― Калипсо. По краю ходишь.
― Всё-всё. Ты бы, кстати, лучше за своей гостьей тоже следил, а то она всё никак не уймется. И да, ваша чердачная девочка очнулась.
Арина
Уловив за дверью подозрительный шум, подкралась к ней и рывком распахнула, высовываясь в коридор, но кроме как осыпающихся золотистых искорок драконьего портального перехода, никого не обнаружила.
Хотя, стоп, а там что такое?..
Прищурившись, на цыпочках подбежала к перилам и наклонилась, поднимая двумя пальцами белый клочок ткани.
Перед носом показались две аккуратные черные лодочки.
― Ты чего здесь ползаешь?
Глава 65
Сана с озадаченным видом крутила в руках тканевую улику, то принюхиваясь к ней, то чуть ли не пробуя на зуб, в то время как я нетерпеливо наматывала круги по спальне.
Как оказалось, ей эта ткань совершенно точно не принадлежала, да и не она ошивалась возле моей комнаты, когда драконы здесь разборки устраивали.
― Хм… Хм…
― Ты это «хм» уже в который раз говоришь, есть более какой существенный вердикт?
― Увы, нет. Ткань вообще ничем не пахнет, и никаких телесных следов на ней нет. И да, слугам оно тоже не принадлежит.
Сердце екнуло от дурного предчувствия.
― Ты уверена?
Сана снисходительно усмехнулась:
― Хозяин нас, конечно, не обижает и униформой снабжает добротной, да только конкретно этот лоскут из довольно дорого Эфрайского шелка.
― Эфрайского? Тогда это Сколопендры, сто процентов. Кроме неё, больше некому. Пусть она и не Эфрайн. Только что она здесь делала? И разве у неё сюда есть доступ?
― Нет. Да и её духа я здесь не чую. Странно. Знаешь, что, доложу-ка я хозяину. А ты, ― мне достался серьезный взгляд, ― из комнаты ни ногой. Поняла?
― Да уж отсутствием здравомыслия не страдаю.
Некро-подруга кивнула и, предупредив: скоро вернется и, скорее всего, с хозяином, оставила мне поднос с едой, а сама ушла.
Повздыхав, села на пуф, подняла крышку. Ароматный запах жареного пусть и без специй мяса вызвал голодную слюну. Так вышло, я толком сегодня и не ела за всеми переживаниями.
Раздумывая о Сколопендре и косясь на рельш, собираясь после еды на нем поиграть, подчистила тарелки и принялась за травяной отвар, поморщившись на горьковатый привкус.
И тут до меня как дошло! Твою мать, ну, я и наивная! Да просто ведь не ожидала такой подставы!
Ахнув, вскочила, отбросив от себя чашку как ядовитую змею, и понеслась в уборную, чтобы опорожнить желудок, да, видимо, было уже поздно.
До уборной я не добежала.
Не было никаких помутнений. Меня не тошнило. Просто перед глазами потемнело, и я рухнула лбом в пол, услыхав затухающим сознанием, как распахнулась осторожно дверка и меня кто-то достаточно сильный легко поднял на руки и куда-то потащил.
С трудом приоткрыв свинцовые веки, расплывающимся взором увидела лицо незнакомого парня с мраморной кожей, и дальше всё. Темнота.
Драко
Сана ворвалась к нему совершенно не вовремя. Вот только та проблема, с которой она пришла, заставила засунуть то «не вовремя» глубоко себе в одно место.
Оба дракона поочередно крутили белую ткань.
― Говоришь, Арина нашла это на этаже даней? И видела кого-то постороннего?
Сана уверенно кивнула.
― Почему она мне ничего не сказала? ― схватился за голову Сталлед и, мгновенно открыв арку, переместился в спальную Катастрофы, за ним успел прошмыгнуть и Лунгар, а вот Сане так не повезло. Впрочем, не до нежити им тогда было.
Покои Арины оказались пусты. На столе — пустые грязные тарелки. На полу подозрительно валяется разбитая чашка с растекшейся коричневой жидкостью. Сталледа охватила холодная ярость. Лунгар выругался. И они оба присели над пятном.
― Драконья трава, ― уверенно идентифицировали они примесь в чашке и оба зажали платками дыхательные пути, Лунгар наставил ладонь над черепками, уничтожая их огнем.
На людей драконья трава действовала как сильное снотворное, правда, короткого действия, а вот у драконов вызывала неконтролируемую ярость. Впрочем, неконтролируемую ярость и жажду убийства вызывало кое-что ещё…
― Далеко её утащить предатели не смогли бы, ― заявил Лунгар, оборачиваясь к другу, и похолодел. ― Драко?..
Оперевшись ладонью о стену, Сталлед тяжело дышал и тряс головой, пытаясь усмирить непреложный зов, жестоко и неумолимо гнавший его немедленно лететь и уничтожить добровольно отданную жертву.
― Сталлед? Да что с тобой?
Калипсо положил на плечо друга ладонь и отдернул её от раскаленной, обжигающей даже для него кожи. Там, где мгновение назад была его конечность, образовались лавовые расщелинки, моментально охватившие всё его тело.
― О, нет! Твою же мать.
Драко выдохнул серым паром и обернулся, его глаза напоминали провалы в бездну с жидким огнем.
― Борись, слышишь?! ― рыкнул Лунгар, наплевав на всё и хватая друга за плечи. На ладонях оракула образовались кровоточащие ожоги, впрочем, те быстро затягивались.
― Борись!
― Ты знаешь… это… невозможно… ― вытолкнул из глотки с рычанием, за спиной распахнулись полыхающие крылья, чей взмах откинул Калипсо на несколько шагов назад.
С яростным отчаяньем проследив за обезумевшим драконом, Лунгар выругался и помчался следом. Зато теперь они оба прекрасно знали, где Арина, ведь не оставалось никаких сомнений.
Кто-то активировал одер и кинул на него предназначенную жертву, пролив на алтарь кровь.
Глава 66
Арина
Очнулась от нестерпимой жары, даже дышать было тяжко, будто оказалась в пустыне под палящим солнцем на раскаленном песке, мне даже казалось, изо рта шел горячий пар.
Ладони как-то неприятно саднило. Осторожно пошевелившись, тихонько застонала от боли в конечностях, причём не только в руках, но и в ногах.
С трудом открыв глаза, поморгала, смаргивая пелену слез, и огляделась, от восхищения и ужаса открылся рот.
Над головой — купольный свод из черного гранита, испещренный незнакомыми светящимися символами, словно начерченными люминисцентной краской. Жутковатые фрески и на потолке, и на черных, точно подкопченных стенах.
К моему прискорбию, рисунки не оставляли никаких сомнений, где это я очутилась. Зуб даю, меня опоили и утащили в ту самую черную-черную комнату с алым-алым рисунком, бросили на одер и пригвоздили к нему, как бабочку на булавки.
В общем, если кратко, на стенах было красочно изображено, как дракон в полной трансформации, этакий реально чешуйчатый гигант из классического фэнтези, тащит в когтистых лапах красивую девицу с некрасиво искаженным от суеверного ужаса ртом.
Затем девицу бросают на огромный, идеально круглый пень с выпуклыми кругами внутри, по виду сильно смахивающий на