В своей речи Дж. Кеннеди использовал так называемый «новаторский дух», который столь популярен в американском фольклоре с момента основания нации. Это позволило ему вернуться к своей инаугурационной речи, когда он объявил миру: «Давайте вместе исследовать звезды».
На встрече с Никитой Хрущёвым, премьер-министром Советского Союза в июне 1961 года, Кеннеди предложил сделать высадку на Луну совместным проектом, но Хрущёв не принял это предложение.
Большинство работ, которые проводились в США по созданию новой космической техники, были рассекречены и широко рекламировались на каждом шагу, привлекая в число исследователей немало иностранных специалистов. В нашей стране эти работы продолжали оставаться максимально закрытыми, что и повышало их стоимость, и, в определённые моменты, связывало руки советским специалистам, и порождало недоверие как у американских специалистов, так и у политических лидеров.
Работая над этой книгой, я спросил у Герберта Александровича:
— А не были ли Владимиру Николаевичу или вам доставлены какие-нибудь специальные, агентурные сведения по «Сатурну»?
— А зачем? — отвечал Герберт Александрович. — Все эти работы были максимально открыты. Отчёты американцев по программе «Аполлон» были не просто печатными, но буквально были «рассеяны в пространстве».
Довелось мне видеть образцы американской техники и вживую: будучи на авиасалоне 1969 года в Ле-Бурже нам довелось пощупать руками и даже забраться внутрь американского возвращаемого модуля, побывавшего на Луне.
С нами были два космонавта — А. С. Елисеев и В. А. Шаталов. Их очень интересовала термоизоляция аппарата. Они внимательно присматривались к ней, даже, по-моему, пытались оторвать какие-то кусочки. Наконец американцы прямо спросили: «Вас интересует термоизоляция? В каких местах?»
Места были указаны, и они получили высверленные цилиндрическим сверлом из указанных мест кусочки обшивки со всеми её слоями».
Вспомним, какой положительный эффект произвело откровенное выступление И. В. Курчатова, посвящённое овладению термоядерной реакцией, в английском Харуэлле в 1956 году. Его лекцию положительно оценило большинство британских газет, а учёные Харуэлла по окончанию выступления устроили Курчатову овацию. Но для Советского Союза это было скорее исключение из правил. Всё было максимально закрыто.
В Советском Союзе за осуществление лунной программы боролись три КБ: ОКБ-1 Королёва, ОКБ-52 Челомея и ОКБ-586 Янгеля. Позднее в этой гонке остались только два участника — ОКБ-1 и ОКБ-52.
ОКБ-1 к тому времени уже сумело спроектировать и запустить на Луну несколько станций, ставших первыми в истории: 14 сентября 1959 года станция «Луна-2», запущенная посредством PH Р-7 достигла поверхности Луны в районе Моря Дождей и врезалась в неё со скоростью 3,3 километра в секунду. Станция несла два вымпела, выполненных в виде шаров из нержавеющей стали, каждый из которых был составлен из 72 пятиугольных сегментов.
К 7 октября 1959 года были получены первые снимки обратной стороны Луны с помощью станции «Луна-3», стартовавшей 4 октября, как и все остальные миссии программы «Луна», с Байконура. Станция весила 287 килограмм, и на ней уже была установлена полноценная система ориентации по Солнцу и Луне, обеспечивающая точность в 0,5 градуса при съёмке. Станция впервые использовала гравитационный манёвр. Историки освоения космоса отмечают, что следующий гравитационный манёвр выполнила только американская межпланетная автоматическая станция «Маринер-10», пролетая вблизи Венеры 5 февраля 1974 года.
Первой американской космической станцией, достигшей Луны, стала «Рэнджер-4», столкнувшаяся с Луной 23 апреля 1962 года. Первую съёмку Луны провела только станция «Рэнджер-7» во время падения на Луну 27 июля 1964 года.
Советская космическая станция «Луна-9» 3 февраля 1966 года впервые выполнила мягкую посадку на Луну. Станция массой 100 килограмм установила, что лунная поверхность твёрдая, на ней нет многометрового слоя пыли.
Американцы совершили мягкую посадку на Луну 30 мая 1966 года.
3 апреля 1966 года советская автоматическая межпланетная станция «Луна-10» стала первым в мире искусственным спутником Луны. Впервые были получены данные об общем химическом составе Луны по характеру гамма-излучения её поверхности. Станция сделала 460 витков вокруг Луны.
Первый американский искусственный спутник Луны встал на орбиту 10 августа 1966 года.
Когда американцы заявили о своих грандиозных планах по «лунной программе», то естественно, что В. Н. Челомей был заинтересован в том, чтобы посредством уже созданной ракеты УР-500К советский космонавт первым облетел Луну. Конечно, при этом ему хотелось выйти из тени, которую отбрасывал на него секретный характер работ, проводимых ЦКБМ.
30 июня 1965 года, в день своего рождения, Генеральный конструктор В. Н. Челомей подписал «Эскизный проект пилотируемого космического корабля для облёта Луны».
Проект лунного корабля должен был обеспечить прямое, без сборок на промежуточной орбите, выведение корабля на траекторию облёта Луны. Планировалось произвести 12 пусков без экипажа и до 10 пусков с экипажем. При беспилотных пусках планировались отработка систем корабля и исследование межпланетного и околоземного пространства, картографирование, медико-биологические исследования на растениях и животных, отработка управляемого, с использованием аэродинамического качества, входа в атмосферу и приземление в заданном районе.
Герберт Александрович вспоминает, как в проектном бюро ЦКБМ шли работы по созданию корабля ЛК: «Жизнеобеспечение человека — космонавта для осуществления пилотируемых пусков оказалось сложнейшей многогранной задачей, тем более что никакого опыта в ОКБ-52 в этом отношении не было. Пришлось связываться и работать и с КБ «Наука», возглавляемым Г. И. Ворониным; и с Государственным научно-исследовательским испытательным институтом авиационной и космической медицины; и с Г. И. Севериным — создателем катапультных кресел и систем аварийного спасения космонавтов, главным конструктором и директором завода № 918 (позднее НПО «Звезда»); и с начальником НИИ парашютно-десантной службы, конструктором парашютных систем Ф. Д. Ткачёвым, и с десятком других предприятий и КБ».
В итоге под руководством В. А. Поляченко был разработан эскизный проект космического корабля ЛК, был создан его полноразмерный дерево-металлический макет.
С. П. Королёв к этому времени уже приступил к проектированию колоссальной ракеты Н-1. К концу 1961 года эскизный проект сверхтяжёлой ракеты Н-1 был готов. В 1961–1962 годах отрабатывались отдельные агрегаты и их части, была определена основная конструктивно-компоновочная схема ракеты.
В процессе проектирования возникли серьёзные разногласия между С. П. Королёвым (решительно избравшим перспективную в будущем схему кислородно-керосиновых двигателей) и главным конструктором ОКБ-456 B. П. Глушко (предлагавшим использовать смеси тетраксида азота и несимметричного диметилгидразина). Валентин Петрович 10 ноября 1961 года направил личное письмо C. П. Королёву, указав, что уложиться в поставленный руководством срок с предложенным им вариантом двигателя будет значительно проще. Письмо заканчивалось словами:
«Имея известное Вам неоднократное, прямое, личное указание товарища Н. С. Хрущёва об ответственности ОКБ-456