Принимаю твердое решение: мне нужно увидеть её прямо сейчас.
Квартира Ники встречает меня тишиной: я вхожу, используя код на электронном замке, и он бесшумно открывает дверь. Паркет едва поскрипывает под моим весом, когда я двигаюсь по коридору. Каждый шаг отдаётся в висках глухим ударом, словно сердце переместилось в голову.
Спальня Николь слева, дверь плотно закрыта. Гостевая прямо по коридору, приоткрыта на несколько сантиметров. Оттуда пробивается слабый свет ночника, и я останавливаюсь на пороге, не решаясь войти.
Ты нагло вторгаешься в её пространство, пока она спит, после того, как конкретно облажался. Ты приходишь к ней в момент, когда она чертовски уязвима.
Но рука уже толкает дверь шире, и я вхожу, замечая, что малышка лежит на кровати: Мия спит на боку, укутанная белым одеялом до подбородка. Лицо сияет в свете ночника, волосы рассыпаны по подушке тёмным водопадом. Мия дышит глубоко и ровно, ее пухлые губы чуть приоткрыты. Одна рука вытянута поверх одеяла, пальцы слегка сжаты, словно она что-то держала во сне и отпустила.
Я просто стою и пялюсь на нее, не в силах оторваться от нее и ловя себя на мысли, что я уже, черт возьми, соскучился.
По ее запаху, по ощущению ее кожи на подушечках своих пальцев.
Мия Вайс – девушка, которая проникла под кожу, въелась в мысли, заполнила собой каждый угол моего идеально выстроенного мира.
Делаю шаг ближе к кровати. Потом ещё один. Останавливаюсь в двух метрах, вцепившись руками в карманы пиджака, чтобы не протянуть их к ней. Потому что если прикоснусь, не смогу остановиться. Лягу рядом, притяну к себе, зарою лицо в её волосы и буду дышать её запахом до тех пор, пока мир снова не обретёт смысл.
Я должен дать ей время.
И себе тоже.
И честно говоря, я сам себя осуждаю за то, что так быстро прибежал к ней, словно чертов пес на привязи. Если бы год назад мне бы кто-то сказал, что я так сильно буду сталкирить женщину и быть буквально одержимым ею, я бы рассмеялся в лицо человеку, сморозившему подобную чушь.
Смотрю на лицо Мии, запоминаю каждую деталь: длинные ресницы, отбрасывающие тени на щёки, замечаю маленькую родинку у виска. Изгиб ее губ становится мягче во сне, и сейчас она выглядит спокойной, почти счастливой.
Без меня.
Что-то сжимается в груди так сильно, что на мгновение забываю, как дышать.
Страх.
Признаюсь себе честно, здесь, в темноте, где никто не услышит.
Я боюсь её.
Не физически. Не как угрозы. А как возможности. Возможности чувствовать что-то настолько сильное, что это разрушит всю броню, которую я строил почти тридцать лет. Рядом с ней я теряю привычные стратегии и паттерны: контроль, дистанция, холодный расчёт. Это мои стены, мои правила, моя защита от мира, который однажды показал, что любовь убивает.
Мать любила отца. И умерла от этой любви медленно, мучительно, теряя себя по частям.
И если я позволю себе любить её…
И потом потеряю…
Я не выживу.
Сжимаю кулаки в карманах до боли. Ногти впиваются в ладони, и это ощущение якорит меня, возвращает в реальность.
Зачем, чёрт возьми, я встретил её?
Вопрос без ответа. Но он крутится в голове, настойчивый и беспощадный.
Зачем судьба или случайность, или что там управляет этим миром, свела нас? На Пхукете, где я искал короткого отдыха и приключений, а она пыталась сбежать от прошлого. И вот итог: две сломленные души, притянувшиеся друг к другу как магниты.
Она шевелится во сне, переворачивается на спину. Одеяло сползает чуть ниже, открывая плечо в тонкой шёлковой пижаме. Я вижу край синяка на ключице, там, где мои пальцы были слишком жадными, слишком грубыми.
Прости.
Я должен оставить ей одно письмо, как первый шаг к очередному циклу сближения. Не отвяжешься от меня теперь, девочка. Ты влипла, как и я – всерьез и надолго.
Телефон вибрирует в кармане, оповещая меня о скором вылете на Кипр. Я тихо и бесшумно выхожу из комнаты и закрываю дверь с мягким щелчком, испытывая внутри искреннее желание забраться к ней под одеяло и прижать к своей груди эту сладко спящую малышку.
Но надеюсь, этот момент не заставит себя долго ждать, и холодное сердечко моей обиженной принцессы скоро оттает.
ГЛАВА 4
Мия
Просыпаюсь от вибрации телефона на тумбочке, и сердце мгновенно подскакивает к горлу. Экран светится в полумраке спальни и транслирует неизвестный номер. Рука тянется к смартфону сама собой, хотя каждая клетка тела кричит: не бери, не смотри, брось его к чертям.
Но я уже провожу пальцем по экрану и принимаю этот чертов видеозвонок, хотя подсознательно уже догадываюсь, от кого он может быть.
Изображение загружается секунду, может, две – а мне кажется, прошла вечность. Потом экран заполняется картинкой, и всё внутри замирает.
Я вижу ребенка…
Маленький мальчик, на вид ему два года: слегка вьющиеся волосы обрамляют пухлые щёки. Он сидит в какой-то стеклянной коробке. Нет, не коробке, а прозрачной комнате с мягкими стенами. Игрушки разбросаны по всему полу: вот валяется огромный плюшевый медведь, окруженный в разноцветных кубиках и машинках.
Он увлеченно играет наедине с собой и складывает высокую башню из цветных блоков.
А я не могу дышать.
Потому что его лицо… Господи, его лицо: нос, форма губ, линия бровей…
Удивительное чувство, но я вижу себя в нём, хотя не скажу, что он очень сильно на меня похож.
Камера поворачивается, и в кадре появляется знакомая смуглая мужская рука, обрамленная дорогими часами Patek Philippe на запястье. Рука накрывает голову мальчика и нежно, почти любовно поглаживает.
Голос Кайса звучит за кадром:
– Доброе утро, Мия. Надеюсь, ты хорошо спала, – словно мягкий и бархатистый яд, он незаметно парализует мое сердце.
Хочу что-то сказать, но голос застревает в горле. Просто смотрю на экран, вцепившись в телефон так сильно, что пальцы белеют.
Кайс продолжает, и тон его голоса почти отеческий:
– Познакомься с Михаилом, точнее с Майклом. Иногда я называю его Миша. Он очень любит машинки и строить башни, из еды ненавидит брокколи, да и в целом не переносит овощи. Говорит на двух языках: арабском и английском. Очень умный мальчик. Ты могла бы научить его русскому языку, если была бы рядом. Наверное, твои родители расстроились бы, если бы увидели, что их внук теряет связь со своими корнями.
Камера приближается к лицу ребёнка: он робко поднимает взгляд