— Да я так и понял, — улыбнулся ещё шире, чем окончательно разозлил девчонку. Она надулась и отвернулась от меня. — Всем пока!
— На свадьбу не забудь позвать, — крикнул вдогонку Вова, который буквально только что появился в зале.
Вышел из здания и направился к своей машине, одной рукой залез в карман и вытащил брелок. Отключил сигнализацию, открыл переднюю пассажирскую дверь и осторожно усадил Матрёну на сиденье. Сразу же пристегнул и, пока она не опомнилась и не сбежала, быстро обогнул капот, сел за руль, сразу же заблокировав двери, отрезая все пути к отступлению.
— Куда ты меня везешь? — спросила Мати, когда мы отъехали от кафе.
— К тебе домой.
— Вообще-то у меня рабочий день.
— Твоё начальство с удовольствием дало тебе на сегодня отгул.
— Интересно, с чего это вдруг? Ты подговорил?
— С того, что тебе нужно познакомить родителей со своим будущим мужем.
— И где же он? Этот будущий муж.
— Осторожнее, Матрёна, я ведь могу и по попе отшлепать.
Она возмущенно вздохнула, а щечки покрылись нежным румянцем. Красота! Уже приготовился к нашей перепалке, но она просто отвернулась к окну и оставшуюся дорогу до дома молча разглядывала пейзаж.
— Приехали.
Притормозил рядом с её подъездом. Припарковался так, чтобы никому не мешать, и, перегнувшись к заднему сиденью, забрал букет. Матрёна попыталась выскочить из машины, но двери были всё ещё закрыты. Она сидела и фыркала от злости, напоминая очаровательного колючего ежа.
— Это тебе. Здесь нет роз, чтобы, если тебе захотелось меня им отлупить, урон был минимальный.
Мати удивленно смотрела на меня с широко раскрытыми глазами, и было чувство, что сейчас она покрутит у виска, а потом она вдруг начала смеяться.
— Я тебя, если надо будет, сковородой стукну, ещё цветы не портила.
Забрала у меня букет и, как только открыл двери, с улыбкой выбралась на улицу. Догнал её у самого подъезда, придержал дверь, пропуская Матрёну вперед.
Глава 38
Матрёна
В кафе вкусно пахнет свежими булочками. Анютка, наш кондитер, подкармливает меня вкусняшками и следит, чтобы я вовремя ела. И сейчас я жду свежую румяную выпечку с корицей от неё.
А пока нахожусь в ожидании вкусностей, продолжаю работать: составляю список продуктов, что срочно нужно закупить для кафе. Не то чтобы это больше некому делать, просто мне нужно себя обязательно чем-то занимать, иначе мысли сворачивают совсем не туда.
В этот же момент в голове проскакивает — «пахнет Демидом». Да сколько можно? Как так получается, что все мысли так или иначе сворачиваются к нему?
Принюхиваюсь и понимаю, что в помещении действительно появился характерный запах горького перца и кожи, так, из всех моих знакомых, пах только он. Оборачиваюсь.
И мир на крошечное мгновение застывает. Он действительно находится здесь — в кафе ребят, стоит непозволительно близко и смотрит. И как смотрит, у меня от его взгляда даже сердце начинает биться быстрее. А от его голоса меня обсыпает мурашками. Он хочет поговорить, но я не готова. Мне нужно время, чтобы подготовиться, чтобы быть холодной и дерзкой, потому что сейчас я как мягкий пластилин — одно его касание, и растеклась.
Хочу сбежать, даже обдумываю, как быстрее это сделать. Но запоздало понимаю, что сама себя ему сдала. А Демид этим прекрасно пользуется — берёт меня на руки и несёт прочь.
Если бы я ему была не нужна, он же не приехал бы? Так ведь? Мы живем в разных городах, и чтобы пересечься, кто-то должен приехать в город другого.
Он здесь. В моем городе. Он точно знал, где я. Кто меня сдал? Стеша? Ну конечно она. Злюсь ли я на подругу? Нет, на неё не злюсь, а вот на Демида — очень.
Он меня похищает среди бела дня под одобрительные возгласы Вовы, ах он гад! На свадьбу он мою захотел, как же.
Как во сне наблюдаю за тем, как меня отнесли в машину, пристегнули и закрыли, чтобы я не сбежала. Ну, откровенно говоря, и не побежала бы, мне нельзя. Но он-то не знает, пускай менжуется.
Когда мы тормозим у моего дома, Демид достает с заднего сиденья букет очень нежных цветов. Они такие красивые, что хочется зарыться в них носом и с наслаждением вдыхать аромат. Но вместо этого я хамлю Демиду. Зачем — понятия не имею, просто хочется его уколоть побольнее.
Он не реагирует, вообще ведёт себя как джентльмен. Хотя он и раньше был очень внимательным, просто сейчас меня это бесит. Потому что такое поведение не вяжется с тем, что он меня бросил, а значит, у него были причины.
В квартиру захожу первая и сразу иду ставить цветы в воду.
— Где твоя комната? — раздается за моей спиной.
— Последняя слева, — отвечаю, даже не оборачиваясь на него.
Не торопясь, наполняю вазу водой, снимаю крафтовую бумагу с цветов и ставлю их в воду. Забираю букет и иду в комнату.
Демид рассматривает мои фотки. У меня их много, очень много. Они висят на стене, стоят на полке с книгами, а ещё прикреплены к маленькой гирлянде, что украшает противоположную стену. На них запечатлён буквально каждый момент моей жизни. Теперь здесь есть даже фото с тестом.
Непривычно видеть этого мужчину в моей маленькой и довольно детской комнате. У меня здесь столько статуэток и плюшевых медведей, что даже немного стыдно.
Прохожу вглубь и ставлю вазу на стол. Оборачиваюсь и слежу за тем, как Демид переходит от снимка к снимку. И понимаю, что сейчас он увидит последнее фото. Хочется сорвать его со стены, чтобы не показывать. Но потом одергиваю себя — это глупо и по-детски.
— Ты была очень милой малышкой, — говорит Демид.
— Спасибо, наверное, — теряюсь я.
Он разворачивается и в два шага оказывается рядом, тянет на себя и крепко обнимает. Целует в макушку и дышит как загнанный зверь, полностью обескураживая меня своим поведением.
— Я так скучал.
Его слова пробуждают злобную фурию, что до этого момента спала внутри меня. Я начинаю брыкаться, чтобы вырваться из его рук.
— Оно и видно, что скучал. Иди, рассказывай сказки тем, кто в них верит.
Отпускать он меня не торопится, сильнее прижимает к себе. Ведёт кончиком носа по моей щеке, а затем целует в висок.
— Ты действительно думаешь, что я стал бы с тобой играть? Может, ещё поразвлекался и бросил?
— Да, именно так я и думаю, — говорю, уткнувшись ему в шею. По щеке течёт первая