Полина угодливо засмеялась, а у Грегора вытянулось лицо. Старший Криссп уже приготовился максимально ядовито ответить на насмешку, как вдруг по всему залу эхом прокатился громкий вскрик:
– Ой, ой, ой! Это у вас что, мраморная фистраль?!
Шумные беседы поутихли. Некоторые из слуг испуганно замерли, и даже музыканты на миг прервали мелодию. Взгляды кадетства сосредоточились на Агнии, которая, не замечая всеобщего внимания, вскочила со стула и взволнованно пожирала глазами небольшое блюдце в центре стола.
– Да, да, это фистраль, я узнаю. Вкуснятина неописуемая! Мы всего раз её пробовали, дайте, дайте!
По залу покатился смех и даже редкие аплодисменты. Тайрон протёр салфеткой рот, картинно скрывая смешки. Грегор, напротив, поджал губы и втянул носом воздух с явным неодобрением столь непринуждённого поведения девушки.
Сама же непринуждённая навалилась на стол, заставив соседние блюда опасно звякнуть, и сцапала тарелочку кончиками пальцев. Подтащив к себе горку мелконарезанной рыбы со слабым мраморным оттенком, Агния поднесла её к носу и, принюхавшись, блаженно запрокинула голову.
– Неземное наслаждение… Тайрон! Как… откуда? Её ведь всю выловили, когда мне и десяти не стукнуло! Её же вообще больше нет!
– В природе нет. Отец разводит их в небольшом пруду на тангарийской вилле специально для самых важных мероприятий. Так что кушай на здоровье, Агния. На рынке такую не купить ни за какие деньги. Только другим оставь, ещё одну порцию фистрали даже я так сразу к столу подать не смогу.
– Да мне два кусочка. – Агния отправила порцию в рот и на потеху почтенной публике не смогла сдержать стона. – Тайрон! Клянусь, я тебе за это…
– Что? Сено продашь со скидкой?
– Стих напишу. Оду хвалебную. Высоким слогом, как вы, Драгоценные, любите.
– Не надо, – Тайрон в испуге отстранился от стола, – я уже представляю этот шедевр: «Пять стогов по девять центов, таможник, гад, повысил ренту».
Сквозь всеобщий хохот до сидевших за центральным столом донёсся ответ Агнии, заставивший их веселиться ещё громче.
– Между прочим, ни одна сцена в ваших трагических романах не сравнится по драматизму с ситуацией, когда ты сходишь на пристань и таможник сообщает тебе, что администрация повысила торговый сбор вдвое!
Хлопнула пробка. Это Грегор открыл шампанское и теперь наливал пенящуюся жидкость в бокал. Всеобщее веселье он отказывался замечать категорически.
Второй дозволенный кусок Агния смаковала минут десять, поэтому, когда на ухо ей зашептала Лисса, поперхнулась и поспешно промыла горло вином.
– Может, угостишь фистралью господина Крисспа-старшего? У него очень угрюмый вид. Наверное, он расстроился, когда ты схватила блюдо.
– Чего? А… не, он не по рыбе тоскует. Мне кажется, Тайрон им помыкает. Зуб даю, Грегору есть чем заняться сегодняшней ночью, но Тайрон сказал: «Будешь сидеть, пировать вместе со мной», вот он весь и кипит изнутри… ой.
Полина выронила вилку в мидиевый салат. Гентий и Норманн умолкли на полуслове. Кончики ушей Агнии запылали.
Она медленно повернула голову, чтобы встретиться с острым взглядом Грегора.
– …похоже, стоило говорить шёпотом. Простите. Но… но ведь это правда! Хе, хе…
И, выдавив смешок, Агния умолкла в растерянном смущении.
Грегор медленно и шумно отпил своё шампанское, не спуская глаз с морячки.
– А про вас говорят, что вы из Имущих Лиц. Для представительницы столь невысокого сословия пробиться в Элитарную Навигацкую Академию, да ещё и получить первый ранг – задача невероятно сложная. Уверен, вам пришлось проявить впечатляющую прыть, юная особа.
Краска распространилась с кончиков ушей на всё лицо Агнии. Лисса громко ахнула и прижала ладони ко рту, а Ружер грозно нахмурился. По столу прокатился осуждающий ропот, и Гектор, почувствовав возмущение молодёжи, усмехнулся, довольный, и хлопнул остаток шампанского.
«Если так подмывает, возьми да обматери всех нас, кадетов, чего яд по капле цедить?» – вертелось на языке у Агнии, но тут Тайрон бросился на защиту сокурсницы:
– Брат, ты чересчур рубишь сплеча. Уверяю тебя, Агния Синимия – прилежная ученица и человек высшей порядочности. Понимаете, он недавно сошёлся с Аскаротом и, видимо, из-за тесного знакомства со столь необычной личностью иногда воображает себя древним святым, способным одним взглядом прозревать души людские.
Последняя фраза была обращена к кадетам с явной попыткой оправдать родственника. Настала очередь Грегора заливаться алым.
Тайрон же, не дав старшему брату рта раскрыть, вдруг встал из-за стола и простёр руки кверху, призывая весь бальный зал к молчанию.
– Я давно приметил, что, когда мои друзья начинают говорить друг другу гадости, это верный знак, что банкет угасает. Столы к стенам, благородное общество! А вас, – полупоклон в сторону Агнии, – я в качестве компенсации приглашаю на первый ка-тет.
– Принимается, – вскочила Агния следом.
Заскрипели отодвигаемые стулья. Распорядитель подал сигнал музыкантам, и те, прервав симфонию, достали скрипки и заиграли быстрый скрипичный джаз. Пока пёстрая толпа оттекала в центр зала, слуги с поразительной аккуратностью освободили пространство для танца, сдвинули столы к стене, не пролив ни капли напитков.
Агния успела заметить, как сияющий Ружер пригласил на вальс Лиссу, прежде чем Тайрон взял её под руку, положив вторую ладонь на талию. Вдвоём они влились в шеренгу таких же пар и по сигналу распорядителя двинулись вперёд вальсировать первый ка-тет.
Джаз-вальс или вальс-модерн. Новомодный, резвый, разгоняющий кровь в венах. Агния уже успела оценить все превосходства этого танца над традиционным вальсом, который был на первом празднике Флота. Камерный оркестр Крисспов играл весьма недурно, хоть аккорды и глушились ритмичным топотом каблуков по паркету. Большинство кадетов успевали не только исполнять все па, но и ступать строго в такт мелодии.
«Тренированные. Неужели их только для этого учили маршировать? В бою ведь маршировка без надобности».
От выпитого Агнию раскачивало, но Криссп чувствовал качку и возвращал ей остойчивость.
«Ружер-то не соврал. Полуденное вино – высший класс. Эх, отцовскую бы кружку сюда. А то одни бокалы: несерьёзно».
Такт-такт. Разворот. Каблук-носок, носок-каблук. Поклон. И опять диагональ.
– Скажи, Агния, неужели тебе не надоедает всю жизнь возить сено из Тангарии в Предрассветный?
– Что? – удивилась Агния. – Странный вопрос. А тебе дышать не надоело?
– Дыхание – автоматическое. А тут другое. День за днём: одни и те же матросы, один и тот же корабль, одно и то же море. Я бы на стену полез от скуки.
– Матросы всегда разные, море тоже, – парировала Агния. – Да и поверь, Тайрон, когда из-за горизонта появляется военное судно и ты ждёшь, не поднимут ли на нём белый флаг – скукой в такие моменты и не пахнет.
– Верю, верю.
Подобная насмешливость со стороны любого другого Августейшего раззадорила бы