Глава 10.
За неделю до таинства бракосочетания, счастливому жениху и целителю пятого разряда Птахину, принесли телеграмму. Вернее сказать – примчали, ибо нёсся Ванька Шершнев, посыльный при жатском почтамте, где и телеграф находится и отделение для доставки писем, газет и журналов, сломя голову. Вообще-то Ванька тот ещё лентяй, но Петра Григорьевича чтит, - свёл маг мальчишке конопатины и косоглазие убрал! Совершенно забесплатно – за рвение скаута Шершнева при уборке улиц города от мусора и высадке на бульваре кустарников, поощрил.
К тому же, господин маг за каждую весточку когда выдаст медный грошик, когда леденцов отсыплет, а Ванька потом важничает, барышню свою любимую, Антонину, угощает. Да-с!
В этот раз конфет у Пети не оказалось, но новость того стоила и счастливый Ванька с места в карьер рванул с премиальным гривенником в бакалейную лавку, покупать для разлюбезной дамы сердца Антонины леденцы в развес...
Маг ещё раз перечитал текст депеши – прибыл-таки дальневосточный туз-миллионщик Карташов Фрол Игнатьевич в Путивль, приглашает завтра-послезавтра господина целителя к нему в контору наведаться для важного и неотложного разговора.
Ага, разбежался. Не был бы первогильдеец-золотопромышленник должен Птахину за аметистовую друзу (тысяч на сорок потянувшую, между прочим) так и катился бы Карташов на все четыре стороны. Но! Глупо поддаваться эмоциям, это Петя ещё будучи в галантерейной лавке мальчиком на побегушках, твёрдо уяснил. Конечно, в Путивль он поедет и постарается как можно больше вытряхнуть рублей из жмота купца. Хотя, не жмоты, они миллионщиками и не становятся, а ежели наследство получают, так всенепременно разбазаривают и проматывают по доброте душевной и слабохарактерности.
Екатерина новость о срочной поездке в губернский центр восприняла благосклонно, сразу же засев за список покупок, каковые Петя должен сделать в тамошних лавках. Деньги на новые траты, естественно, следует с Карташова получить, да поболее, ибо мелочиться в таком деле (тратах на свадьбу) – моветон! Один раз она, свадьба, играется! Или ты, Птахин, думаешь разводиться?
Разумеется, господин целитель разводиться и не помышляет, а любит исключительно Катеньку, милую и ненаглядную!
Мадмуазель (ну, не совсем уже, но считается, приличия ради, именно так) Павлова, без пяти минут мадам Птахина довольно улыбнулась, демонстрируя подруге-сокурснице, Марине Штепановской, мастерство в укрощении супруга. Та, выказывая восхищёние, такую гримасу скорчила, что Петя выскочил из комнаты, дабы не расхохотаться и не испортить дамам миг наиторжественный – доминирования над кавалерами...
В Академии на курсе к моменту выпуска оставались всего три девушки: Катя Павлова, Марина Штепановская и Марта Тон. Марта сразу по получении мажеского перстня пятого разряда выскочила замуж за давнего, ещё с гимназии, воздыхателя и живёт где-то в Сибири, помогая супругу-судовладельцу в делах коммерческих – пароходы по Ионесею проводить, магиня воды, всё-таки. А вот магиня всё того же пятого разряда (считается, достигают на выпуске середняки) Марина Штепановская два года искала достойную партию, но не преуспела в сём благом деле. Причём, рассказы такие же, как и у Екатерины – обычные мужчины магинь побаиваются, а на сокурсников девушки насмотрелись и не прельщает их солдафонская однобокость женихов-магов, – думают те лишь о карьере, орденах и возможности отличиться, семья на втором месте, а то и на третьем. По словам Марины – подруге повезло, захомутала единственного на курсе чистого мага жизни, без наличия иных стихий, которые в Академии развивают в маге-боевике в первую очередь. Заодно Штепановская «просветила» почему к Пете так цеплялся Левашов. Всё оттого, что чистых магов жизни на полигон к боевикам не отправляют, то отдельно прописано. И пока кадеты боевики друг-дружку огнешарами и ледяными копьями (здоровенными сосульками) да молниями долбали, штафирка Птахин, по мнению куратора курса, бессовестно прохлаждался. Потому и придирки, оттого и наряды.
Хм, а Петя даже и не думал, что и такая причина к его третированию Левашовым может быть. Помимо, разумеется, плебейского происхождения. И хоть Птахин и не боевик, но аурный щит был лучшим на курсе! А возможность атаковать у целителя есть, правда без ярких эффектов, как у магов огня, молнии, или ветра. Но ежели наложить «затвердение мышц», по сути паралич организма, приятного мало. Есть много вариантов обездвижить противника, самый радикальный - дыхание останавливать, или закупорку кровеносных сосудов и артерий учинить. Но эти заклинания, действующие на расстоянии, только с четвёртого разряда начинаются и за каждое применение надо отчитываться, а, скроешь, промолчишь – так след магический остаётся...
Разумеется, продуманный Петя «боевые» заклинания в первую очередь, по получении «малой магической библиотеки», освоил и понял – теперь он по ударной мощи превосходит даже его превосходительство Волохова. Энергия ауры позволяет устранить врага более чем за версту в долю секунды, причём, сложится впечатление, что случился внезапный «удар» у молодого и здорового человека, или мага. И щит аурный от Петиной, как раз именно что аурной магии, абсолютно не защищает! И следа магического не остаётся, не видят, аурой выделываемые заклинания, обычные маги, прямо как и шаманскую энергию. Что ж, господин целитель лишний раз убедился, - шаманы куда как ближе стоят к древним магам-аурникам, которых одолели и начисто извели маги, развивавшие Хранилище...
Но от крамольных тех мыслей такие открываются страшные перспективы, такие бездны адские разверзаются, что лучше отдать Екатерине все денежки, до последнего рублика и слыть подкаблучником, чем хоть на полноготочка явить свои настоящие возможности, похвастаться жене сверхмагической одарённостью.
По здравому размышлению Петя решил, что прослыть «каблуком» даже лучше – денег у него не будут клянчить, сразу отправлять можно просителей к «семейному казначею» – Кате! А уж госпожа полковник (не полковница – полковник!) покажет, где раки зимуют, и почём тех раков торгуют.
Марина приехала в Жатск сразу с тремя коробками, из которых были извлечены и развешены три платья, как это на свадьбе подруги наряды не менять? А сейчас, в нагрузку, Птахину надо из Путивля привезти и шляпки Штепановской, которые всё никак не могут отправить с надёжным человеком за 36 вёрст до Жатска – вдруг да помнут, бестолочи. Польщённый, что его посчитали за надёжного умника Пётр Григорьевич, благо получил телеграмму ранним утром, в два часа пополудни выдвинулся в губернскую столицу с внушительным списком чего закупить от Екатерины и адресом шляпной мастерской от Марины. Даже получил «высочайшее дозволение» не спешить обратно, заночевать в Путивле, но все поручения исполнить. Исключительно, чтоб не мешал мужлан барышням вести откровенные разговоры на разные, порой весьма пикантные, темы.
Пара гнедых быстро домчала целителя до гостиницы, что недалече от губернского правления, ещё бы – «полное