Глава 20
Люба
Пока едем в машине, Даше приходит сообщение. Она смотрит на экран и тут же безразлично кладет айфон обратно на сиденье.
– Что пишут? – с улыбкой интересуюсь я.
Она протягивает мне телефон, на экране высвечивается переписка в ВК. Стройный ряд одинаковых стикеров «С Днем Рождения!» Разнятся только цифры, обозначающие года. Вверху вижу профиль отправителя – Анна Землянская.
Выключаю телефон и обнимаю Дашу за плечи. Она приникает ко мне, и я чувствую ее дыхание. Слова не нужны. Любящая мать могла бы написать хоть пару строк, а не отделываться дежурным стикером. Или… она не может? Неужели у Гораева есть такие рычаги влияния на нее?
Бросаю взгляд из-под ресниц на Гораева. Он сидит на переднем сидении и не оборачивается. Меня охватывают сомнения. Тетя Катя много рассказывала о том, что он отвратительный человек и не дает общаться с внучкой. Но из-за чего они с Аней расстались, она не говорила. Почему?
Сегодня Гораев выпроводил Ларису с праздника и не стал навязывать ее присутствие дочери. Он принял в доме собаку, купленную без его ведома. Играл с нами в водную войнушку. Это так не похоже на конченого злобного человека! Или мне не хочется в это верить…
Но что тогда? Почему Аня не общается с дочерью? Пазл в моей голове не складывается. Я даже прикинулась дурочкой и попробовала расспросить Кирилла. Он отшутился, но его колючий взгляд сказал мне больше слов. Что-то произошло тогда, десять лет назад. Не просто так развелись Гораевы, не из-за дежурного «не сошлись характерами».
Я покрепче прижимаю к себе Дашу. Каково ей думать, что она не нужна матери? Что достойна только дурацкого стикера! А ведь между этими стикерами проходит целая жизнь.
Хочу спросить, писала ли тетя Катя поздравления, и боюсь лишний раз травмировать Дашу. Так мы и едем до самого дома, молча. Тишину разбавляет лишь негромко играющее радио.
Заходим в дом и сразу же попадаем в поле зрения Гарика. Вот уж кто так искренне всем радуется, что хвост, кажется, готов отвалиться и со всей центробежной силой улететь в непредсказуемом направлении.
– Куда это складывать? – спрашивает Сергей, которого почти не видно из-за подарочных пакетов и коробок.
– Туда.
Даша равнодушно машет рукой на диван в гостиной.
– Тебе совсем не интересно, что тебе подарили? – удивляюсь я.
Она пожимает плечами и валится на кожаный диван, рядом с которым Сергей поставил пакеты.
– Потому что самый главный подарок еще не вручен! – Гораев появляется с пакетом из кабинета. – Самый главный всегда от папы. С Днем Рождения!
Он вручает Даше пакет и бросает на меня высокомерный взгляд. Я тихо фыркаю. Непробиваемо самовлюбленный тип! Даша лезет в пакет и с натянутой улыбкой достает коробочку с новым айфоном.
Делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться – настолько меня злит подарок Гораева. Платье, скрепленное двумя булавочками, вновь грозит разойтись. Но вместо меня ответочку Гораев получает от Гарика.
– Ах ты, мелкий монстр! Опять за свое? Кто-нибудь в доме имеет влияние на это чудовище?
Гораев встряхивает ногой и отшагивает от небольшой лужицы, сделанной со снайперской точностью возле его ботинка.
– Собаки чувствуют людей, – не удерживаюсь от комментария я.
Гораев медленно переводит взгляд с Гарика на меня. В его глазах читается обещание страшной расправы. В этот момент песель издает громкий звук, нечто среднее между храпом и чихом, и пытается вытереть морду о штанину брюк Гораева.
– Это просто издевательство! – притворно яростно бушует хозяин дома.
– Это собулинг! – скупо улыбается Даша и подхватывает на руки Гарика.
– Вполне заслуженный, – добавляю я бесстрашно.
А что? Мне терять уже нечего. После того как Гораев чуть не уткнулся лицом в мою грудь, мы практически родные люди!
– Дочь, а ты точно все вытащила из пакета? – спрашивает он.
Лицо при этом такое, что даже у меня начинает биться сердце в предвкушении настоящего сюрприза. Айфон подарен, что там еще может быть? Даша одной рукой прижимает к груди Гарика, а другой шарит в пакете и вытаскивает конверт.
– Что это?
– Открой и узнаешь, – улыбается Гораев.
Даша нетерпеливо вытаскивает свернутый лист бумаги, пробегается взглядом по строчкам и радостно визжит.
– Спасибо! Спасибо! Спасибо! Пап, ты самый лучший! – она сует мне в руки Гарика, а сама бросается отцу на шею.
– Да, я такой, – довольно смеется Гораев и легко подбрасывает Дашу вверх.
Мы с Гариком с умилением наблюдаем за ними. Меня гложет любопытство, но я мужественно сдерживаюсь и ничего не спрашиваю. Племяшка слезает с отцовских рук и несется ко мне, протягивая бумагу.
– Смотри, папа оплатил интенсив по английскому!
– Надо же! Вот это сюрприз! – радуюсь я и удивленно гляжу на Гораева.
Он отвечает мне пристальным взглядом. От его внимания, конечно, не ушло, что Даша мне тыкает. Но Слава Богу, он не комментирует это. Тем более, что за ним и так должок. Ведь это я подсказала классную идею подарка. Неожиданно приятно, что Дмитрий Александрович прислушался ко мне.
– А знаете что? Пойдемте варить креветки! – предлагает Гораев.
– Ура! Креветки! Папа, это самый лучший день!
– Мы всегда в качестве примирения варим креветки, – поясняет мне Гораев.
– Странная традиция, конечно, – комментирую я и подмигиваю племяннице: – но я всегда за любой кипиш, особенно если он связан с едой.
Пока мы идем вслед за умчавшейся вприпрыжку Дашей, я не удерживаюсь от подколки.
– Дмитрий Александрович.
– Да?
– А вы точно головой не ударились? Как-то внезапно одедморозились.
– Любовь Михайловна.
– Да?
– А вы точно головой не ударились? Как-то окончательно обесстрашились.
Насупливаюсь и решаю больше не разговаривать с Гораевым. Черт дернул меня за язык. Не надо пытаться наладить дружеский контакт. Он мой босс, и на этом все!
Мы с Маргаритой усаживаемся за стол и с удовольствием наблюдаем, как чета Гораевых возится у плиты. Готовых креветок вываливают на блюдо. Ставят воду, лимон.
Морские гады идут на ура. В какой-то момент Даша, чистя креветку, восклицает:
– Ай, больно!
– Укусила? – невозмутимо спрашивает Гораев.
Две секунды тишины, и наш смех заполняет кухню. Получилось классное окончание сложного дня. Возвращаясь к себе в комнату, понимаю, что мне нужно сделать