Ян суёт мне в руку бокал.
- Я за рулём.
- Не парься, я тебя отвезу потом.
- Куда?
- Куда скажешь.
Тут неожиданно звучат аккорды. Все за столом еще больше оживляются.
— Танго!
Герман приглашает свою жену, молодые пары встают, еще одна пара постарше тоже. А на импровизированном танцполе уже стоят двое.
- Это Дворжецкий, владелец ресторана, и Раиса, его супруга. Посмотри, шикарно танцуют.
Да, посмотреть есть на что. Оба красивые, яркие, она такая рыжая, стройная, в леопардовом платье - просто огонь.
Я их знаю прекрасно.
Наша Аня праздновала свой развод, и Раиса устраивала торжество. Это было грандиозно.
Она и мне потом предлагала отметить мой с размахом, а я тогда, дура, отказалась.
Шаг, шаг поворот.
Они смотрятся как одно.
Красивые, влюблённые.
Мне тоже хочется. Хочется быть такой легкой, подвижной, свободной, нахальной как она.
И чтобы рядом был такой сильный мужчина.
Смотрю на их движения.
Пусть самые простые, но…
- Пойдем? — Измайлов предлагает мне руку.
Эх, была не была!
Идём.
Герман мне подмигивает, Ада подбадривает, а Ян шепчет на ухо.
- Я помню, что ты не умеешь.
- Кто тебе сказал, что я не умею?
Повожу плечом, и делаю шаг еще шаг еще, отступаю, словно завлекая его, он наступает, обхватывает, прижимает, обводит меня, кружит.
Это почему-то очень волнительно. Словно я делаю то, что уже давно пора бы сделать.
Что я давно хотела сделать.
Я танцую танго.
Танец моей свободы.
Легко. Изящно.
Да, пусть не так искусно, как другие здесь. Но с азартом.
Со страстью.
Финальный аккорд.
- Поехали ко мне, Ленка, я сейчас сдохну, если не…
- Поехали!
17.
- Лена... Лена... Прекрасная моя... Елена.
Заднее сиденье шикарного авто.
О! сколько всего интересного видели эти самые задние сидения.
Не это конкретно, нет. Я вообще…
Хотя и это, скорее всего, тоже.
Ян Измайлов на пуританина не похож от слова совсем.
Он гурман.
Любитель. В том смысле, что любит это дело. А в деле — профессионал.
Был всегда.
Даже тогда в мои восемнадцать.
О. он был уже опытный. Ему же было двадцать два?
Это я была слишком маленькая, слишком юная, слишком влюблённая, слишком восторженная.
А он был умелый, расчётливый, умный, хитрый, продуманный.
Только поняла я это поздно.
Тогда мне казалось, что он влюблён...
- Ленка... Леночка... Елена Прекрасная моя...
А я таяла. И растаяла. Прямо в машине. Мне было плевать. И ему.
А ведь не должно было, да?
Не важно.
Сейчас…
- Ленка... не думай ни о чём, всё будет хорошо.
Будет.
Это я точно знаю.
Теперь знаю.
У меня точно всё будет хорошо.
После того ада, который я пережила!
Мне уже на всё наплевать.
Просто буду счастливой, вот и всё.
Красивой, счастливой, одинокой женщиной.
Буду путешествовать, заводить романы по всему миру. Ахах.
Мечты, мечты.
- Лена…
Он держит моё лицо в ладонях.
Смотрит.
- Не думай, я прошу тебя. Что мне сделать, чтобы ты не думала?
Господи, Измайлов, какой ты мудак.
Нет слов.
Головой качаю!
Неужели не понимает, что я машине я всё равно буду вспоминать тот раз? Самый первый. Даже если не хочу — буду!
- Лен... ну, прости меня... прости... Мы почти приехали.
Вот и отлично.
Шикарный дом в самом центре. Где точно — не знаю, у меня не было возможности следить за дорогой.
Что-то новое, элитное, стильное.
Ну, хоть в этот раз секс будет не на заднем сидении!
Удивительно, что тогда у меня даже был оргазм!
Первый. Самый первый мой. Острый. Ошеломительный.
Словно ты делаешь выдох и не можешь сделать вдох. Весь мир замирает, а ты летишь, летишь в каком-то подпространстве, в искрах фейерверков, взмываешь ввысь и кричишь, кричишь от счастья...
Ян тогда был потрясён. Не меньше, чем я.
Интересно, чем я его сейчас удивлю?
Тем, что стала фригидной? Безразличной ко всему?
Пустой?
Или…
Понимаю, почему еду с ним. Почему иду с ним.
Потому что во мне растёт крохотная надежда.
А вдруг?
Вдруг с ним всё изменится?
Вдруг с ним я снова стану собой?
Той Еленой Прекрасной?
Той счастливой Ленкой с заднего сиденья его обшарпанного авто.
Или не стану.
Или стану другой, новой.
Господи, Лена, это просто секс! Просто секс! Ничего такого.
Обычный, банальный перепих с мужиком, которому надо закрыть гештальт.
Какая удивительная это вещь — гештальт. Все хотят его закрыть.
Что за зверь такой, я не знаю.
- Чему ты улыбаешься?
Мы едем в лифте, сплетённые, словно всё еще танцуем танго. А мы его и танцуем.
Да.
Танго над пропастью.
Нет конечно. Нет никакой пропасти. Никакого трагизма.
Мы просто свободные мужчина и женщина, которые послу приятного ужина в ресторане, отличного вечера, решили его продолжить.
Без рефлексии.
Без драмы.
Просто заняться любовью в удобной постели.
- Лена... Ленка... Леночка.
Горячий шёпот в прихожей. Быстрые поцелуи. Умелые касания.
- Мне надо в душ.
Кажется, я слишком спокойна. Или это только кажется.
Мы так близко.
Слишком близко.
Наконец настоящий поцелуй, глубокий, терпкий. словно удар под дых.
Нет, нет... я сохраняю спокойствие.
Он лишает меня воли и воздуха.
Он опьяняет.
Кружит голову.
Хорошо! Хорошо! Да!
Еще!
Я отвечаю.
Я тоже хочу лишить его воли.
Обезоружить.
Еще! Еще!
Мучительно долго.
Потрясающе мокро.
Вкусно.
Сладко.
Идеально .
- Лена, Леночка... Ленка.
- Да, да, да.
Еще острее, на грани...
Руки на теле.
Мои. ЕГО.
Переплетаются.
Везде.
Стена.
Еще стена.
Дверной проём.
Мы куда-то двигаемся.
Я бы упала прямо на ковёр.
Не хочу ждать.
Хочу провалиться в прошлое.
Хочу также, как тогда.
Взлететь на вдохе.
Платье исчезает.
- Ленка... красивая.
Он на коленях.
Бельё... У меня красивое бельё.
Нет обычно я ношу обычное.
Но сегодня совсем не обычный день.
Нет я не готовилась к сексу. Я всего лишь шла на встречу с адвокатом.
Но я была в ярости.
А красота всегда придаёт уверенности.
Когда я в ярости я хочу быть красивой.
Чтобы быть уверенной.
В себе.
Поэтому белье…
Чулки с поясом. Они жутко не удобные, я не привыкла. Но в них чувствуешь себя иначе.
Женщиной.
Женщиной, способной на поступок.
И на убийство.
И на секс.
- Лена...
Он меня поднимает. Хорошо, что я почти сохранила фигуру с юности.
Ладно, пять кило не в счёт. Никогда не была худой.
И очень