Трансформация продолжала идти полным ходом. И мне это дико не понравилось.
Стиснув зубы, я одновременно швырнул в тварь «шаровую молнию» и выстрелил из револьвера, выхваченного из кармана. Пуля отскочила от чешуи, а магию поглотили чёрные отростки, похожие на щетину.
— Охренеть. Это все французы так могут или только ты⁈ — саркастично выпалил я, не теряя присутствия духа, хотя он очень хотел потеряться.
Тварь казалась необоримой. Она обзавелась горбом, сочащимся слизью. Там, куда она попадала, поднимался чёрный дымок. Лоб стал бугристым, один глаз заплыл, а другой приобрёл вертикальный зрачок.
Второй и третий «каскады молний» также были поглощены щетиной. Магия лишь подожгла свисающие со стены обои. Они весело загорелись, освещая мутанта, чья правая рука выросла чуть ли не до пола и стала толще раза в два. Под чешуёй перекатывались огромные мышцы.
И этой «кувалдой» француз закрылся от пуль, вылетевших из рявкнувшего револьвера. Впрочем, он мог и не закрываться. Всё его тело покрывала пуленепробиваемая чешуя.
— И стоило оно того⁈ — жарко выпалил я, швырнув в урода бесполезный револьвер. Патроны-то кончились. — Ты применил какой-то «последний шанс»? Артефакт, спрятанный в заднице? Зелье в ампуле, зашитой под кожей? Идиот, ты сдохнешь, если тебе не помочь! Стой там и не двигайся! У меня есть идея, как вернуть тебе прежний вид…
Не было у меня никакой идеи. Думаю, обратно в человека его не превратит даже поцелуй принца. Потому я и попятился в сторону двери, понимая, что в крохотной комнате такая хреновина сделает из меня отбивную.
— Нет, нет, нет… — вылетел почти неразборчивый рык из пасти твари, где образовалась мешанина из человеческих зубов и звериных загнутых клыков. Монстр с ужасом глядел единственным глазом на свою чудовищную конечность. — Он не говорил, что будет так… Не говорил! Да, велел использовать в крайнем случае, но не говорил, что так будет! Господи, спаси и сохрани! Боже, помоги! Не хочу, не хочу, не хочу!
— Демоны лгут! — выпалил я и поймал на себе полный боли и отчаяния взгляд.
Но буквально через миг всё человеческое исчезло из него, смытое звериной злобой, порождённой той дрянью, которую использовал француз. Разум погас, успев напоследок полыхнуть страстной мольбой — беззвучным криком, взывающим о спасении.
Мгновение — и тварь с кровожадным рёвом ринулась на меня, двигаясь наподобие гориллы. Только те шастали на четырёх конечностях, а эта — на трёх. Одна рука осталась обычного человеческого размера.
Я выметнулся из комнаты в коридор, использовав «скольжение».
Тварь вырвалась следом за мной, выломав широкими плечами косяки. Взметнулась пыль, брызнули щепки. Одна из них просвистела мимо меня со скоростью пули, распоров кожу на ребре правой кисти. Показалась кровь.
В унисон с раскатом грома раздалось рычание, а здоровенная рука чудища устремилась к моей голове. Ладонь и пальцы оказались настолько большими, что могли полностью обхватить мой череп и раздавить его как сливу.
Благо «скольжение» снова выручило меня, позволив упасть на одно колено, пропуская над головой гигантскую конечность. Та аж просвистела над волосами.
А я выхватил из-за пояса кинжал «Вампир», стиснув его мокрой от крови правой ладонью. Артефакт сразу всосал красную жижу, слегка нагревшись. Что это за проделки⁈ Потом выясню. Сейчас как-то недосуг.
Я помчался по коридору, слыша, как барабанит в ушах пульс.
Ещё и гром буквально раскалывал чёрные небеса, дождь яростно бросался на вздрагивающие оконные стёкла, а молнии сверкали одна за другой, выхватывая из мрака монстра, бросившегося за мной. Под его массой стонал паркет, а с потолка сыпалась штукатурка.
Он вдруг на бегу умудрился повернуться ко мне спиной. Его горб разошёлся, как лепестки цветка, и выплюнул ядовито-зелёную струю. Та частично угодила в вовремя выставленный «воздушный щит». А остальное упало на зашипевший паркет и стену. Обои сперва начали тлеть, а затем загорелись.
Мутант же собрался повторить свой плевок, чем я и воспользовался — резко остановился и швырнул в разверзнувшийся горб «клинки». Они вспороли затхлый воздух. Вот только угодили не в мягкое нутро горба, а в выставленную огромную конечность чудовища, успевшего развернуться.
— Тварь, — процедил я, раздувая крылья носа. — Ну ничего, хренов колобок, от этого дедушки ты не уйдёшь.
«Шаровая молния» с грозным электрическим треском отправилась в рожу монстра, прямо в сверкающий всепоглощающей злобой глаз. К несчастью, чудище успело наклонить лысую башку с прилипшими к чешуе волосками и ошмётками кожи. И торчащая из неё щетина опять нейтрализовала магию.
Оставалась только пасть с синими помертвевшими губами. Та как раз сейчас распахнулась для очередного рыка, ударившего по ушам, но сомкнулась быстрее, чем в урода ударил «каскад молний», который должен был влететь между зубами, выжигая нутро черепа.
— Сволочь! — выдохнул я и опять рванул по коридору.
Грудь ходила ходуном, воздух со свистом вылетал из лёгких. А помчавшаяся за мной громадина догоняла ударными темпами, попутно вскинув левую руку. Она претерпела не такие большие изменения, как правая. Чешуя даже не покрыла ладонь, хотя кожа приобрела бледный оттенок, а вены вздулись, стали чёрными, пульсирующими.
Из ладони чудища вырвался атакующий атрибут «тлен», намекая, что образина не лишилась некротической магии, присущей де Туру. Причём за первым «тленом» сразу последовали второй и третий!
Немыслимо! Такая мощь, такая скорость! Он даже преодолел действие зелья, нарушающего связь мозга и дара!
«Воздушные щиты» остановили первый и второй «тлен», а третий угодил прямо мне в грудь, повалив на спину. Ветровка быстро расползлась, сгнив в мгновение ока. Такая же печальная участь постигла и футболку. Но до тела «тлен» не добрался. Его остановила молочно-белая магическая плёнка, созданная артефактом де Тура. Он покоился в моём кармане и вполне неплохо слушался меня.
— Ры-ры-ры! — победно взревел мутант.
Он в прыжке взмахнул чудовищной рукой, чтобы проломить мою грудь, вбить её в паркет, отражающий огонь, перекинувшийся с обоев на рассохшуюся межкомнатную дверь.
Смерть приникла к мокрому окну, глядя, как кулак мчится к моему телу.
— Хрен тебе! — выпалил я и активировал «скольжение».
Швырнул кинжал, не боясь промахнуться с такого расстояния, а потом юркнул мимо ног твари. Тут же огромный кулак ударил в то место, где я был миг назад. Паркет хрустнул и разлетелся во все стороны. А я вскочил на ноги, отбежал на несколько шагов и обернулся.
В левой почти человеческой руке монстра торчал «Вампир». Камень в навершии вспыхнул, пытаясь засосать душу де Тура.
Чудовище резко ухватилось толстыми пальцами правой руки за бицепс левой и с мерзким хрустом вырвало её из плюнувшего кровью плеча.
Оторванная конечность усохла в