«Они привели нас сюда не для того, чтобы мы изменили прошлое. Мы сами себя привели». Боже, так это люди! Бог – это человек. Мы находимся в петле времени (курица или яйцо), и эта идея подразумевает, что любая космическая сила, любая божественная форма, связанная с какими-либо верованиями, на самом деле, является творением человека, который, опираясь на науку, преодолевает пространство и время, чтобы прийти на помощь своим собратьям в прошлом. Купер понимает, что Мерфи – своего рода избранная, призванная спасти мир, а он сам – всего лишь посланник, Гермес из черной дыры: трехмерное пространство, в котором он оказывается, сформировано по образцу спальни маленькой девочки, что напрямую отсылает к его ребенку. Задача Купера – предупредить ее так, как он умеет, зашифровав данные азбукой Морзе в движениях стрелки своих часов. Наука и эмоции определенно переплетаются, и есть последний, очень важный элемент «1980-х годов», заключающийся в том, что все дети умеют читать азбуку Морзе.
«EURÊKA!» («Я понял!» по-гречески) – восклицает Мерфи, когда ей наконец удается решить уравнение, – это отсылка к знаменитой формулировке Архимеда, которую он, согласно легенде, выкрикнул, когда понял законы, управляющие гидро– и аэростатикой [173] (что также относится к многочисленным движениям корабля Endurance и его шаттлов).
Как и полагается Нолану, различные, все еще загадочные элементы соединяются между собой, предлагая решение, часто иллюстрируемое кадрами из начала фильма, в частности, когда Амелия в момент входа в «кротовую нору» фактически контактирует с Купером в его трехмерном пространстве. Как отмечает Гийом Гомо, «Интерстеллар» использует круглую форму астрофизического феномена, лежащего в основе его повествования, чтобы дать ответы на вопросы, поставленные с самого начала. И действительно, чувство, управляющее всем его дискурсом, далеким от научных соображений, – это любовь. Режиссер совершает настоящий тематический скачок, точно такой же, как в фильме «Начало», где сны смешались с технологиями.
Любовь и наука, казалось бы, в корне противоположны, но Нолан выигрывает пари, соединяя их, и делает чувство, стоящее у истоков жизни, ключевым в сценарии, поскольку именно оно позволяет Куперу выйти за пределы пространства-времени, воссоединиться со своим ребенком, которого, как ему казалось, он никогда больше не увидит, и в конечном итоге спасти человечество в целом. Купер – скромный герой, подобный Бэтмену, который, по словам Джеймса Гордона в конце второй части, и не герой, а Темный рыцарь.
Космическая станция Купера
Купер просыпается в больничной палате в возрасте 124 лет, но с прежней внешностью. Именно его глазами зрители открывают для себя мир будущего – станцию «Купер» на орбите Сатурна. Используя простой, но гениальный прием вертикального панорамирования, Нолан берет за образец кадры бейсбольной игры и следит за мячом, который летит вверх и врезается в окно, показывая нам вертикаль этой новой окружающей обстановки. Семейная ферма сохранилась на станции, как реликвия в музее, памятник славы того и той, кому человечество обязано своим спасением: будущее несет в себе прошлое, которое нельзя изменить и которое должно оставаться неизменным в качестве свидетельства. Купер ремонтирует TARS, корпус которого был найден, увеличивая коэффициент ИИ до 95%, хотя в начале истории он этого не хотел. Честность стала первостепенной ценностью для человека, который не смог остаться со своей семьей, потому что не до конца понимал риски, связанные с выходом за пределы «кротовой норы». Это почти ирония, если учесть, что перед нами художественный фильм, а значит, выдумка, которая не стесняется играть на металепсис, осознавая свой статус художественного произведения. «Я знала, что ты вернешься. Потому что это обещал мне мой папа», – шепчет умирающая Мерфи мужчине, которого она уже переросла, прежде чем доверить ему свою последнюю миссию: найти Амелию Брэнд, чей силуэт, удаляющийся в импровизированный лагерь на далекой планете, завершает девятый полнометражный фильм режиссера [174].
С фильмом «Интерстеллар» Кристофер Нолан берет курс на кинематографическую научную фантастику там, где остановился Стэнли Кубрик с кинолентой «2001: Космическая одиссея». В прощании Мерфи и Купера можно увидеть параллель с двумя режиссерами: старшее поколение постепенно уходит, доверяя младшему продолжать дело. Но не все так просто, ведь именно Купер представляет старую гвардию, несмотря на то что выглядит моложе своей дочери. Так что финальная сцена между двумя протагонистами могла бы нести в себе гораздо более сложный смысл: те, кто добился успеха и позволил молодым совершить подвиг (в данном случае – спасти человечество), обязаны продолжать свою работу и при любых обстоятельствах никогда не останавливаться на достигнутом.
Быть человеком – значит работать на полную катушку. И это видение вполне соответствует личности Кубрика, который никогда не прекращал работать и умер, впервые за свою карьеру взяв несколько дней отпуска, сразу после того, как был снят его последний полнометражный фильм «С широко закрытыми глазами» [175].
В целом «Интерстеллар» получил вполне благоприятные отзывы, несмотря на научные споры вокруг изображения в нем космических явлений. Его бюджет в 165 миллионов долларов принес почти 678 миллионов долларов в международном прокате, подтвердив статус Нолана как создателя авторского блокбастера. В 2015 году фильм был номинирован на четыре «Оскара» (за лучшую сценографию, лучший монтаж звука, лучшее сведение звука и лучшие спецэффекты), но победил только в последней номинации благодаря работе Пола Франклина, Эндрю Локли, Яна Хантера и Скотта Фишера над визуальными эффектами. Даже «Золотой глобус» за лучшую музыку к фильму не достался Хансу Циммеру в единственной категории, где «Интерстеллар» был номинирован. Премия Saturn Awards оказалась более щедрой, присудив фильму призы за лучший научно-фантастический фильм, лучший сценарий, лучшего молодого актера (Маккензи Фой), лучшую музыку и лучшие визуальные эффекты. Важно, что фильм прежде всего остался публичным успехом; критики и профессионалы в основном признали его технические достоинства… как это часто случается и будет случаться с творениями Кристофера Нолана. Однако режиссер не собирался останавливаться и телом и душой (хотя и незаметно) погрузился в производство еще одного фильма, стремясь освоить новую территорию. В конце 2015 года его вместе с братом Джонатаном заметили на крайнем севере Франции, в окрестностях небольшого портового городка, название которого имеет историческое значение…