День сразу стал не таким ярким, как и моё настроение. Полиция всерьёз разыскивает меня, да и француза тоже ищут. А если он испугается и свалит из страны? Надо как можно быстрее отыскать его, но сперва стоит решить вопрос с зельем, нарушающим связь мозга с даром.
Поймав такси, поехал в сторону парка Екатерингоф, незаметно от шофера счищая грязь с кроссовок. За окном начал накрапывать дождь, намекая, что погода в столице крайне изменчива.
А уж когда я вышел из такси, дождь вошёл в силу. Не хлестал как из ведра, но был вполне ощутимым, барабанил по крышам — только в путь. Посему мне пришлось перемещаться короткими перебежками — от одного укрытия к другому.
Повезло, что удача улыбнулась мне, довольно быстро подсунув бар с названием «Сахара». Он располагался в подвале старинного особняка.
Я спустился по мокрым металлическим ступеням и очутился в небольшом помещении. На стенах из красного кирпича висели арабские ковры, в углу пучило зенки чучело верблюда, а мужичонка за стойкой мог похвастаться тюрбаном. Пахло пряностями и свежим пивом.
Троица посетителей глотала пенное из кружек: двое оказались белыми, а один — темнокожим. Все они сидели за стойкой, но вряд ли были знакомы.
И я, памятуя об указаниях Владлены, иронично проговорил, глядя на мужчин, косящихся на меня:
— Кто из вас Африканец?
Бледнолицые удивлённо переглянулись и перевели взор на темнокожего.
— Предположим, я, — недружелюбно пробасил он с английским акцентом, расправив широченные плечи, скрытые белой футболкой.
— Никогда бы не подумал, — усмехнулся я и уселся рядом с ним на круглый высокий барный стул.
— Юморист? — хмуро буркнул Африканец, изучая меня почти чёрными глазами, поблескивающими на широком лице с крупными чертами.
— Не без этого, — подмигнул я и шёпотом добавил: — Нужно зелье, нарушающее связь мозга и магического дара.
— А я-то тут при чём? — делано удивился мужчина, отвернулся и сделал мощный глоток пива. Вытер толстые губы и пренебрежительно добавил, сверкнув золотым перстнем на пальце со свежим химическим ожогом: — Иди в любую зельеварню. Там и покупай.
— У меня из документов только усы, лапы и хвост, так что хрен мне его продадут. А ты продашь, пусть и втридорога. Мне тебя серьёзные люди посоветовали, а ты дурака валяешь. Нет у меня времени доказывать, что я не из полиции, не засланный казачок. Либо ты продаёшь мне зелье, либо я встаю — и досвидули. Решай. У тебя есть ровно пара минут. А я пока поем, с утра во рту не было даже маковой росинки. Эй, бармен, кружку лучшего пива, да побыстрее, а то уже за полдень, а я ещё не обедал!
Мужчина в тюрбане поставил запотевшую стеклянную кружку, и я присосался к ней, как вампир к шее принцессы с самой вожделенной группой крови. Прохладная амброзия потекла по моему пищеводу. Во рту появился хлебный привкус. Аж глаза закатил от наслаждения, но я не расслаблялся, потому чувствовал на себе оценивающий взгляд Африканца.
Ежели он сейчас откажется иметь со мной дело, то ситуация сильно осложнится. Придётся искать другого подобного торговца. А это лишняя трата драгоценного времени, и так исчезающего крайне быстро.
Однако я сделал всё, чтобы Африканец поверил, что перед ним не подсадная утка. Имя Владлены сработало бы, наверное, лучше, но о ней лучше не упоминать лишний раз.
— Кхам, — наконец кашлянул мужчина и украдкой толкнул ко мне пальцем салфетку.
На ней красовались цифры. Деньги из моего кармана тут же незаметно перекочевали под салфетку.
— Я сейчас выйду, а ты потом. Зелье будет в водосточной трубе на углу дома, — негромко сказал в сторону мужчина, глядя на телевизор под потолком, где показывали футбол. «Спартак» опять проигрывал.
— И что тебя убедило, что я вполне себе обычный клиент?
— Твоя дерьмовая расистская шутка. Будь ты копом, начал бы облизывать меня, а не зубы скалить.
На то и был расчёт. Я умел найти подход к таким личностям.
— Тогда за дело. Чего сидим? — улыбнулся я и даже не заметил, как со стойки исчезла салфетка с деньгами. Магия прям какая-то. Чёрная магия…
Африканец неторопливо встал со стула, снял с вешалки зонтик и вышел. А я не спеша допил пиво и тоже покинул бар, отчаянно надеясь, что торговец меня не кинет.
Труба сразу попалась мне на глаза. Ржавая, жестяная. Из неё весело струилась дождевая вода.
Как бы не смыло моё зелье. Сунул руку внутрь и облегчённо выдохнул. На месте. Африканец хорошо закрепил варево. Я извлёк его, вытер о промокшие штаны и сунул в карман, после чего забежал в арку дома-колодца и принялся следить за улицей. Такси придётся ловить по старинке — взмахом руки. Телефон включать нельзя.
Повезло, что минут через пять мимо как раз ехало одно свободное. Оно остановилось и взяло на борт изрядно намокшего дедушку, начавшего шмыгать носом.
— Куда едем? — обернулся ко мне бородатый шофер с морщинами вокруг блёклых глаз.
— Есть поблизости магазин электроники?
— На Нарвском проспекте имеется один. Недорогой вроде. Я там сыну умные часы покупал.
— Поезжай туда. Мне как раз такие часы и нужны. Авось поумнею.
Шофер кивнул и погнал скрипящее подвеской авто через серость дождя.
Домчались мы туда быстро, а ещё быстрее я совершил покупки и на этом же такси поехал в сторону Троице-Измайловского собора. Вышел прямо возле него, играя роль туриста.
Но как только такси скрылось, сунул руки в карманы, поглубже натянул мокрую бейсболку и начал изучать квартал, выискивая нужный дом.
Дождь между тем превратился в совсем мелкий, противный. Округу опять заволокло туманом. Небо затянуло бледными тучами и накатили чахлые сумерки. Зажужжали уличные фонари, изрыгнув жёлтый свет.
А я всё бродил и бродил, но, к счастью, не просто так. Отыскал-таки два похожих дома. Один — старинный особняк с облупившимся фасадом, мутными тёмными окнами, запертыми дверьми и громыхающим на лёгком ветру листом жести, лежащим на крыше. Второй уже был жилым, многоквартирным, окна светились, но далеко не всё. Вид он тоже имел потрёпанный.
Прикинув все «за» и «против», выбрал старинный особняк.
Воровато огляделся, аккуратно вскрыл дверной замок и проскользнул в прихожую, снова заперев дверь. Запахи пыли и чего-то горького проникли в нос. Взгляд же скользнул по проступающим из сумрака контурам мебели, накрытой серыми от пыли покрывалами.
На пошарпанном полу красовалось множество следов. Кто-то сюда точно заглядывал. Но де Тур ли это? Может, и он. Есть шанс, что француз прямо сейчас находится где-то здесь.
Затаив дыхание, я осторожно двинулся в сторону