Он поднял пистолет, разворачиваясь, выискивая цель, и одновременно левой рукой оттолкнулся от земли. Он уже наполовину поднялся на ноги и заметил кого-то. Вторая женщина. Она была жива. Она стояла. Он увидел блеск металла на фоне грубой чёрной поверхности, проглядывающей сквозь разрыв на её рубашке. Это были остатки пули, расплющившейся о кевлар. Кровь на её одежде, должно быть, была чьей-то чужой. Вероятно, одного из мёртвых агентов. Должно быть, она получила пулю после того, как убила их, но была только ранена. Потому что на ней был бронежилет. Как и на её двойнике. Вот что он почувствовал коленом. Хорошая защита от выстрела в грудь. Бесполезная против попадания в голову.
Женщина держала что-то в правой руке. Тонкое, металлическое, с рифлёной рукояткой и матовым чёрным покрытием. Длиной около двух футов, с сочленениями через каждые шесть дюймов, и диаметр на каждом слегка уменьшался. Значит, телескопическое. Легко носить и прятать. Легко раскладывать. Достаточно движения кистью. И с закруглённым наконечником полдюйма в диаметре, который концентрировал силу удара. Разрушительное действие против стекла, дерева или металла. Сокрушительное против плоти и костей. Удар по груди мог сломать рёбра. Удар по шее мог быть смертельным. Или по виску.
Женщина обрушила дубинку вниз. Она целила в правое запястье Ричера. Хотела раздробить сустав. Заставить выронить пистолет. Ричер крутанулся быстрее. Рванул руку из зоны поражения. Едва-едва. Круглый металлический наконечник рассек воздух. Он был достаточно близко, чтобы Ричер почувствовал его дуновение на коже. Он просвистел до самой земли, выбив слабую синюю искру. Ричер схватил женщину за запястье левой рукой. Сжал. Пальцы впились в кожу, сминая сухожилия и связки, пока она не закричала. Хватка ослабла, и дубинка со стуком упала на бетон. Ричер отшвырнул её ногой. Женщина ткнула свободной рукой ему в лицо. Первые два пальца растопырены. Она пыталась выколоть ему глаза. Одновременно её правое колено взлетело вверх, целя в пах.
Ричер опустил плечо на двенадцать дюймов и рванулся вперёд. Он врезался женщине в грудь. Это был тяжёлый удар. Женщину отбросило назад, словно в неё врезался грузовик. Она приземлилась на землю и проскользила дальше в тонком облаке пыли.
Ричер сказал:
— Перевернись. Лицом вниз. Руки за голову.
Женщина кашлянула, но не двинулась.
Ричер поднял пистолет.
— Я пытаюсь придумать причину не стрелять в тебя, но, должен признать, пока ничего не приходит.
Женщина перевернулась.
Ричер сказал:
— Кто ты?
— Меня зовут Вероника Сэнсон. — Она дёрнула головой в сторону тела другой женщины. — Это... — Она подняла правую руку и прижала её к лицу, спрятав глаза в сгибе локтя. Она не двигалась мгновение. Не дышала. Не издавала ни звука. Затем подняла руку и уронила её обратно. Глаза покраснели. Она сморгнула слезу и сказала: — Это моя сестра, Роберта. Нашего отца звали Морган Сэнсон.
Роберта и Вероника, подумал Ричер. Робби и Ронни. Двое из четырёх детей, которых миссис Сэнсон увезла в Израиль после смерти мужа. Он сказал:
— Вы служили в Армии обороны Израиля?
Вероника кивнула.
— Корпус сбора боевой разведки.
— Твоя сестра тоже?
Вероника снова кивнула.
— Мы пришли отомстить за отца. Но послушайте, пожалуйста. Я была капитаном. Того же звания, что и вы. Поэтому я прошу как офицер офицера, позвольте мне встать. Объяснить наши обстоятельства. Может, мы сможем...
— О Боже мой! — Глаза Сьюзан Каслуги широко распахнулись, а лицо внезапно стало мертвенно-бледным. — Где она? Что вы с ней сделали? Сколько времени до взрыва? Вы, армейский человек — вы должны что-то сделать.
Ричер сказал:
— О чём вы говорите?
— Сумасшедшие сёстры. Они сделали бомбу. Самодельную. Граната, миска, бензин, резинка. Они использовали её, чтобы заставить меня назвать Чарльза. Она может взорваться в любую секунду. Она убьёт нас всех.
Ричер не любил то, что слышал. Он видел фотографии из Вьетнама. Партизаны подкрадывались к припаркованным армейским джипам и бросали гранаты, обмотанные резинками, в их топливные баки. Это превращало машины в движущиеся бомбы замедленного действия. Результаты были некрасивыми. Ещё менее красивыми, если кто-то находился на борту или рядом, когда резина наконец сдавала. Он посмотрел на Веронику и сказал:
— Это правда?
Вероника вскинула подбородок.
— Роберта изобрела это. Она называла это Дамокловой...
— Где это?
— Я покажу. При одном условии.
— Нет времени торговаться. Неси сейчас.
— Если оно взорвётся сейчас, вы двое мертвы. Вам не спастись. Но здесь, внизу? Я, может, и выживу. Я готова рискнуть. А вы?
— А если я выстрелю тебе в голову? Как тебе такие шансы?
— Вы застрелите безоружную пленницу при свидетеле? Здравствуйте, военный трибунал. Плюс вам всё равно нужно выбираться отсюда. Сколько у вас времени до *бум*?
— Чего ты хочешь?
— Если я обезврежу устройство, я хочу, чтобы вы выслушали. Я хочу, чтобы вы знали правду о моём отце. Я хочу, чтобы все знали. Я хочу, чтобы вы рассказали им.
Ричер кивнул.
— Иди.
Вероника встала. Она подошла к месту, где из пола поднимались три большие трубы, поворачивали на девяносто градусов и крепились к другим с помощью тяжёлых болтов и фланцев. Ричер держал её на прицеле. Она наклонилась, залезла в затемнённую зону и достала аквариум для рыбок. На цыпочках направилась к Ричеру. Она держала миску перед собой. Граната всё ещё была внутри. Резинка была цела. Она подкралась ближе. Затем, когда до Ричера оставалось десять футов, она швырнула миску ему в лицо. Он отступил назад. Бензин плеснул на перед его мундира. Вероника метнулась в сторону. Ударилась о землю, перекатилась, подхватила «Зиг», который держала Роберта, и вскочила на ноги. Ричер поймал миску. Зажал её между грудью и правым предплечьем. Сунул левую руку внутрь, в остатки бензина. Это было тесно, как пытаться засунуть бейсбольную перчатку в банку из-под печенья. Он надавил сильнее. Нащупал гранату. Коснулся её кончиками пальцев. И порвал резинку.
Глава 26
Ричер тряхнул головой и поставил миску. Вероника Сэнсон перепрыгнула через ещё один узел труб и скрылась из виду. Сьюзан Каслуга закричала.
— Какого чёрта ты делаешь? — завопила Каслуга. — Радиус поражения этой штуки всего несколько футов. Унеси её отсюда. Выкинь наружу. Или брось как можно