— Ну-у, — неуверено промямлила Иваницкая.
— Скажи спасибо, что мы тебя Иваном Великим не прозвали, как Пущина!
— Спасибо, — прошептала Бажена, краснея.
Посмеялись.
В эту ночь Забава и Ванесса не спали. Они записывали на кассеты, всю фонотеку Барсучихи. Все модные на сегодняшний день альбомы. Десятка кассет хватило впритык. Правда записи были чрезвычайно качественными, так как альбомы записывались не с бобин магнтофона, что стоял у Ванессы, а с виниловых дисков, сиречь пластинок. Да и проигрыватель у Барсучонок был импортный — "Ригонда" производства ВКЛ, в столице Латвийского протектората, Риге. Совершенно новая модель, стерео.
Никотина оказалась права, уже на следующее утро, перед самым началом пар к Косте робко потянулась цепочка просителей-одногруппников, по поводу нового магнитофона. В холле учебного корпуса вовсю разорялся "Котёнок," хитами Империи, США, Британии и другой зарубежной эстрады, поднимая настроение студентам и преподавателям. А у цесаревны образовалась очередь страждущих нового девайса. К Костиному облегчению, инициативу перехватила Забава:
— Все, кто желает приобрести новую модель магнитофона, обращаться к старосте! — ловко перекинула она на Барсучиху хлопоты по оформлению списков. — Стоимость записи — 10 серебряных или 35 на ассигнации! Касса у меня!
К старосте сразу же повалила толпа желающих записаться в очередь. Костя даже прифигела от такой постановки вопроса! Как ловко Задавака припахала Ваньку, по-дружески…хе-хе…А сама принялась собирать дань!
— Просьба оплачивать мелкими купюрами, на сдачу денег нет! — то и дело раздавался её голосок в центре холла. — Не толпитесь и не мешайте друг другу, номерков хватит на всех! Та-ак, Зубова, как будешь оплачивать? Купюрами? А-а, серебром, прекрасно! Твой номер 49, смотри не потеряй, деньги назад не возвращаются! Баронесса Барсучонок, запишите графиню Зубову под номером 49. Благодарю вас, мадмемуазель. Следующий? Княжич Гагарин, вы получите номер 50, как будете оплачивать?…
Костя в душе повеселилась находчивости Барсучихи и Задаваки, и наблюдала за ходом продаж вплоть до звонка на первую пару. Как оказалось, напрасно она так снисходительно отнеслась к предпринемательской деятельности подруг. К концу последней пары Ванесса и Забава заработали свыше четырёх тысяч рублей серебром! И это только на первом курсе, справедливо рассчитывая на сарафанное радио. Другие курсы учились в других корпусах, но уже на завтра следовало ожидать ходоков и от них. Кстати и многие преподы не побрезговали записаться в очередь. После уроков прямо на крыльце учебного корпуса, когда основная масса студентов разъехалась по домам, Забава протянула пачку ассигнаций и мешочек с серебром Косте.
— Это чего? — спросила девчонка, в душе радуясь честности подруг.
— Это деньги, — ответила Ванька. — Твои. Товар-то твой, значит и деньги твои.
— Девочки, — улыбнулась цесаревна. — Свой товар я продам, не сомневайтесь. А деньги ваши. Вы заработали их своим умом и смекалкой. Юлька! — одёрнула она протянувшую было руку, Зарецкую. — Никаких налогов! Мы не в деревне и выпендриваться не перед кем!
— Как хочешь, — пожала плечиками та и отошла в сторонку.
— Мы эти денежки собирали для тебя, беспризорница, — усмехнулась Забава. — Цесаревна-наследница, а обедаешь в бесплатной столовой. Не то что наши сиятельные одногруппники, предпочитающие дорогие рестораны.
— Пожалели значит? — ухмыльнулась Костя. — Спасибо, конечно, сумма огромная. За такие деньги старшему научному сотруднику института или даже нашим преподам придётся пахать почти два года! А вы, раз-два и с прибытком!
— Ну а что? — задрала нос Забава.
— Я же и говорю — молодцы! Только всё равно, эти деньги ваши. И не спорьте! Повторяю последний раз!
— Но…но мы же команда, — не унималась Задавака. — Сама же постоянно твердишь об этом!
— Команда, — подтвердила Костя. — Но вот эти купюры, — она кивнула на пачку ассигнаций в руках Славутич, — ваши по праву. Вы вдвоём разработали, как я полагаю, и осуществили свой план. Респект, как говорится, и уважуха! А команда здесь ни при чём. Команда не участвовала. Больше того, если вы попытаетесь сейчас раздать деньги всем поровну, потеряете в моих глазах большую часть моего уважения. Это значит, что вы не цените свой труд, а значит и в команде будете работать, на отвали.
— Осуждаешь? — пристально посмотрела Забава на Костю.
— Я? Боже упаси! За что?
— За то, что не сообщили всем о плане.
— Даже Степан, у которго мы жили в деревне, ходил на сторону подкалымить, отдельно от работы в фермерском хозяйстве. Правда девочки? — цесаревна повернулась к своим подругам по картошке. — Побочный зароботок только приветствуется.
— Мы вообще-то не бедные, — подала голос молчавшая до этого Барсучонок. — Могли бы и не впрягаться. Подумаешь четыре тысячи. Мы для всех старались.
— Ага! Старались для всех, а деньги впариваете мне! Если бы для всех, всех бы и пригласила к себе домой! И всё! Забыли! Больше эту тему не поднимаем!
— Хм, — усмехнулась Забава, пряча злополучные деньги в сумочку. — А ты не так проста, как мне раньше казалось. — На крыльце кроме них давно никого не было и Костя решилась немного прояснить ситуацию:
— Девочки, — начала она оглядываясь. — В слегка путаете квадратное с тёплым.
— Как это? — недоумённо пискнула Бажена.
— Сейчас объясню. Только прошу не обижаться, ладно? — подруги неуверенно закивали, даже Зарецкая. — Вы не задавались себе вопросом…А впрочем стоп! Задавака, я сейчас наглядно тебе покажу, почему я обедаю в институтской столовой. Бесплатно. Поехали все за мной. Зарецкая, Иваницкая — в мою машину!
Девчонки разбежались по своим авто с водителями. Барсучиха была местная и жила вместе с Забавой в своём особняке, естественно и водитель у неё был с машиной. Коротич отец прислал авто и снял большую квартиру на всё время учёбы. Чарторыжской дядя тоже выделил личного водителя. Они с Чемодановой жили если не в центре Минска, то недалеко от него. Только Иваницкая и Зарецкая жили в кампусе, но Косте ничего не стоило покатать их в своей машине.
Они подъехали к очень дорогой кофейне, Костя посоветовалась с поручиком Васнецовым, её водителем. Он уже достаточно хорошо знал город и привёз девушек в хорошее место. Очевидно их заметили раньше, потому что когда Костя в окружении подруг и охраны вступила на порог, ей навстречу выкатился — по другому и не скажешь — невысокий плотный человечек в национальной одежде и затараторил приветствия:
— Ваше Императорское Высочество"! Какое счастье! Наконец-то вы соизволили посетить наше заведение! Прошу вас, Ваше Императорское Высочество! Прошу вас, дамы! Ваши Сиятельства! Для вас самые лучшие места!
— Милейший, — от благожелательного тона цесаревны, хозяин кофейни таял на глазах. — У вас есть отдельные кабинеты?
— Как не быть, цесаревна-матушка? Как не быть? Проходите же, всё заранее приготовлено!
Их компанию провели на второй этаж в отдельное помещение. Прислуживали им