- Где уж мне, это вы, барышни, существа любопытные.
- Любопытство не порок. Когда решили с твоей тигрой венчаться?
- С кем?
- С Катей Павловой. Она уже всем растрезвонила, что окрутила Петеньку несмышлёныша.
Спорить с женщиной, свято уверенной, что в её несчастьях повинны люди её окружающие, дело мало того что неблагодарное, так и бесполезное. У Селивановой, выгоревшей в магатроне Академии магини-недоучки (очень, очень слабой, и зачем полезла дура под повышенную нагрузку?) Катя виновата, что не выгорела, не решилась в тот магатрон с чемпионом курса Волоховым заходить. Птахин виноват, что спас, восстановил Хранилище у выгоревшей Маши. Но бестолку, она потом снова выгорела. А кто виноват? Птахин виноват!
- Окрутила и окрутила, тебе то что?
- Пётр Григорьевич, - Селиванова резко сменила тон, теперь она не дерзкая базарная баба, а прям милая и уважительная к его высокоблагородию гимназистка-скромница, - вы в Академию не собираетесь? Слышала, вами новый ректор интересовался.
- Пока не было бумаги из Баяна. А самому туда переться, не вижу резона.
- Пётр Григорьевич, на следующий год в Академии собираются открыть отделение для подготовки слабосильных кадетов, которые высоких результатов не достигнут, седьмой, в лучшем случае – шестой разряд при выпуске их предел.
- Что-то слышал, вроде щадящий режим тем кадетам в давилке обеспечат, княжеству нужно больше магов, указано отставить прежнюю жестокость при отсеве.
- Да. Именно так. Поможете в ту группу попасть, слышала и выгоревших берут.
- Так это к ректору надо, как его – Филатов, кажется? Или к Новикову.
- Новый ректор, маг второго разряда, молния, ветер и земля, Лев Евгеньевич Филатов. И он с тобой хочет встретиться, - снова перешла на ты Селиванова, - уникальный случай моего восстановление его очень интересует.
Да-а-а-а, выходит, разболтали. Или старик Щеглов не удержался, рассказал сменщику, или та же Маша всё вывалила опричнику.
- Если случится такой разговор, скажу о тебе.
- Спасибо, Пётр Григорьевич, я в Княжьем доме в 27 кабинете работаю, а проживаю улица Лиственная дом семь, квартира четыре. Киньте весточку, что и как.
- Непременно, - ответствовал выгоревшей магине, превращающейся, если верить кадетских байкам-страшилкам, в ведьму, Птахин и решительно зашагал к экипажу. К чёрту трактир, скорее домой. Благо в саквояже есть пара бутербродов, а водой запьёт из родника по дороге, ему ли, магу жизни, да простуды бояться?!
Глава 7
Глава 7.
На сей раз Петя не брал отдельное купе, от Путивля до Баяна меньше суток, самое время размышлять и медитировать, завалившись на верхнюю полку.
Нет, молодой маг не обеднел, но, поразмыслив, решил не выделяться, проехать во втором классе с купцами второй-третьей гильдии и губернскими чиновниками. Заодно и сплетни путивльские послушать, мало ли, вдруг да и удастся узнать нечто новое и интересное. Главное - мажеский перстень не выпячивать, а одет Птахин без изысков, точь в точь молодой и перспективный служивый в средних чинах одного из департаментов.
Увы, какой-то значимой, по его магическому профилю, информации, Петя за почти сутки вагонного сидения и лежания не услышал. Но даже разговоры о планах строительства под Путивлем механического завода с литейкой и приличных размеров, да ещё и с перспективой расширения, оружейным цехом, как бы намекали – страна начинает подготовку к большой войне. Вон, купчины до хрипоты спорят, удвоит или утроит производство Анисим Витальевич Храпенков, владелец самого большого кирпичного завода в губернии, которому жирный подряд перепал на выделку кирпича для зданий и цехов будущего «Путивльского механического». Наверняка и Жатский кирпичный заводик постарается урвать свой кусок от государственного заказа, впрочем, на постройку дома Птахина это никак не повлияет – ссориться на ровном месте с магом жизни кто ж из купцов и промышленников решится?
В полусотне шагов от вокзала Баяна рядом с пролёткой прохаживался Семён Семёнович НовИков, с ударением на «И» в фамилии, Петин преподаватель в Академии и просто хороший человек, что нечасто встречается в элитном учебном заведении, куда дети мещан попадают крайне редко и ещё реже умудряются не вылететь, доучиться, получить перстень мажеский...
Кстати, судя по перстню – НовИков из магов четвёртого разряда, коим его Птахин и знал, дослужился до третьего, а это уже не полковник, а бригадир – до генеральства всего один шаг остался!
Конечно, у магов своя, особая иерархия, по силе, по размеру Хранилища определяется. Но, как Петя выяснил из разговоров с Сухояровым, многие преподаватели Академии Магии намеренно «застревают» на четвёртом разряде, пока в учебном заведении не откроется вакансия, где необходим уже третий разряд. Как правило, таких магов в Академии по одному на каждую стихию: один «третьеразрядный» маг воздуха, один огня, один земли, один жизни...
И в его подчинении (не прямом, скорее неформальном, вроде «старшего мага» по направлению) несколько магов четвёртого разряда, приравненных к армейским полковникам или майорам гвардии. Сухояров объяснил, что преподавателям выгоднее оставаться в четвёртом разряде при Академии, чем ехать с достигнутым третьим разрядом в глухомань, возглавлять мажеское сообщество в отдалённых губерниях или нести службу на границе или при штабах дивизий. Также остаться в Баяне преподавателем в чине бригадира (он же статский советник) можно, если ведёшь значимую научную тему. И вот тут Петя насторожился – НовИков очень интересовался аспектами шаманской магии и высоко оценил дипломную работу кадета Птахина. А вдруг и сейчас мещанин, не пойми как выбившийся в маги пятого разряда, потребовался в роли подопытного кролика.
- Здравствуйте, Семён Семёнович, не меня ли столь напряжённо высматриваете? Вам бы пенсне не помешало. – Шутка, конечно, - зрение у мага жизни по определению превосходное, из выгрузившихся