– А где водилы? – спросил Сергеич и поскреб в затылке, косясь на «амфибию».
С полминуты никто не отвечал. Зевнув, я сказал:
– Нам необязательно ехать на броневике, джип вполне сгодится.
– А если НЕХ нападет? – с сомнением проговорил Сергеич. – Ну, вдруг тут еще одна есть?
Вика хлопнула его по спине.
– Тогда, Пролетарий, по фигу, на чем ехать. НЕХ завалит и броневик, и джип. Нас только щит Тетыщи спасет. – Она повернулась к Бергману. – Ты же с нами?
Тетыща кивнул.
– Мне нравится идея взять джип, – сказал он. – И давайте поторопимся, чтобы до сумерек успеть.
Через пять минут, ровно тогда, когда солнце оставило розовую дорожку на горизонте, мы выехали к тоннелю. Вооруженные до зубов и готовые в любой момент давать отпор, мы, по правде говоря, напряженно ждали нападения.
Даже непривычно было, признаться, просто ехать, никого не опасаясь, ни от кого не отбиваясь. Теплый ветер бил в лицо, джунгли стрекотали цикадами, а фары выхватывали из темноты знакомый серпантин, по которому я днем гнал на мотоцикле. Крош мирно спал у меня на бедрах. Если в поле видимости появлялись бездушные, я отправлял их в джунгли, чтобы не мешали.
За все время езды до стоянки – один амбал и один нюхач, оба 29-го уровня. И все. Макс, заполучив инопланетное оружие, порывался нашинковать их в капусту, но на это не было времени. Я рассчитывал посвятить прокачке завтра и послезавтра – точнее, не я, а клан будет качаться, пока мы с Дитрихом отправимся выполнять задание системы.
– Красота и идиллия, – проговорил сидящий за рулем Рамиз. – Как в старые добрые времена!
– Хорошо было, – вздохнула Вика. – А мы не ценили, думали, что так и надо, так будет всегда.
– А мне нравится, – признался Рамиз. – Я снова молодой и полный сил. Просыпаешься утром – и…
– Эрекция! – выпучив глаза, ввинтил Сергеич умное многобуквенное слово. – Я забыл, че это такое!
Воздев перст, Рамиз протянул:
– Во-о-от! Ты понимаешь. Хотя я имел в виду не утренний стояк, прости, Вика…
– Напугал ежа голой жопой, – усмехнулась она.
А Рамиз продолжил:
– Я имел в виду, что сил много! Целый день на ногах, и не устал! А раньше только проснулся – а сил уже нет. Хотя целый день надо функционировать.
Я разрушил идиллию:
– Жаль, что через три дня нагрянут охотники и обломают наш кайф.
На место мы прибыли затемно. Я загодя взял под контроль всех бездушных поблизости. У тоннеля обнаружился Донки Конг – дошел-таки! – два амбала и шаркун. Остальная мелочь разбежалась, пока я был далеко, но главную работу они, к счастью, сделали. Свет фар скользнул по раскуроченной подпорной стене и утонул в черном лазе тоннеля.
– Аллилуйя! – воскликнула Вика радостно.
– Мотать мой лысый череп, – Сергеич подался вперед с заднего сиденья. – Тля буду, они вытащили все! Совсем все. Все камни, нах!
Нюхач, которого я поначалу не заметил, все еще, должно быть, выполнял мой приказ, выковыривая скрепленные бетоном камни из подпорной стены.
– Готово, – констатировал Тетыща. Впрочем, он лишь озвучил то, о чем думали все: – Никто на нас не напал, не попытался сожрать. Мне одному кажется это подозрительным?
Подозрительным это казалось всем, потому мы не спешили вылезать из машины. Я мысленно прикидывал расходы: пятьдесят одна нулевка и низкоуровневые, на каждого – хотя бы автомат и комплект таблеток, плюс броня, плюс прокачка через магазин. По самым скромным подсчетам – миллионов сорок, не больше. При моем-то балансе в миллиард семьсот – конечно, копейки. Но таблетки, естественно, дорожают с каждой покупкой, а денег много не бывает, особенно когда через три дня конец света.
– Ну че, – сказал Сергеич, – типа принимай работу. – Он кивнул на Донки Конга. – Прораб, вон, сдает объект.
– Прикрывайте, – скомандовал я, разбудил кота и спрыгнул на идеально чистый асфальт.
Я не видел, но чувствовал спиной – за мной не просто соклановцы, а друзья, готовые в любой момент защитить. Пока шел к тоннелю, ни камешек не хрустнул под ногой – бездушные убрали все, в том числе каменную крошку.
– Ну, блин, ребята, точно вам премию выпишу, – бормотал я, направляясь к черному провалу. – И каждому – медаль и благодарность перед строем.
Слишком все хорошо, слишком спокойно. Каждый раз, когда я чувствую себя в безопасности, случается жопа…
Загрохотало на горе, затрещали ломаемые кусты. Захотелось упасть и накрыть голову руками, но я подавил рефлекс, и правильно сделал, потому что это просто случился небольшой обвал.
Включив фонарик, я посветил в тоннель… и не обнаружил там нагромождение из машин. Развернулся, мазнул лучом по придорожным кустам… Ага, вот они, спрессованные в металлические шары.
Обернувшись, я сказал остальным:
– Тоннель не просто чист, а суперчист. Хоть сейчас вызывай к нам усиление.
– Пф-ф, усиление, – проворчала Вика. – Скорее ослабление. Сейчас точно не надо, они припрутся ближе к ночи, грязные и голодные. Ден! – Она сложила на груди руки лодочкой. – Давай завтра будет это большое переселение народов.
Тетыща кивнул.
– Соглашусь.
– Солидарен с вами, – согласился я. – Сегодня никто не готов. – И зевнул, представив, как в полночь провожу собрание, раздаю плюшки.
Нет уж, сперва высплюсь, потом с рассветом сгоняю на вертолете выполнять квест, а уж после этого – встречусь с обновленным кланом. Пока меня не будет, пусть Эстер с Кирстен принимают гостей, ознакомят их с правилами общежития. Проблем, разумеется, возникнуть не должно – покойный Хорхе Уй отлично выдрессировал команду.
– Новеньких принимать будем завтра, – сказал я вслух, а сам написал в клановый чат:
«Тоннель расчищен. Джехомар Диас, база готова принять тебя и твоих подчиненных. Ждем вас завтра до полудня со всем, что может пригодиться, включая еду, лекарства, оружие и машины».
Джехомар ответил лишь, что принял, сделает. Филиппинцы не написали ничего – боялись, надо полагать. Видимо, Хорхе считал, что чатом можно пользоваться только высшему офицерскому составу.
Зато «старички» завалили бестолковыми вопросами и шутками-прибаутками. Разбаловал я их, эх, разбаловал! Болтать с ними не хотелось, потому я написал лишь: «Вернусь – обсудим».
Обратная дорога прошла без приключений, и я, казалось бы, мог расслабиться, но в голове, как назло, ворочались мысли – о скейрах, мумифицированных рептилоидах, о жнецах, которых никто не видел, но которые, несомненно, существовали. Какие они? Вряд ли симпатичные в человеческом понимании. И вообще, есть ли у них тело?
Сидел я возле Рамиза, гладил кота и вспоминал два инопланетных артефакта,