*****
Звонок с охраны отвлек её от просмотра очередного отчета. Лена. Что ей здесь нужно?
— Какая неожиданность. Не могу сказать, что приятная. Что на этот раз? Принесла новую порцию угроз? — Алиса встретила девушку в дверях.
— Я тоже не особо рада встрече. Но всё же, можно я пройду? Разговаривать в коридоре не слишком удобно.
Лена, не дожидаясь ответа, попыталась протиснуться мимо Алисы. Та посторонилась, давая ей пройти и прикрыла дверь. Она не пошла в свой кабинет, предложив Лене присесть на стул для посетителей. Сама она осталась стоять.
— Что ты ответишь Воронцову? — Лена в ожидании посмотрела на Алису.
— Откуда ты знаешь, что мне что-то надо ему ответить?
— Марк звонил. Ты же не думаешь, что Аркадий Петрович просто будет ждать твоего решения? Он конечно уже готов и к твоему отказу, и к твоему согласию, и даже к тому, что тебя завтра может сбить трамвай.
— Логично. А тебе что от меня нужно?
— Я хочу понимать, что ты будешь делать. Подчинишься Аркадию Петровичу? Благородно уйдешь в закат?
— В прошлую нашу встречу, насколько я помню, ты очень старательно добивалась именно этого. А теперь ты опять сидишь тут. Что заставило тебя переобуться в воздухе?
— Выход Шума. И реакция студий на него. Я не ожидала такой волны. Мне пришло три предложения. Не знаю, сколько подобных писем у Вани. Но что-то мне подсказывает, что отец просто не отпустит его. А тот, если почувствует вкус свободы, сорвётся с цепи. И закончится всё это очень плохо. Мне нужно наконец понять, с кем я имею дело. С расчётливой бизнес-леди или с влюблённой кошкой, которая загорится и сгорит, похоронив моё дело под обломками.
Лена поёрзала на стуле, пытаясь устроиться поудобнее. Алиса молчала, давая ей выговориться.
— Поэтому давай без иллюзий. Алис, просто скажи мне, ты любишь его? Мне сейчас важно понимать, какие цели у каждого из нас. Без этого я не могу решить, есть ли у «Звукороя» шанс на дальнейшее существование, или мне срочно стоит заняться поисками нового работодателя.
— Люблю? Какой внезапный вопрос. Особенно от тебя, — Алиса тихо фыркнула, — Лена, мне тридцать два года. Я знакома с Ваней три месяца, о какой любви вообще может идти речь? Я очень сильно ошиблась, смешав личное и работу, но мне и в голову не могло прийти, что он ещё настолько пацан. Он же говорил и делал правильные, взрослые вещи.
Алиса замолчала, провела ладонью по лицу.
— Пойми меня правильно, Ваня мне очень нравится. Иногда мне кажется, что он действительно талантливый. Немного порывистый, слишком эмоциональный, но талантливый. Я никогда не была такой, ни в двадцать пять, ни даже в четырнадцать. И ради того, чтобы позволить ему остаться таким, я готова задуматься о том, чтобы бросить всё и уехать в Париж подметать улицы.
Алиса помолчала пару минут. Лена замерла, внимательно следя за ней и стараясь не прервать этот внезапный поток откровений.
—Ты думаешь я из-за твоего ультиматума сижу в задумчивости последние два дня? Да ты меньшая из моих проблем, я никогда не веду переговоры с террористами. Несомненно, ты очень хороша, но незаменимых нет. Ваня побесился бы недельку, утопил бы… ну не знаю что, в честь тебя может целый автобус. А потом смирился. Но то, на что его отец готов пойти ради сохранения контроля, заставляет меня задуматься о том, что стоит бежать от этой семейки подальше, и не оглядываться.
— Бежать? — Лена фыркнула, не скрывая презрения. — Отличный план. Есть только одна проблема — он немного запоздал. Особенно с твоей кредитной историей. Ты в курсе, что Аркадий Петрович уже заказал у своих аналитиков полный аудит твоего агентства? Не для сделки. Для банкротства. На случай твоего «нет».
Алиса отошла к окну, вернулась обратно и села на край стола, сохраняя высоту.
— Ты что-то предлагаешь? Ты же явно приехала не просто поныть.
