Выдыхаю.
Не то, чтобы я скрываю…
Просто…
Пока хочется пережить эти недели счастья в тишине.
Ян…
Ян пока под запретом.
Еще не время.
Еще не вечер.
Позже.
Напишу, позвоню, сообщу.
Обрадую, ахах.
Нет я сразу скажу, что ничего от него не жду и ничего мне не надо.
И я даже буду рада, если он скажет — не впутывай меня в это дело.
Нет.
Вру.
Не буду я рада.
Я хочу для моего малыша отца.
Хорошего папку. Сильного, умного, смелого, храброго.
Правда, об этом надо было думать до зачатия, теперь уже поздновато.
Или рано я сбрасываю Яна Ужасного со счетов?
Может, это со мной он такой муфлон? А с ребёнком будет самым шикарным папой в мире?
Кто знает.
Тут, как говориться, не узнаешь, если не попробуешь.
Придётся пробовать.
Никита звонит. Задолбал.
Отправила его в чёрный список. Дочке написала — сообщать о папе только в том случае, если он скончался. На похороны приду. В любом другом случае извольте меня не трогать.
Полина. Тут статус — всё сложно.
Мы созваниваемся, переписываемся — я звоню и пишу. Она отвечает через раз.
Сухо.
Ну, что ж... Это её выбор, конечно. Что я могу сделать?
Ничего…
Свои мозги не вставишь.
Да и... есть ли они у меня, те мозги?
Почему я сказала Яну, что предохраняюсь? Идиотка. А вдруг он был болен? Ну, вот так, чисто теоретически? Свободный мужик, который может менять партнёрш.
Презерватив — тоже не сто процентная гарантия от инфекций! И вообще…
В общем, фу, ругаю себя, корю... с одной стороны.
С другой…
Я живу!
Живу совершенно невероятной, другой жизнью!
И мне шикарно в этой жизни! Я довольна! Я счастлива!
А всё остальное.
НУ, то есть проблемы, страхи, вопросы, ужасы... Пусть всё это остаётся в прошлом.
Я не принимаю их в свою новую жизнь.
Подругам решаю рассказать, когда уже точно узнаю, что всё со мной и малышом отлично и я буду рожать. Ну, собственно, я и собиралась. Но скрининг в моём возрасте вещь мега нужная и полезная.
Собираю моих девчонок не в любимом «Гвидоне», а в Чайковском, у Филармонии.
- Ленка, такая загадочная.
- Колись, выходишь замуж?
За того тайного поклонника?
Бровь поднимаю — какого поклонника? Я разве рассказывала? Когда успела?
- Нет-нет, замуж точно не выхожу. Это исключено. — говорю уверенно, хотя какой-то червячок сомнений во мне сидит и квакает, мол, не стоит раньше времени говорить «гоп». Ладно. Считаем, что я ничего такого не сказала.
- Лен, ну ты расскажешь?
- Вы прям накинулись. Расскажу! И покажу, и вообще… скоро у нас будетнастоящее гендер-пати!
- Что-что?.
- Погоди, это когда пол ребёнка узнают?
- Это ты не у Никитиной ли малолетки пол ребёнка будешь выяснять? — шокировано спрашивает Ленчик
- Лен, неужели Полина беременна?
- Ну, Полина, надеюсь, пока еще нет,а вот я…
- Что ты?
- Что?
- Боже, Яна, до тебя как до жирафа, - смеётся Ленчик, - Ясно ж всё! Ленка беременна! Ахах! — она смеётся, а потом так резко осекается, затыкаясь. — Ой!
Вот вам и «ой» развожу руками улыбаясь.
- Ленка!
- Ого.
- Мать, ну ты даешь!
- Кто счастливый папаша?
А вот это вопрос пока запретный.
Головой качаю, поднимая бокал с безалкогольной «Пина коладой».
- Давайте, девочки, выпьем за нас! За то, что мы с вами такие шикарные, молодые, красивые! Что у нас с вами еще вся жизнь впереди, и мы вполне может сейчас быть одновременно и мамами, и бабушками, иметь молодых любовников и жить полной жизнью!
Чокаемся весело, с криками ура. Вечер проводим волшебный — обед, концерт, потом ужин, обсуждаем детали будущего праздника, где мы узнаем пол моего ребенка, хотя я и так понимаю, что будет пацан. Мальчик. Вот чувствую и всё тут!
Утром еду на работу в шикарном настроении, пообедать решаю в небольшом ресторане неподалёку, он новый, все хвалят, а я еще не была.
Сижу за столиком с меню, когда замечаю, что ряжом кто-то остановился
- Лена?
28.
Я его не сразу узнала.
Среднего роста, с хорошей такой лысиной и с пузцом, вообще не герой романа.
У вас так бывает? С вами кто-то заговаривает, буквально так — Ленка, привет, как дела? Сто лет не виделись, чем занимаешься? А ты такая улыбаешься мило, о, привет, да я так, ну, всё тем же, а ты как? Несешь какую-то чушь, а в голове одна мысль — господи, кто ты? Откуда ты меня знаешь? Откуда я знаю тебя! Почему ты знаком со всей моей семьей до седьмого колена, а я в душе не «бубу» что ты за чудо?
И, главное, упущен момент, когда можно еще сказать, ой, простите, не узнала, без очков плохо вижу, после ковида потеряла память и глухая на оба уха.
Ты уже человеку дала понять, что в курсе кто он! И давать заднюю как-то совсем уж тупо, да? Да!
Поэтому ты пытаешься по фразам, по предложениям по именам понять — где ты пересекался в данным индивидом и почему твой мозг отказывается доставать его из омута памяти.
- А как мама?
- Да с мамой всё норм.
- А папа?
- Ты чё, Лен? Папу же мы лет десять как похоронили? — и капец. Человек понимает, что что-то тут не так. — Лена, все хорошо?
- Да, я просто перепутала, прости, хотела сказать, как дети.
- Какие дети? У меня нет детей, ты же знаешь?
И вот тут хочется заорать — конечно знаю! Я всё о тебе знаю, как и ты обо мне, только я ни хрена не понимаю кто ты такая, или такой!
Бывало у вас так?
И у меня бывало.
Поэтому теперь я не стесняюсь спросить сразу.
- Простите, мы знакомы?
- Ну ты даешь, Кузнецова. Неужели я так хреново сохранился?
НУ, что сказать? Правду? А и чёрт с ней!
- Если честно, то реально, хреново.
- Лена! — он забавно ржёт, - Нет, ты всегда у нас была...Зажигалкой, но сейчас…
Зажигалкой? Чёрт. Стоп. Это что-то очень и очень знакомое. И только один человек всегда звал меня так. Зажигалка.
Неужели? Господи…
- Солома, ты?
-Я.
- Божечкикошечки! — Встаю, улыбаюсь довольно, потому что этого человека встретить мне приятно.
Мой одноклассник, Сашка Соломин, мой друг мой товарищ, мой, даже