татуировка?
— Не твое дело, — игв отвернулся, всем своим видом демонстрируя, что продолжать беседу он не намерен. — И ежели у тебя все, то будь так любезен, свали на хрен. До вечера меня нет.
— Понял. Значит, до скорого.
— Да, и еще одно, — бросил вдогонку Гундахар. — Тэя на улице чем занимается?
— Тренируется с Шейдом, — соврал я.
— Ясно. Так и знал, что вы, уроды, будете вечно ее прикрывать.
* * *
Любопытно, но здание зиккурата я покидал в приподнятом настроении.
Все-таки стоило признать: генерал — уникальный тип. Ворчливый, саркастичный, чертовски язвительный злющий мужик, но вместе с тем из раза в раз демонстрирующий поистине редкое качество — молчаливое благородство. Когда делаешь что-то хорошее, но не кричишь об этом на каждом углу.
«Нет, ну это ж надо, — внутренне улыбался я. — Позаботился о том, кто его бесит, прекрасно понимая, что без поддержки Германа шаману будет нелегко».
К слову, о последнем.
Влад, у нас тут намечается бухгалтерская несостыковка, рискующая стать серьезной проблемой. — написал Эстир сразу же, как я оказался на улице.
Что случилось?
Мне не хватает денег. Даже с учетом моих. Во-первых, Август разрешил забрать только семь тонн адамантии — четверть от того, что мы украли у Святого Трибуна. Во-вторых, семя грозового древа Шантахмарума имеется всего в единственном экземпляре — нынче они в чудовищном дефиците. Его