— М-м. Не совсем понимаю, на что вы намекаете, но я сказал правду. Я не часто заговариваю с женщинами в барах отелей. Хотя, если они все такие, как вы, явно многое упускал.
Это уже второй комплимент всего за несколько минут. Я делаю еще глоток. Это правда происходит? Меня пытаются подцепить?
— Вы здесь остановились?
— Да.
Я издаю неопределенный звук, а мысли в голове бешено прокручивают варианты развития событий. Уже поздно. Если он попросит... что делать?
— Вы заглядываете слишком далеко вперед. Я это вижу, — Коул кивает на мой бокал. — Сделайте еще глоток. Мы просто беседуем.
— Пытаетесь меня споить?
— Нет, но думаю, что после такого вопроса вам не помешает немного «жидкой смелости», — в его глазах снова что-то мерцает, и это придает уверенности. Ему это нравится. И мне нравится — больше, чем что-либо за долгое-долгое время. Я так редко позволяла себе быть безрассудной. Хорошая дочь, хорошая сестра, хорошая сотрудница. Время от времени — хорошая девушка.
— Может быть, и не помешает, — произношу я вкрадчиво. Кажется, сегодня я примерила на себя другую роль. Играю женщину, за которой ухаживают и для которой это привычно. Женщину, которая без труда флиртует с красавцами в барах. Женщину, которая на многое осмеливается.
Мы проговорили почти до самого закрытия обо всем на свете, кроме нас самих, соблюдая границы анонимности и туманности, которые установили. Мы спорим о лучшем напитке в меню. О том, действительно ли блондинка с оливками наслаждается вечером или просто притворяется. Я превращаю в игру попытки угадать его профессию, что быстро перерастает в кокетство. Он отметает все мои предположения с кривой усмешкой, за исключением «астронавта». Это отвергает со смехом.
Гость за гостем покидают заведение, и мы наблюдаем, как пара средних лет уходит, держась за руки.
— Предложения не случилось, — констатирую я.
— Предательства тоже.
— Я все еще гадаю, не тревожно ли то, что ваш разум первым делом выдал такой вариант.
Он снова смеется и поднимает руку с пальцами без колец.
— Я не женат и не состою в отношениях.
— Фух, — выдыхаю я. — Какое облегчение.
— И вы тоже, — он кивает на мою руку, и я сама опускаю взгляд, обнаруживая пальцы привычно пустыми.
— Нет. Нет, ни в коем случае.
Он вскидывает бровь.
— Ни в коем случае? Как интересно.
— О?
— Большинство людей либо в браке, либо нет. Это не та вещь, которая измеряется по скользящей шкале, — его улыбка становится дразнящей. — Надо полагать, вы одиноки уже довольно давно?
Я закрываю лицо руками, издав преувеличенный стон, и он снова смеется. Теплая рука ложится на обнаженное предплечье.
— Ну же, в этом нет ничего постыдного.
Я смотрю на него из-под ресниц.
— Я тоже так думала, но если можете определить это с первого взгляда...
— Хм. Ну, возможно, я увидел то, что хотел увидеть, — большой палец движется по моей голой коже, посылая легкие электрические разряды по телу. Мне становится слишком жарко, будто бежала или загорала, пойманная глубиной его взгляда. И все это время палец продолжает двигаться, грубая кожа гладит мою руку.
— Я понимаю это, — шепчу я.
— Понимаете?
— Я тоже хотела, чтобы вы оказались свободны.
Его дыхание горячее.
— Что ж, посмотрите-ка. Мы оба удачно свободны от любых обязательств.
— И оба в этом большом, прекрасном отеле.
— Подумать только, — говорит он, снова криво улыбаясь. Могу ли я это сделать?
От ответа спасает приблизившийся бармен. Он бросает на Коула извиняющийся взгляд.
— Прошу прощения, сэр, но...
— Я понимаю, — Коул кивает бармену и встает, залпом допивая остатки виски. — Спасибо, что позволили задержаться.
— Без проблем.
Я поднимаюсь на негнущихся ногах, впервые замечая, насколько Коул выше. И этот покрой костюма, поджарое телосложение, мощные плечи... Во что я ввязалась?
— Что теперь будем делать? — спрашиваю я.
Он бросает на меня ироничный взгляд.
— Ну, это зависит от вас.
— От меня?
— Да. У меня здесь номер. Если хотите продолжить разговор, я буду только рад. Кроме того, у меня есть мини-бар. Я всегда мог бы намешать еще один «Олд-фэшн», если почувствуете жажду.
Это прямолинейное предложение, замаскированное под шутку. Я смеюсь, отводя взгляд, и использую паузу как шанс подумать. Смею ли я?
Его следующие слова решают все за меня.
— Я не тот козел, с которым вы говорили раньше. Если в какой-то момент захотите уйти — вы вольны это сделать. Если захотите, чтобы мы проболтали всю ночь напролет — только скажите, — его губы кривятся в улыбке, от которой внизу живота разливается жар. — Хотя, должен сказать, у вас, кажется, нет проблем с тем, чтобы говорить то, что думаете.
— Нет проблем, — я тянусь к его руке, и она крепко обхватывает мою. Кожа сухая, теплая и приятно грубая. — Ведите.
2
Скай
Четыре недели спустя...
— Мы словно в камере смертников, — говорит Карли. — Просто сидим и ждем, когда все случится. Скоро даже дату смерти назначат.
Я слезаю с маленькой стремянки и бросаю взгляд на стоящую у кассы подругу. Ее плечи поникли, глаза опущены, и выглядит так же, как я себя чувствую себя. Мрачно и безнадежно.
— До сих пор не могу с этим смириться, — произношу я.
— Я ценю твой оптимизм, Скай, правда ценю... но письма расставили все по местам.
— Чудеса случаются.
Она улыбается, но это скорее нежная улыбка человека, потакающего ребенку.
— Возможно.
Я переставляю стремянку из секции «H-L» в «L-P». Этот книжный — моя жизнь. Именно здесь проводила большую часть времени после школы, пока росла, и здесь же была моя первая работа. Сначала сортировала книги, в шестнадцать лет, а потом доросла до работы с оплатой.
И его снесут, чтобы кто-то мог построить отель?
Как будто Сиэтлу не хватает еще одной высотки для богатых и властных. Этот книжный простоял здесь десятилетие.
Мы с Карли обе плакали, когда получили первое письмо. Магазин находился на земле, арендованной у города, и они продали весь участок компании «Портер Девелопмент».
Потом я разозлилась. В подсобке распечатала логотип «Портер Девелопмент» и приколола его к старой мишени для дартса. Когда впервые протянула Карли горсть дротиков, она посмотрела на меня как на сумасшедшую.
— Ты это сделала?
— Да. Так поступают люди в кино, значит, в этом должна быть доля истины. Давай, бросай, — она покачала головой, глядя на меня, но в итоге мы обе попробовали, и в конце концов стало капельку легче при виде лощеного логотипа, пронзенного дротиками.
Сейчас полдень, и в книжном пусто, как