Поскольку две временные линии синхронны (как, кстати, и развитие событий в фильме «Мементо»), путешественник влияет и на прошлое, и на будущее, что иллюстрируется противостоянием Протагониста с самим собой на складах порто-франко Осло. Начиная с картины «Назад в будущее» (Роберт Земекис, 1985), фильмы о путешествиях во времени традиционно инсценировали встречу двойников из нескольких временных эпох, соблюдая при этом формальный запрет на создание парадокса. Таким образом, наш герой должен выпутаться из противостояния лицом к лицу, по возможности не причинив себе вреда, но, поскольку он в маске, его прежняя версия не может его узнать. Темпоральные тиски обозначают ограничения, связанные с переплетением, точкой схождения различных времен, символизируемой знаменитой концепцией «Довода» и двумя сплетенными руками, ладони которых в конечном итоге становятся турникетами.
Что касается Сатора, то он первый персонаж, полностью освоивший эту теорию и относящуюся к ней технологию, поскольку он в некотором роде является ее основополжником. Он прекрасно понимал, что, путешествуя назад во времени, сможет постичь прошлое, зная будущее, и таким образом оказаться на шаг впереди. Похоже, это главная сила нолановских антагонистов, ведь и Джокер, и Лига Теней часто оказывались на шаг впереди Бэтмена и сил правопорядка в трилогии «Темный рыцарь». Поскольку время остается одной из любимых тем режиссера, очевидно, что манипуляции с ним по-прежнему являются одной из самых разрушительных способностей тех, кто использует его с дурными намерениями, как, например, персонаж Кеннета Браны. Настоящее же, напротив, остается неизменным и является общей точкой, основой между различными версиями, возникающими при изменении событий. Поэтому, когда Протагонисту и его соратникам удается остановить Сатора и предотвратить конец света, это остается лишь одной временной линией из многих, как подчеркивает Нил, говоря, что важна не та бомба, которая взорвалась (а это неизбежно произойдет в одной из временных линий), а та, которая не взорвалась (в той временной линии, в которой они находятся).
Выходное окно
Можно сказать, что у «Довода» имелось определенное количество карт в рукаве, чтобы стать успешным или, по крайней мере, позволить кинотеатрам немного подышать за маской от ковида. Получился зрелищный шпионский фильм с захватывающим сюжетом, основанным на сложной концепции и, прежде всего, на репутации его создателя. Она полна обещаний: тайна и конфликт в обертке современной отточенной режиссуры, дающей зрителям возможность порассуждать еще некоторое время после просмотра. Сложность сюжета и его деталей, даже если она немного преувеличена, также может послужить поводом вернуться в кинотеатр, чтобы лучше понять каждую подробность уже однажды увиденного фильма. Это само по себе забавно: ведь именно так поступают герои повествования, возвращаясь в прошлое.
Международные сборы фильма составили почти 364 миллиона долларов. «Довод», безусловно, успешен, но, если сравнить эту цифру с его бюджетом – от 200 до 225 миллионов, становится ясно, что до экономических достижений «Дюнкерка» (520 миллионов) или «Интерстеллара» (690 миллионов) ему еще очень далеко. Не говоря уже о миллиардах, заработанных трилогией «Темный рыцарь». Но не стоит забывать и об особых обстоятельствах, связанных с выходом фильма, которые, безусловно, повлияли на посещаемость кинотеатров. Тем более что в целом одиннадцатый полнометражный фильм Нолана был очень хорошо принят как зрителями, так и критиками, а агрегатор Rotten Tomatoes сообщил о 81% положительных оценок, полученных в англоязычных странах.
То, что фильм с таким бюджетом окупился, выйдя на экраны в условиях кризиса, связанного с несколькими месяцами заключения из-за пандемии, само по себе почетно. Тем более что у многих наконец-то освободившихся зрителей, возможно, был выбор сделать что-то еще, кроме как закрыться в темноте просмотрового зала, когда им наконец-то разрешили высунуть нос наружу.
В 2021 году «Довод» получил премию «Оскар» за лучшие визуальные эффекты благодаря работе Скотта Фишера, Эндрю Джексона и Эндрю Локли, но не был номинирован за лучшую режиссуру. На «Золотом глобусе» в том же году фильм не получил ничего, хотя и был номинирован на лучший саундтрек. Как вы уже поняли, «Довод» получил неоднозначный прием из-за кризиса в здравоохранении, а также широко распространенной паранойи и совершенно неверной культурной политики некоторых стран в связи с эпидемией. Виноваты не только политики. Некоторые художники, как, например, Матьё Кассовиц в эфире BFMTV [207], также громко и четко заявили, что культура абсолютно несущественна.
Как бы то ни было, творчество Кристофера Нолана, похоже, еще не подошло к завершению, хотя режиссер по-прежнему очень скрытен в отношении своих будущих проектов [208]. Время от времени появляются отрывочные сведения о прежних законсервированных художественных проектах, которые с годами превратились в своего рода окаменелости, содержащие информацию об эволюции их создателя. Один из примеров – незаконченный первый фильм, о существовании которого через некоторое время после выхода «Довода» заговорили те немногие, кто знал об этой первой попытке. В 1990-х годах Кристофер Нолан вместе со своей женой и продюсером Эммой Томас работал над сценарием под названием «Ларри Махони» – об одиноком студенте, который обнаруживает таинственную записную книжку, содержащую несколько адресов мест, которые он решает исследовать, постоянно меняя свою личность. Его друг Брайан Барнс посоветовал отказаться от проекта после того, как увидел первоначальный драфт сценария, настаивая, чтобы режиссер снял фильм-нуар, вдохновленный рассказами Рэймонда Чандлера – автора, которого Нолан всегда ценил. Несомненно, это был еще один набросок того, что стало фильмом «Преследование».
Так что в Голливуде высокий светловолосый парень стал абсолютно своим. Всемогущий, но вечно сдержанный Кристофер Нолан теперь пользуется доверием не только студий, но и не в последнюю очередь – преданного сообщества, которое всегда реагирует на призыв о начале работы над новым проектом.
Путь, который, несомненно, не всегда был легким, кажется естественным благодаря стратегическому выбору и терпению. Как и многие его коллеги, один из основоположников авторского блокбастера сумел эволюционизировать, сохранив при этом ключевые элементы своего кино, превратив каждый релиз фильма в настоящее событие.
Заключение
Кристофер Нолан, на счету которого одиннадцать полнометражных фильмов, всегда следовал своему пути, хотя иногда его обвиняли в том, что он снимает слишком много картин. Относится ли его работа к тем, которые никогда не заканчиваются? Что не может быть полностью реализовано до тех пор, пока создатель не уйдет из жизни? Неужели кульминация, как с работами Стэнли Кубрика, не наступит? Образ бесконечного пространства, космоса, все еще наполненного тайнами, как в «Интерстелларе», несомненно, будет довольно банальной метафорой, и все же она вполне