Паук тоже на взводе. Это заметно по его рваным и настороженным движениям, словно он чует беду.
Я замедляю шаг. Смотрю по сторонам. Анализирую ситуацию и думаю, что эта тварь затаскивала в свое логово своих жертв. Пожирала их, а потом выплевывала останки и продвигалась вперед по мере заполнения туннеля.
«Стоп! — говорю я сам себе. — Тогда получается, что выход из этой норы — там! — я оборачиваюсь назад и смотрю туда, откуда я пришел. — Черт! И башка твари тоже смотрела вперед! Млять! А кто знал, что нужно идти в обратном направлении? И, вообще, это — только моя догадка, и нет стопроцентной уверенности, что я прав. Но, я — упёртый! Буду продвигаться вперед, как и шёл!»
— Идем! — говорю я Пауку. — Нужно отсюда выбираться!
Биомех чуть поворачивается всем телом, точно хочет мне, что-то сказать, но, затем, словно передумав, скользит в туннель дальше, разгоняя тьму.
Я уже хочу сделать шаг вперед, как оттуда, куда мы направляемся, опять доносится гортанный крик. Точно такой же, как я слышал в тоннеле и ранее.
Я замираю. Паук тоже останавливается. Я вслушиваюсь в тоннель, а он вслушивается в меня.
Так и стоим.
Крик не повторяется. Только эхо затихает вдали.
Непонятно, кто так здесь мог кричать. Вопль был похож на нечто первобытное, прям из самых глубин давно минувших времен. Словно, что-то прорвалось из потустороннего мира сюда и сидит недалеко от меня. Поджидает, пока я не подойду поближе.
Или же… И это — тоже вариант, этот туннель сам, как живое существо, и он издал этот вопль, будто я нахожусь в глотке некого монстра, размеры которого я даже не могу себе представить.
Догадок много, а ответов нет. Проверить мою идею можно только одним способом — дойти до конца туннеля и увидеть всё своими глазами.
На том и буду стоять!
— Пошли! Быстро! — приказываю я Пауку, не давая себе шанса включить заднюю. — Работаем в связке. Ты мне светишь по секторам, по моим командам, слева. справа, а я их осматриваю, и, при необходимости, зачищаю. Все понял?
Биомех, как бы смотрит на меня, все понимает, вот только ответить не может. Мы идём дальше.
Я сжимаю рукоятку дробовика. Осматриваюсь.
Паук, точно читая мои мысли, работает на опережение и светит туда, куда мне и нужно.
Я замечаю, что туннель расширяется. Он уже не бежит перед мной, как стрела, а начинает изгибается. Уровень пола явно повышается. Не на много, но, достаточно, чтобы это заметить. А если он повышается, то это — явный знак, что я продвигаюсь к поверхности.
Под ногами всё также хрустят кости. Я не обращаю на это никакого внимания. Со свода туннеля, тут и там, свисает такая бахрома, типа истлевшей ткани, или кожи.
Есть в этом, что-то адское, потустороннее, будто слои сместились, и, сюда, в Сотканный мир проникло нечто более страшное, чем он сам.
Это — всего лишь мои мысли и…
Вопль!
Он бежит прямо на меня, как ударная волна. Резкая, горячая, обжигающая, и бьёт меня в грудь, едва не сбивая с ног.
Вопль нарастает. От него хочется заткнуть уши и упасть на вниз. У меня начинает раскалываться голова, а из носа и ушей начинает течь кровь. Но я продвигаюсь вперёд. Медленно, как сапёр на минном поле.
В этот момент туннель начинает дрожать. Меня шатает, как при землетрясении. Стенки сокращаются.
Меня подбрасывает вверх. Затем швыряет вниз. Прямо на кости. Я быстро поднимаюсь, и целюсь во тьму.
Паук стоит рядом. Он впился приводами в основание и старается не завалиться набок.
Вопль голосит волнами. Нечто вроде звукового оружия. Я хочу сделать шаг вперёд, но, не могу.
Крик работает, как стена, которую не преодолеть. Никак. Даже если очень захотеть.
И я заставляю себя это сделать. Иду. Изо всех сил. Скрежеща зубами. Едва их не ломая. Ориентируясь на источник звука. И, с одним желанием — убить то, что находится впереди!
Пространство плывёт у меня перед глазами. Всё, как в тумане. Руки дрожат. Не спасает даже впрыск нейробуста из симбионта.
Если так пойдёт и дальше, то боец из меня получится никакой. Бери тёпленьким. Видимо, на это и расчёт того, что находится в этом туннеле.
Чёрт! С такой хренью я ещё здесь не сталкивался! Не даром меня предупреждали, что, город Древних это — одна большая аномалия.
Внезапно, я чувствую, прям спинным мозгом, что опасность приближается, откуда я её не ждал — с тыла.
Рывком разворачиваюсь, одновременно приказывая Пауку:
— Свет! Сзади!
Биомех, мгновенно меняет своё положение. Даже усиливает своё неоновое сияние, и, в этих призрачных отблесках я вижу, как из тьмы, прямо на меня, отталкиваясь всеми конечностями от стенок туннеля и от его потолка, бежит та тварь из паутины, которая должна быть мёртвой, но она ожила!
— Млять! — ругаюсь я, и поднимаю ствол дробовика, целясь в бегущего на меня конструкта, будто восставшего из самой преисподней…
Эпизод 18. Нити
Я уже почти дожимаю спуск дробовика, как, с той стороны, откуда несётся надрывный вопль, раздаётся чавканье, и туннель начинает сокращаться, как глотка, в которую насильно заталкивают еду.
Сука! Дело — дрянь! Что-то происходит, но я не знаю, что именно. Всё это может быть — лишь иллюзией. Глюком в моей голове. Попыткой меня запугать. Воздействие на моё психику, чтобы я совершил ошибку.
Да…
Я матерюсь про себя.
«Пошло оно всё нахер! Погнали!»
И я нажимаю на спусковой крючок дробовика.
Оружие огрызается автоматически огнём. По три выстрела с отсечкой, и снова три выстрела.
Бах! Бах! Бах!
Пауза.
Бах! Бах! Бах!
Кислотная картечь накрывает конструкта плотным огнём. Рвёт эту тварь на части. Разрывает и прожигает его мёртвую плоть.
Во все стороны летят лапы и ошмётки от монстра.
Я же делаю шаг к нему навстречу и палю в него, как в тире. С близкого расстояния, превращая тварь в фарш. Вгоняя её в изначальное состояние трупа.
Бах! Бах! Бах!
Выстрел идёт за выстрелом.
Тварь падает вниз. Корчится. Дико колотится, как припадочная, точно её дёргают за ниточки. На полу эта херня ещё больше похожа на смесь насекомого и человека с гуманоидом.
Мутант, чтоб его!
Нужно его добить!
Быстрее!
Паук стоит рядом со мной. Подсвечивает мне, но не мешает. Знает своё дело. Чтобы не подставиться под заряды.
Смена магазина. Теперь в ход пошли пули.
Я стреляю и стреляю в конструкта, пока не расчленяю