Казалось бы, ничтожно мало, чтобы найти человека в этом огромном городе, но для меня — вполне достаточно. Если потребуется, я посвящу поискам всю свою одиннадцатую жизнь.
Половина страниц из моего журнала уже была перечеркнута. В неделю я успевала проверить в лучшем случае два-три адреса. Часто сталкивалась с тем, что люди переехали, или я нашла неактуальную информацию. Временами на меня бросались с кулаками чужие жены или девушки, принимая за любовницу. Но я продолжала искать.
Сегодня на очереди был новый адрес.
Два с половиной часа в пути с тремя пересадками, чтобы добраться от корпусов истфака МГУ до нужной мне части города. Спальный район, уже ставшие почти привычными панельные дома. Иногда я еще пугалась, замечая краем глаза огромные тени, но случалось это все реже и реже.
Я больше не звонила в домофоны — очень сложно объяснить, зачем ты пришла, не видя собеседника — так что просто постояла под подъездом и подождала, пока кто-нибудь не войдет внутрь. Быстро проскользнула внутрь за пожилой женщиной и, пока мне не успели задать вопрос, кто я такая, быстрым шагом стала подниматься по лестнице.
Выдох, звонок в дверь. Надеюсь, на этот раз без собак или пьяных, уж слишком часто я попадала в передряги во время своих поисков. Пока было время, поправила на плеча сумку, одернула темное аккуратное пальто. Вроде, выгляжу прилично, как типичная молодая студентка, которая приехала учиться в столицу.
За дверью послышалась какая-то возня, я увидела, как моргнул дверной глазок — значит, кто-то в него посмотрел — после чего дверь распахнулась. На пороге стояла уже немолодая женщина, выкрашенная в блонд.
— Вам кого? — спросила она.
— Я от военкомата, — тут же солгала я. — Виктор Казанцев здесь проживает? Он не подписал пару бланков и…
— Витя! Из военкомата! — тут же крикнула женщина куда-то вглубь квартиры. — Иди, разбирайся!
За сотню прожитых лет и пять десятков адресов я привыкла к разочарованиям. Я ни на что не надеялась, ничего не ждала. Просто делала, что должна была сделать, вот и все.
В бедно обставленном коридоре мелькнула массивная тень, после чего на пороге появился Виктор.
Короткая стрижка, почти юное лицо, кожа без морщин. Только глаза — такие же черные, глубокие и сосредоточенные, как и всегда.
Я замерла, не зная, что сказать.
Может, я пришла слишком рано? Или вовсе зря? Может, Хильмена перенесла только меня, а Виктор вовсе ничего не помнит? Зачем я здесь? Почему не смогла отпустить прошлое и продолжила за него цепляться? И что я буду делать, если все эти поиски были зря? Если я оказалась в этом мире зря? Почему я решила, что смогу сдержать данное когда-то с насмешкой обещание?
— Привет, Эрен.
Молодые сильные руки коснулись моих плеч и тут же заковали в такие родные объятия. Я не помнила, что было дальше, не помнила, плакала ли, жаловалась или вовсе смеялась. В тот момент было важно только одно.
Я нашла его даже в следующей жизни.
Примечания
1
Снят был запрет на употребление крольчатины окончательно лишь при радикальной церковной реформе патриарха Никона в 1650-е годы, когда многие прежние строгие ветхозаветные каноны оказались отменены.
2
Ёмкость одного анкера в Дании составляла 37,44 литра
3
Выражение восходит к евангельскому изречению: «Ни одна йота, ни одна черта не пройдёт (т.е. не исчезнет) из закона, пока не исполнится всё» (Матфей, 5, 18).
Йота — это чёрточка под гласными буквами
4
Гигиея (также Гигея, Гигия) — богиня здоровья в греческой мифологии, сестра Панакеи (Панацеи) и дочь Асклепия
5
Маврики́йский дронт, или додо́ (лат. Raphus cucullatus), — вымерший вид нелетающей птицы. Являлся эндемиком острова Маврикий
6
«Учёт и контроль — вот главное, что требуется для налаживания, для правильного функционирования первой фазы коммунистического общества» — цитата В. И. Ленина из работы «Государство и революция»
7
В это время чеканить уже только биллонные мараведи (maravedises blancos или maravedises novenes), золотой мараведи был равен 60 «белым мараведи». Золотые мараведи «маработино альфонсино», содержали 3,46 г золота при общем весе 3,866 г. То есть, золотой равнялся марке. Миллион на шестьдесят разделить, получается семнадцать тысяч марок. Не так и много. Возможно, всё же имелись в виду золотые мараведи? Вот тогда это просто гора золота
8
Драгоценным материалом у майя считался — жад. Это различные виды камней с зеленовато-голубоватым цветом — часто по незнанию принимаемые за нефрит
9
сегодня это около 4–5 миллионов фунтов стерлингов
10
Крутой бейдевинд — так в парусном деле называется курс судна относительно ветра, при котором оно движется максимально «близко» (круто) к ветру, на грани заполаскивания шкаторин парусов