В результате я и на завтрак успеваю, и на лекции, и даже не сильно собираю презрительные взгляды. Как будто после того, как я дала отпор подружке своей кузины в столовой, все решили поумерить свой пыл.
Ощущение, будто среди серых будней появился ясный погожий денек, и мне даже дышится легче.
Со второй лекции с обзором иностранных языков ближайших соседей, нас вообще отпускают раньше. Однокурсники быстрым потоком уносятся на улицу, где весеннее солнце играет в искрящихся брызгах фонтана, а я решаю сходить к преподавателю Флоффу.
С самого утра думаю, что же ему ответить насчет его предложения. С одной стороны, мне льстит и дает возможность общаться с фамильярами почаще. С другой — у меня и так со временем беда, куда мне еще и работа?
Поэтому освободившееся время решаю потратить на то, чтобы уточнить, что же и в каком объеме будет требоваться от меня, поэтому иду в вольер. Но на месте Флоффа не застаю. На всякий случай заглядываю в несколько загонов, вдруг, он там?
Когда я задерживаюсь ненадолго около старого знакомого льва, который даже подходит поластиться, слышу приближающиеся голоса.
— Не переживай, — этот противно-визгливый даже вполсилы голос я узнаю где угодно: Риделия. — Сама знаешь, что на занятиях иногда случается всякое. И на тренировках. Вы с подружкой отрабатывали плетение, произошел несчастный случай… Ну что ты так нервничаешь?
Я замерла, стараясь прислушаться и не двигаться с места, чтобы не заметили.
— Тебе легко говорить. Ты… — отвечает ей другая девчонка.
— Я? А что я? Ничего, поняла? — Риделия чуть ли не зашипела. — Вот и все. Мой Клаус тоже попадал в неприятности. Флофф помогал нам. И тебе поможет.
В ответ слышится всхлип. Шаги и голоса приближаются, и я решаю выйти, чтобы еще не подумали, что я подслушиваю.
— Что ты здесь делаешь? — пронзает меня взглядом и оглушает чуть ли не визгом кузина.
Но меня тревожит не это: на руках у девчонки, что пришла с ней, с глубокой раной лежит белка. Демоны! Как можно было «случайно» сотворить такое с фамильяром⁈
— Что здесь… — как раз в этот момент в вольер входит Флофф.
Он окидывает всех нас внимательным взглядом. Смотрит на белку и хмурится:
— Срочно несите фамильяра в лечебницу.
Он указывает на деревянную массивную дверь справа, там, где находится преподавательское место. Девчонка кивает и почти бегом отправляется туда. Флофф собирается пойти следом, но останавливается:
— Вы идете со мной.
Риделия поджимает губы, скрывая довольную улыбку и высокомерно глядя на меня, а потом делает шаг вперед.
— Нет, не вы, Риделия, — останавливает ее преподаватель. — Я остановил выбор на Кассандре.
Глава 19
За это выражение на лице Риделии я готова поблагодарить Флоффа, однако, я же еще не соглашалась.
— Студентка Ройден, идемте, — преподаватель разворачивается и быстрым шагом идет следом за студенткой. — Вы мне сейчас будете нужны.
С одной стороны, я хотела бы сначала обговорить вопрос с работой, а с другой — очень хочу помочь фамильяру, потому что я как будто чувствую, как больно этой белочке.
— Мразь, — шипит Риделия. — Какая же ты мразь.
— Ты не подходишь для этой работы, а виновата я? — усмехаюсь, качая головой. — Это же так легко, винить в своих проблемах других, да? Мир не вращается вокруг тебя, Риделия.
Я спешу за преподавателем, потому что здоровье фамильяра важнее, чем переругивания с кузиной. Она на это может хоть весь день потратить и все равно останется при своем мнении.
Помещение хорошо освещено большими окнами с витражными стеклами, создающими причудливую игру света на каменных стенах. В центре комнаты располагается большой металлический стол со специальным углублением, заполненным каким-то воздушным материалом, куда уже уложили раненую белку.
Вдоль стен тянутся стеллажи с многочисленными склянками, в которых переливаются зелья всевозможных оттенков. Между ними стоят банки с засушенными травами и кристаллами. На отдельной полке разместились диагностические артефакты причудливых форм и замысловатые приборы.
Флофф быстро подходит к столу и проводит над белкой светящимся кристаллом, который тут же меняет цвет с прозрачного на тревожно-красный. Преподаватель хмыкает и недовольно смотрит на студентку, но ничего ей не говорит. Даже не спрашивает, что произошло.
— Кассандра, подайте мне, пожалуйста, флакон с синим зельем с третьей полки и пипетку из ящика в третьем шкафу справа, — командует Флофф, не отрывая взгляда от раны.
Пока я ищу все то, что он сказал, повторяя про себя, где и что лежит, Флофф осторожно очищает рану, останавливая кровотечение. Белка дергается и начинает выворачиваться из рук. Ее хозяйка дергается, чтоб схватить, но преподаватель выставляет руку вперед, останавливая.
— Кассандра, — снова зовет меня он. — Иди сюда, нужна твоя помощь. Нужно успокоить фамильяра.
Я, конечно, подхожу, одновременно передавая то, что просил Флофф. Но я понятия не имею, что от меня он хочет.
— Чего ты ждешь, давай, — нервно прикрикивает преподаватель. — Сейчас надо, чтобы он не двигался, надо заштопать магические слои.
Я вздрагиваю и растерянно смотрю на белку. Со львом же получилось? Да. Но это вышло случайно! Ладно. С кабаном же договорилась? Вот и тут надо пойти путем диалога, ведь так?
Дотрагиваюсь до крошечной головки белки и аккуратно глажу между ушками.
— Мы очень хотим тебе помочь, малыш, — произношу я, вкладывая все свое желание. — Но чтобы все прошло хорошо, тебе нужно чуть-чуть потерпеть. Ты же можешь это сделать?
Удивительно, но фамильяр действительно замирает и… смотрит мне прямо в глаза. В ее взгляде боль и страх. И обида. Она точно обижена на свою хозяйку, только, жаль, не может рассказать за что. Что там произошло?
Флофф одобрительно кивает, достает из кармана очки и склоняется над раной. Воздух наполняется легким гудением, когда специальными ювелирными плетениями преподаватель сшивает сначала магические слои, а потом и тело фамильяра.
Я вижу, что белке больно и плохо, но она как будто верит, что мой палец — это спасение для нее, так жмется к нему.
Флофф набирает принесенное мной зелье пипеткой, испещренной рунами, и начинает медленно наносить получившийся состав на рану. От прикосновений исходит мягкое свечение, а шов становится почти незаметным.
Когда все заканчивается, белочка закрывает глазки и полностью расслабляется.
— Сейчас фамильяр в лечебном магическом сне и