Но выбор я сделал.
Мне с ним жить…
Сердцу сегодня особенно неспокойно, колет, проклятое.
Даже встреча с Рори и огромный шаг, который она мне навстречу сделала, не помогают уняться сердцу.
Мы договаривались, что я заберу Рори позднее, но, плюнув на это, я еду туда, куда ведет меня сердце. К ней, к своей девочке.
Чем ближе, тем сильнее тревога…
Глава 61
Аврора
— Скучаешь?
— Кто? Я?! Нет! Не скучаю, с чего ты взяла. Все… Ммм… Круто! — улыбаюсь как можно шире, поднимаю бокал с соком повыше.
Компания большая и веселая, все собравшиеся умеет отрываться. На второй план ушел повод, из-за которого все здесь сегодня собрались. То есть тема моей выписки поднималась в начале вечера. В мою честь прозвучало много тостов, прекрасных и искренних слов горячей поддержки. Ранее довольно сдержанная, я даже расклеилась и поплакала немного, но от счастья и гордости за тех людей, которые меня окружают.
В очередной раз я поняла, как сильно ошибалась, решив бежать, очертя голову. Другой город, универ, ни знакомых, ни друзей… Паника!
Спасибо тебе, Господи, за то, что мне не удалось сбежать. Иногда сложные испытания и кошмарные ситуации — не потеря, но выход. Просто его не всегда получается разглядеть с первого раза. Главное, жить с верой в сердце. Пожалуй, я согрешила в главном — верить перестала, выбросила из сердца веру в лучшее.
Теперь сердце вновь по капле наполняется миром и счастьем, мыслями о будущем. За спиной чувство, будто начинают расти крылья.
— Скуча-а-аешь! — тянет Катя.
— Да нет же!
— Скучаешь! — шепчет горячо на ухо. — Скучаешь, не в смысле, тебе неинтересно и все такое. Скучаешь по кое-кому. По одному человеку.
Она садится совсем близко от меня и выдыхает серьезно, с видом заговорщика:
— По мужчине.
— Да что ты говоришь?
— Да, — кивает несколько раз так энергично, что ее хвостики подпрыгивают смешно. — Могу даже попробовать угадать, как он выглядит, и все такое…
Смеюсь: Катя выпила лишнего, язык у нее развязался, щеки раскраснелись.
— Значит, так. Он… брррюнет.
— Вау.
— Ага. Я угадала? Угада-а-ала.
— Окей, угадала. Дальше.
— Он брюнет, у него густая волосистость.
— Что-о-о?! Нет такого слова! Все, хватит пить, пьянчужка.
— Густая растительность. Волосы. Борода… как лопата.
— Это ты… лопата. Причем пьяненькая и косая. До носа дотронуться не сможешь! А у него красивая борода, мужественная! — добавляю с обидой.
— У кого? — невинно хлопает ресничками Катя.
— У Ра… Так, стоп. Ты меня разводишь на откровения.
— Ой, да ладно… Развожу, пфф… Пока ты мило ворковала с чеченом, девочки делали ставки, поедешь ты с нами или прыгнешь с ним в койку, плюнув на праздник.
— Вот шлюшки! — возмущаюсь, но беззлобно.
— Почти все были уверены, что прыгнешь.
— И ты?
— Не-а… Я поставила на то, что ты не прыгнешь с ним в койку. И деньжат подняла… Ммм…
— Коза. Пьяная, бессовестная коза.
Катя меня обнимает и целует в щеку, оставив на ней след помады.
— Ты не обижайся, я правда-правда не со зла. Просто видно, как вы… Вот так глазищами друг на друга…
Она пытается показать, как именно мы обменивались взглядами с Рахманом. Получается смешно!
— Я думала, он тебя проглотит или на плечо взвалит… и все. Украдет! — продолжает делиться мыслями Катя.
— Обещал, что украдет, — соглашаюсь.
Ох, как приятно, оказывается, с кем-то поделиться. Такое тепло в груди, до слез… А между ножек разливается требовательно и горячо желание близости.
Стоп, ты-то куда. Нам нельзя, мысленно шепчу разыгравшейся чувственности.
— А ты?
— Что я… Согласилась кое с чем. Обсудить надо, как он будет принимать участие в жизни ребенка, и все такое. Еще он подсуетился с универом, и я никуда не перевожусь, — повторяю.
— Классный же, Аврора. Да?
— Нравится, что ли? — спрашиваю нейтрально, но внутри так жжет.
Бля, аж до самого нутра припекает!
— Тише ты… Мне такие не нравятся, — отмахивается Катя и украдкой бросает взгляд в сторону, потом резко отдергивает его обратно.
— Оу-у-у… — тяну я с усмешкой, проследив за направлением взгляда подруги.
Она посмотрела на Филю, который выделывается вместе с друзьями, замутив мини-баттл под ритмичный, дерзкий трек.
— Нравится?
— Кто? — густо краснеет. — Нет, ты что. Не нравится. Мы разные, и все такое. У него танцы и крутые девчонки, а у меня… — жует губу. — Ничего классного. И я скучная… Он на меня даже не посмотрит.
— Все-таки Филя тебе нравится.
— Нет!
— Да.
— Без шансов.
— По секрету скажу, он тобой заинтересовался.
— Врешь! — ахает, находясь на грани обморока.
— Не вру. Филя о тебе спрашивал. Но я показала ему кое-что.
— И что это?
— Свою.
— Зачем это?
— Затем, что я обещала взбить из его яиц омлет, если он станет к тебе подкатывать…
— Да, конечно. Ты права. Он бабник. У него девчонки интереснее меня… — улыбается, но только губами.
Влипла в красавчика-сердцееда, даже жаль немного, что Филя такой ветреный и непостоянный. Катя — хорошая девчонка, достойна самого лучшего. Филя — тоже классный, но не держит член в узде, совершенно. Я бы не хотела, чтобы Катя себя съедала до самого донышка ревностью и болью, что красавчик быстро переключится с нее на другую девчонку…
— Ладно, проехали. Ты и Рахман. Ребенок и все такое… Да?
— Да. Он хочет быть отцом.
— А твоим мужиком он быть не хочет?
— Хочет.
— И ты тоже этого хочешь.
— Блин, хватит меня за него сватать.
— Кто-то же должен, — вздыхает. — Ни на одной свадьбе я еще не была, представляешь, как обидно?
— Ни на одной? Да как это возможно!
— Ни на одной свадьбе не гуляла. И вообще, у меня венец безбрачия, передается через поколение. Мама нашла себе нового мужа, счастлива, а я… одинокой буду!
— Глупости это все. Не верь! Тьфу, я вообще в шоке, что ты в такое веришь.
— А ты вообще ничему не веришь. Даже себе не веришь. Со стороны видно, как тебе до слез хочется простить мужика своего, но ты этому желанию не веришь… Может быть, и не любишь его? Любовь все прощает… — изрекает истину.
— Люблю! — возражаю. — Черт… Все, иди от меня, коза пьяная! Фи-и-иля! Иди сюда… Катя тебе кое-что сказать хочет!
— Не говори! Не говори! О боже, нет… И вообще… Мне домой пора. Мама уже звонила!
— Что случилось? Кричите, как потерпевшие.
Филя плюхается на диван рядом с Катей, толкнув ее бедром. Катя едва не грохнулась в обморок, так забавно наблюдать за ней — она краснеет до самой груди и пищит мышкой, теряя самообладание рядом с парнем,