– Как же её звали?
– Море.
Мажордом обитал в квадратном доме на целой башне из свай. У винтовой лестницы Вэпп положил руку на плечо капитана:
– Подождите. Прежде чем мы поднимем с постели нашего агента по недвижимости, хотел бы ещё обратить ваше внимание на здание напротив со скрещёнными саблями на вывеске. Это Гильдия Убийц.
– Гильдия Убийц?!
Рыжий, сощурившись, внимательно наблюдал за реакцией гостьи.
– Ежли кого убить хотите, можно заплатить, и вам принесут голову недруга в цветной коробочке. Про коробочку не шучу – это уникальная фишка нашей Гильдии. Расценки индивидуальные, в зависимости от жертвы, могут вообще отказать, если вы им какого-нибудь Президента Диоса закажете…
– Секундочку! То есть, выходит, и меня здесь можно просто прийти заказать?
Ответить Вэпп не успел. Окошко дома с перекрещенными саблями распахнулось, и владелец, высунувшись, заорал на весь район:
– Ты что несёшь, морда кудрявая?! Какая тебе тут, на хрен, гильдия убийц?! Ты чё за слухи про мой магазин клинков распускаешь?! Ещё и при новичках!
Он побежал ко входу, а Вэпп скривился:
– Эх, забыл, что у Базила слух как у летучей мыши.
Хлопнула дверь. Продавец клинков налетел на шутника с кулаками.
– Ну я тебе!
Вэпп мгновенно окрысился, присел, выхватил с пояса метательное лезвие.
Базил притормозил.
– Цены повышу! Вдвое!
– Ой, да пожалуйста. У Фокстрота куплю, у него всё равно сталь лучше. Капитан, у Базила не закупайтесь, у него сабли бумажные, кинжалы пальцем затупляются.
– Ты охренел? Тройную цену поставлю, десятерную! За перочинный ножик будешь четыре тысячи выкладывать!
– Не очень смешная шутка, – заметила Агния, когда они вскарабкались и прислонились к ограде, переводя дыхание.
– А это и не шутка. Это вам, капитан, щелчок по носу.
– За что?
Вэпп слегка съехал по ограде, чтобы его лицо оказалось на одном уровне с лицом Агнии.
– Давайте начистоту, капитан Синимия. Я знаю, на континентах рассказывают, будто у нас тут филиал Ада на Земле. Царство жестокости, в котором прожить от рассвета до заката уже достижение. И не то чтобы подобные слухи не имели почвы под ногами…
Застучал молоток.
Базил приколачивал гвоздями записку «Рыжему – вход воспрещён» к двери.
– Но мы тоже люди, и я хочу, чтобы вы это учитывали. Мы не устраиваем каждый вечер гражданскую войну и не убиваем оттого, что нос зачесался. Мы тут, на хрен, живём. Точно так же, как негры живут у себя в джунглях, восточане – в деревнях… ну и так далее. Да, у нас свои обычаи, местами суровые, но прежде всего мы хотим, чтобы Свечная Пристань продолжала жить. Так что, если собираетесь относиться к Братству просто как к кучке убийц, наркоманов, предателей и трусов, не удивляйтесь тому, как станут относиться к вам.
Вэпп шагнул к девушке, угрожающе протянул руку. Звякнул металл. Сигил, бледный как смерть, потянул шпагу из ножен, но Агния сжала его пальцы в своих.
– Проще всего будет разбудить Мажордома из револьвера. Одолжите?
Капитан протянула своё оружие рыжему. Тот навёл ствол девушке в голову, затем чуток отвёл и выстрелил над ухом. Агния ожидала этого, потому сдержалась, не дёрнула глазом.
И широченная ухмылка расцвела на лице Вэппа. Он возвратил оружие владелице, лихо повернулся на каблуке и заколотил во входную дверь.
– Подъём! Недвижимость! У нас алмазы!
Внутри что-то грохнуло. То ли упал диван, то ли жирное тело свалилось с постели.
Делец, прозванный Мажордомом, руководил сетью из шестидесяти человек, занимавшихся разнообразными вопросами, связанными с домами. Они строили новые жилища на севере мыса, латали прохудившиеся для слишком старых или слишком ленивых хозяев, сдавали в аренду комнаты. У Мажордома была и обслуга высшего класса, нанимать которую не стеснялись сами капитаны, и даже личный отряд бойцов, ловивших по острову злостных неплательщиков.
От бриллиантов делец преисполнился энтузиазма. Прямо в пижаме, не переодеваясь, он построил перед собой семью и стал раздавать указания. Восемь детей были отправлены в ночь со срочными приказами по разным адресам. Супругу муж отослал за планом Свечной Пристани, наказав приносить тот, «который для внутреннего пользования». Схема изобиловала пометками, характеризующими состояние построек и статусы людей, представляющих интерес. Агнии понравилось.
– Есть копии? Беру одну в счёт общей оплаты.
Структуры Мажордома пришли в движение, завертелись, заворочались – и сработали эффективно. Уже в течение суток экипаж расселили. Большинство обосновались на бывшей улице Сэффа – Рыжая Борода предпочитал держать своих головорезов поближе к себе. Дома негодяев оказались крепкими, но грязными – впрочем, Мажордом нагнал работников, которые всё почистили за считаные часы. Уставшие, настороженные члены команды не жаловались, вообще почти не смотрели, куда их заселяют. Рабочие так вообще обрадовались личным однокомнатным домишкам, хотя Агния боялась, что им будет тесно. Дэн потом объяснил капитану, что раньше они жили в бараках. Ромашке с сыном, Стирнеру и мистеру Астли подобрали маленький семейный особнячок на природе, на краю леса.
– Для вас у меня есть нечто особенное, капитан, – подлез Мажордом, когда с экипажем закончили. – Полтора года назад к нам приплывал с визитом Локк Флинт, оверлорд. По такому случаю мы возвели для него прекрасный гостевой дом на восточном побережье в живописном месте. Когда оверлорд отчалил, дом остался бесхозным. Никто достойную сумму не предлагал, а за десять центов чёрта с два я кому такую красоту продам: ухайдакают. Берите себе! Просторная гостиная, ванная, широкий пляж, вокруг – собственный участок земли, соседи под окнами орущих кур резать не будут.
– Попробую. Если понравится – куплю.
– …а может, в аренду?
– Можно, но тогда минус один маленький алмаз.
Мажордом опечалился и согласился на покупку.
Суматоха с расселением моряков вкупе с ночью, проведённой без сна, настолько истощила Агнию, что вечером понедельника она, не раздеваясь, рухнула на свою новую постель и отрубилась.
Прозрачные занавески слегка шевелились. В распахнутое окно влез краб-бродяга и теперь ползал туда-сюда по полу. Эти любопытные существа регулярно покидали море и уползали далеко в поисках пропитания. Похрустыванье крабьих лапок разбудило девушку.
Тёмно-лиловый полумрак заполнял спальню. За окном невидимый солнечный диск собирался с силами, готовился перелезать горизонт. Розовое марево уже пропитало небеса там, на краю моря, подсветив грани облаков, словно живописец, рисующий первые наброски будущего пейзажа. Ярчайшие из звёзд продолжали мерцать на уже прояснявшемся небе. Звенели жуки-златоспинки.
Краб шевелил усами. Агния вытянула руку, коснулась ногтем ночного гостя. Членистоногое испугалось, спрятало ножки под панцирь, став неотличимым от гальки.
На табурете лежал комплект домашней одежды с запиской от доктора Бураха. Улыбнувшись заботе врача, Агния переоделась, подобрала краба и вышла с ним в пустоватое,