— Я приехала спасти свою студию, — Лена вытащила из кармана электронную сигарету, покрутила в пальцах и сунула обратно. — А для этого мне нужно знать, с кем я имею дело. С тобой или с тем, кого пришлёт Воронцов на твоё место. Разница, на минуточку, в том, что ты хоть понимаешь, где ставить паузы в выступлении. А его Марк — нет.
— Трогательная забота о моём будущем.
— О моём будущем, — поправила Лена. — С тобой у меня есть шанс остаться главной. С любым другим — я стану наёмным техником, который крутит ручки по указке. А Иван превратится в говорящую куклу для дуэтов с поп-принцессами. Тебя устраивает такой финал?
— Меня не устраивает нынешняя ситуация.
— Не тебя одну. Поэтому я предлагаю выход. — Лена откинулась на спинку стула, приняв позу лектора. — Ты принимаешь предложение Воронцова. Остаёшься его официальным надзирателем при сыне. Получаешь деньги на свой офис и доступ к его контрактам.
— И становлюсь официальной тварью. Отличный план.
— Становишься официальной тварью с бонусами, — не моргнув глазом, ответила Лена. — Ты остаёшься со своим агентством, с успешным проектом, и с богатеньким красавчиком в постели.
Алиса молчала, глядя на неё.
— А тебе-то что с этого? Кроме гарантий работы?
— Для меня всё просто останется как прежде. Может даже чуть лучше. Аркадий Петрович уже расщедрился, мы получаем дополнительное финансирование. Новое оборудование. Для меня самое главное — стабильность. Пока ты там будешь изображать, я смогу нормально работать. Без авралов, без угроз закрытия. — Лена усмехнулась. — Мы все в выигрыше. Ваня получает тебя как буфер от отца. Ты — свой бизнес на плаву. Я — свою студию. Воронцов-старший — иллюзию контроля. Все довольны. Ну, кроме твоей совести, но её, я думаю ты уже не раз клала на весы.
Она кивнула на лист с цифрами на столе Алисы.
— Цифры — они такие честные. Не то что чувства. Итак, что выберешь? Благородную гибель? Или грязную, но живую игру, где у тебя хоть какие-то карты на руках?
— А что с Ваней? — тихо спросила Алиса. — Как я буду смотреть ему в глаза?
— Точно так же, как смотрела всего два месяца назад, — холодно констатировала Лена. — Через призму контракта. Только с бóльшими полномочиями. Сможешь ли ты соврать ему в лицо — это твои проблемы. Моё дело — не дать прийти сюда какому-нибудь идиоту, который начнёт учить меня сводить треки. Решай. У тебя полно времени до завтрашнего утра.
Она встала, поправила сумку на плече и вышла, не дожидаясь ответа. Алиса осталась сидеть на краю стола. Ей вдруг с болезненной ясностью вспомнился сон. Три этажа. Голые стены. Недосягаемая сумма. Она металась по этому лабиринту, пытаясь найти выход, найти деньги, найти смысл. Возможно, ей нужно было не достраивать лишние этажи, а искать единственную дверь, которая в том сне была не заперта.
Она подняла голову и посмотрела на фикусы. Листья, которые она протёрла утром, теперь ловили скупой свет из окна, и на мгновение ей показалось, что они стали чуть зеленее.
****
Телефон на столе завибрировал. Алиса посмотрела на экран — «Катя». Она взяла трубку.
— Я сегодня улетаю, — голос Кати звучал приглушенно. — Рейс через четыре часа. Ты ещё успеешь проводить меня прощальной кружечкой кофе. Приедешь?
— Конечно, через час буду.
****
Она нашла их у стойки с кофе за пределами зоны вылета. На удивление компактные, почти игрушечные чемоданчики стояли у ног Кати — будто они уезжали не на полгода, а на выходные, легко и без оглядки. Сергей доедал круассан. Катя сидела напротив и вертела в руках посадочный талон, уже слегка помятый.
— Ты опоздала на полчаса, — заметила она, увидев Алису. — Я уже начала бояться, что ты передумала. Решила, что проводы — это слишком пафосно.
— Радуйся, что я не с оркестром приехала, — ответила Алиса, подсаживаясь. — Я не могла оставаться в офисе, не убедившись воочию, что ты и правда сбегаешь.
— На этот раз точно, — искренняя улыбка появилась у Кати на губах, но взгляд уже был немного отстранённым, будто она мысленно была там, в самолёте, глядя в иллюминатор на удаляющийся город.