Владимир Федорович на мгновение задумался, погладил подбородок, испачканный цементом, а затем повернулся к девушке, которая, услышав наш разговор, подняла голову от своих бумаг и внимательно прислушивалась к беседе.
— Света, достань-ка ту таблицу, которую мы сегодня утром с бригадирами заполнили, — попросил он девушку спокойным, деловым тоном, без тени панибратства, с уважением.
Она тут же, без лишней суеты, достала из стопки бумаг требуемый документ и протянула своему начальнику. Владимир Федорович взял его и жестом пригласил меня подойти поближе к столу, где было больше света от единственного окна, выходящего на стройку.
— Мы с бригадирами детально проанализировали организацию нашей работы и пришли к выводу, что единственный скрытый резерв — это введение непрерывного трехсменного ведения строительных работ с максимальным совмещением производственных процессов, чтобы не терять ни часа светлого и темного времени, чтобы работы шли круглосуточно. Но для этого, Георгий Васильевич, нам необходимо значительно увеличить количество рабочих, особенно квалифицированных: каменщиков, бетонщиков, арматурщиков, отделочников. Вот здесь у нас подробный расчет нашей потребности в дополнительных рабочих и в материально-техническом снабжении с разбивкой по профессиям и по месяцам, — Владимир Федорович положил на стол заполненную таблицу, испещренную цифрами, с подписями всех бригадиров.
Я сразу же выхватил взглядом первую строчку: пятьдесят каменщиков требуется дополнительно немедленно, желательно вчера. Сто человек просят на строительстве медицинского квартала, пятьдесят просят здесь. Резервов больше нет нигде, людей просто физически неоткуда взять, значит, выход только один: придется что-то временно остановить или заморозить, чтобы высвободить людей для этого приоритетного объекта.
Цифры потребности в дополнительных объемах кирпича и цемента я просто принял к сведению, отметив их в памяти Этот вопрос на самом деле был решаемым при правильном подходе к распределению фондов. А вот где взять дополнительные рабочие кадры, кто бы мне подсказал Это была главная головная боль всех строек города, и ответа на этот вопрос у меня пока не было.
— Скажите, Владимир Федорович, если вы получите запрашиваемых рабочих, к какому конкретному сроку в таком случае будет завершено строительство учебного корпуса? — у меня в голове начала зарождаться одна нестандартная идея, связанная с перераспределением сил с менее важных объектов, однако нужно было четко представлять, что это даст в итоге и не сорвет ли другие планы.
— К пятнадцатому августа мы полностью закончим все работы второго цикла строительства, включая кладку стен, перекрытия и кровлю. Параллельно, с первого августа, мы сможем начать отделочные работы на первом этаже, штукатурку и покраску, не дожидаясь полного завершения верха. Таким образом, учебно-исследовательский корпус мы закончим к середине сентября, а не к октябрю, как планировалось изначально, и не к ноябрю, как мы опасались, — бодро отрапортовал он, явно довольный возможностью ускориться и показать результат.
— Хорошо, — ответил я, взял таблицу Владимира Федоровича и положил в свою рабочую сумку. — Думаю, что сразу же после совещания директоров, я смогу дать вам окончательный ответ на ваш запрос о дополнительных кадрах, возможно, с положительным решением, если удастся что-то изыскать. Но вы, со своей стороны, должны тщательнейшим образом продумать организацию рабочего процесса так, чтобы исключить простой у ваших постоянных рабочих, и, тем более, у дополнительно привлеченных людей, которых придется отрывать от других не менее важных объектов. Это вопрос принципиальной важности, и ответственность за организацию работ ляжет лично на вас, Владимир Федорович. Я на вас рассчитываю.
Глава 18
После осмотра строительной площадки политехнического института я направился пешком на панельный завод. Разрушений в Верхнем поселке больше не наблюдалось. Все развалины были окончательно разобраны, а строительный мусор полностью вывезен. Восстановление Клуба имени М. Горького, принадлежащего Сталинградскому тракторному заводу, а также школы имени товарища Сталина, расположенной по соседству, все еще продолжалось. Только в начале лета, после реорганизации управленческой структуры треста, наконец-то начались работы по возрождению здания цирка. До этого момента мы его даже после разминирования не трогали.
Клуб Сталинградского тракторного завода был возведен в 1932 году. Он входил в число восьми аналогичных объектов культуры, которые строились при крупнейших промышленных гигантах страны. Однако в нашем городе проект удалось воплотить лишь частично: была построена только клубная часть. Самым известным примером полной реализации этого архитектурного замысла является знаменитый Дворец культуры имени С. П. Горбунова в Москве. Мы приняли решение не просто восстановить разрушенное здание, но и завершить начатое. К существующей клубной части было решено пристроить театральный корпус и соединительную галерею. В этом новом переходе планировалось разместить буфет и просторный читальный зал. Таким образом, после завершения всех работ, это будет уже не просто Клуб, а полноценный Дворец культуры. Строительство на этом объекте, как и на цирке, по самым оптимистичным прогнозам, должно было завершиться не ранее конца сорок шестого года.
Некоторые знаковые объекты Верхнего уже были восстановлены. Например, знаменитая фабрика-кухня Сталинградского тракторного завода. Она, конечно, еще не достигла той производственной мощи, которая была у нее до начала войны. Причина была банальна и заключалась в острой нехватке квалифицированных кадров. Но, как и ее легендарная предшественница в довоенные годы, наша фабрика-кухня кормила весь Тракторозаводский район в своих пяти обеденных залах. К новому году планировалось перепрофилировать два зала: один под ресторан с расширенным меню, а второй под диетическую столовую для нуждающихся в особом питании. Также предполагалось возобновить услугу по отпуску готовых обедов на дом. Реализация этих планов должна была ознаменовать полное восстановление работы фабрики-кухни. После этого она вновь станет самым крупным предприятием общественного питания на всей территории современного Юга России.
Территория, прилегающая непосредственно к площади Дзержинского, уже почти обрела идеальный порядок. На своем законном месте стоял памятник «железному» Феликсу. Был полностью отремонтирован главный вход на завод. Работы по озеленению площади завершились, и теперь она радовала глаз молодой зеленью. На финишную прямую вышли работы по асфальтированию дорожного покрытия. Все мероприятия по благоустройству площади планировалось закончить уже нынешней осенью.
На панельном заводе меня интересовал один конкретный вопрос. Работы по расширению производственных мощностей предприятия подходили к концу. Новые цеха функционировали на полную мощность, и плановые показатели по выпуску домокомплектов были не просто выполнены, а перевыполнены. Однако строительство корпусов проектного института и лабораторно-испытательного центра еще не завершилось. Из-за этого работы над разработкой следующих серий панельных домов никак не могли начаться в должном объеме. Формально они, безусловно, стартовали, но велись, что называется, «на коленке», в полукустарных условиях, с использованием временных схем и без должной технологической базы.
В начале лета закончилось строительство двухэтажного здания заводоуправления. Оно, как и полагается, было панельным и возведено из