***
Месяц спустя
Под кайфом, я не знаю как, оказываюсь затаившимся в лесу возле хижины, мои чувства затуманены опиумом и поглощены ею. Жажда, которую она пробудила, стала неконтролируемой. Я улыбаюсь, алчный, зловеще алчный.
«Очисти её! Выпотроши эту шлюху! Вырви свой плод из её чрева», — неистовствует зверь.
Я подавляю своё нетерпение, потому что всё же остаётся лёгкое недомогание, которое, возможно, лишь своего рода страх сцены перед моим выходом для последнего акта.
Финальный акт. Возвращение к Бытию
«...а теперь прости преступление рабов Бога твоего...» (Бытие)
Глава 26
Мэрисса
И вот мы здесь, месяцы спустя. Я устроилась в своем ветхом кресле, в этой заброшенной старой хижине, и наблюдаю, как туман лижет поляну.
Декорации, достойные дурного сценария фильма ужасов.
С той лишь разницей, что это — реальность. Жажда мести, что точит меня изнутри до болезни, — отнюдь не плод воображения. Я знала, что возвращение к какой-либо рутине, даже от случая к случаю, будет невыносимым.
Дьявол вплел свои нити в самую мою глубину и не собирается отпускать.
Я совершила немало поступков в этом проклятом месте. Поступков, которыми не горжусь. Я испытывала влечение и физическое желание к этому монстру. И каждый раз я задаюсь вопросом, как же я позволила ему так развратить себя.
Сегодня мои мысли неумолимо возвращаются к той ночи, когда я ему уступила. К вечеру, когда наша порочность была взаимной. В конечном счете, он был прав: я явила свою истинную природу и получила от этого колоссальное удовольствие.
— Если человек твердит тебе на каждом шагу, что небо фиолетовое, в конце концов ты сам убедишь себя, что это ты спятил, веря, будто оно синее, — шепчет мне совесть, пытаясь утешить.
Как бы там ни было, он начал эту битву и выиграл первый раунд, но на этом всё и кончится. Пусть я всё ещё не знаю, как поставить точку в этой главе, я на удивление спокойна. Параллель между моей жизнью и встречей с Фентоном в том, что Бог, возможно, и отвернулся от меня, обрекая на ад с самого моего рождения, но если всё это — чтобы привести меня к этому моменту, то пусть будет так.
Пусть он идет к черту!
Адское пламя может вечно меня опалять — я своё отомщу. Возмездие свершится. Фентон не уйдет от расплаты. И я всё подготовила, чтобы выманить его из норы. Психопат не выносит фрустрации и потери контроля. Когда он узнает, что его противозачаточные пилюли, якобы, не подействовали на меня, он этого не стерпит. Это пробудит его ярость. По моим губам расползается коварная улыбка. Я с наслаждением вступаю в то, что он считает своей собственной игрой, своим шансом вновь захватить власть над моим существованием.
Не дождешься, ублюдок! Я жду тебя!
Он придет. Ничего по-настоящему не начнется, пока его здесь не будет.
***
Два дня спустя
Я одета в низ спортивного костюма и свободную футболку и готова отправиться спать. Вдруг сверху доносится шум. Я замираю и прислушиваюсь. Капает вода. Спустившись к лестнице, я щелкаю выключателями, но, кроме света на первом этаже, ничего не загорается. От тревоги сжимается грудь.
Это он? Конечно же он. Это так на него похоже.
Торопливо я ищу в прихожей в ящике, разыскивая фонарик и один из стволов, что припрятала по всему дому. Вооружившись и осветив себе путь, с бешено колотящимся сердцем, медленно поднимаюсь по ступеням, затаив дыхание. Внимательная к малейшему звуку, крадусь по коридору, приближаясь к двери в ванную. Перед ней я осторожно толкаю полотно и скольжу внутрь, прощупывая пространство стволом. Кран горячей воды закрыт неплотно, а пробка в раковине не вынута. Полузаполненная чаша выпускает густое облако пара, зависшее в воздухе. Я перекрываю тонкую струйку и осматриваю каждый уголок тесного помещения. Луч моего фонаря вдруг останавливается на зеркале. Пар рассеялся, и на запотевшей поверхности я различаю следы написанного слова: ГНЕВ.
Наша история разыгрывается именно в этот момент.
Скрипнула половица. Краем глаза я замечаю тень, быстро промелькнувшую в коридоре. Под наплывом адреналина пульс участился. Спазмом свело живот, я бросаюсь в смежную спальню, чтобы перехватить его у основного выхода. Но он быстрее. Резким толчком меня швыряет в сторону, я теряю равновесие и фонарь. В последний момент удерживаюсь о ближайшую стену и навожу оружие на темную массу, вырисовывающуюся в полумраке. Он замирает в метре от моего «Глока».
— Прости, я не хотел причинить вред ребенку, — заявляет он, демонстративно показывая ладони, пытаясь меня неуместно успокоить.
Даже готовясь к этому, я испытываю приступ паники, оказавшись лицом к лицу с этим чудовищем. Половина его лица освещена лунным светом, пробивающимся сквозь окна, другая — в тени, что делает его еще опаснее. На пару секунд я теряюсь в извилистых лабиринтах памяти, и моя ненависть, и отвращение к этому ублюдку накатывают с новой силой. Револьвер, нацеленный на него, дрожит в моей руке.
— Жми на спуск, Мэрисса. Давай же! — провоцирует он меня, делая шаг вперед.
— Стой на месте!
Он послушно останавливается.
— Смерть для меня всего лишь этап. Я всегда буду с тобой. В тебе, — усмехается он.
— Ты настоящий псих.
— Ну так! Давай же! Пристрели меня. Собирай поздравления, медали и почести. Разве не этого ты искала с самого начала, агент Роулингс? Доказать себе и коллегам, что ты лучшая? — насмехается он.
Ослепленная нарастающей яростью, я кладу указательный палец на спуск и дважды нажимаю. Ничего.
— Сволочь!!! — воплю я в бешенстве, снова и снова бесполезно дёргая курок.
Я каменею, моя жажда мести повисает в воздухе. Волна озноба пробегает по позвоночнику, когда я внезапно слышу отчетливые, быстро следующие друг за другом звуки.
— Сюжетный поворот, та-да-да! — хохочет Фентон, по одной выпуская из ладони патроны, которые он там бережно хранил.
Вне себя, я яростно швыряю металл в темноту, надеясь угодить ему в морду, а затем устремляюсь в соседние комнаты. Инстинктивно прикрываю ладонью живот, сбегаю вниз по лестнице и кидаюсь к своим многочисленным тайникам. Все мои стволы оказались разряжены.
— Что ты ищешь? — восклицает Фентон, не спеша спускаясь по ступеням. — О, Мэрисса, — продолжает он, с неодобрением качая головой при виде того, как я лихорадочно проверяю барабаны. — Меня заставила задуматься вся эта артиллерия. Под раковиной, в ванной, в диване, за холодильником, в шкафу, — перечисляет он.
Как я и предполагала, этот ублюдок прочесал весь