— Итак, скажите, — спрашивает репортер передо мной с отрепетированной улыбкой на лице, — в чем секрет вашего успеха?
В данный момент я не чувствую себя особенно успешным. Интервью, которое я даю, — необходимость, по словам пиар-команды, чтобы нейтрализовать кампанию по очернению, развернутую Беном и Еленой. И все потому, что я слишком много работал и упустил то, что было прямо под носом — лучшего друга и женщину, которую, как мне казалось, я любил. Работа, встающая на пути отношений; похоже, это повторяющаяся проблема в моей личной жизни.
Репортер прочищает горло. Я слишком долго тяну с ответом, очевидно, застряв мыслями в прошлом — в том, что случилось три года назад. В том, что случилось всего неделю назад в коридоре.
Я откидываюсь на спинку кресла и закидываю ногу на ногу.
— Что ж, если этот ответ и секрет, то он из тех, что лежат на поверхности. Упорный труд и удача. Оказаться в нужном месте в нужное время. Стучаться в двери, пока одна из них наконец не откроется, — я постукиваю рукой по колену, обдумывая более честный ответ. В голове звучат шутливые упреки Скай по поводу моих привилегий. — И что касается меня, то в начале мне определенно помогали. Семья меня поддерживала. Друзья меня поддерживали. Я окончил университет без долгов. И прекрасно сознаю, что другие предприниматели сталкиваются с трудностями, которых у меня не было.
Репортер вскидывает бровь, записывая это. Ответ, который будут препарировать. Разъяснять. Анализировать.
— И полезный деловой партнер? — спрашивает он. Позади него лицо Брайана каменеет от ярости; Тайра молча качает головой. Репортер отклоняется от сценария. Мы могли бы потребовать вычеркнуть это из протокола.
Я встречаюсь с ним взглядом, с бедолагой, которого послали брать интервью у человека, спавшего этой ночью три часа и которому плевать на интервью.
— Что ж, — говорю я правдиво, — он был полезен до тех пор, пока не перестал им быть. Мы захотели двигаться в разных направлениях.
Репортер охотно кивает, воодушевленный моим ответом.
— То есть вы бы сказали, что расставание было мирным?
Я вспоминаю последнюю встречу с Беном Симмонсом. «Пошел ты» было одной из последних фраз, что я произнес, если не изменяет память. Он тоже был в ярости. «Мудак! Ты думаешь, что знаешь все лучше остальных!».
— Достаточно мирным.
Он просматривает записи, тянет время. Мой тон не располагал к уточняющим вопросам, а его заранее проинструктировали, что вопросы о статье под запретом.
Но то, о чем он в итоге меня спрашивает, оказывается куда хуже.
— «Портер Девелопмент» скоро начнет строительство нового гостинично-жилого комплекса в Восточном Сиэтле, — говорит он, не замечая того, как пальцы сжимаются в кулак, в котором белеют костяшки. — Ради этого будет снесено несколько старых зданий. Каково ваше мнение о скептиках и протестах, возникших в ответ на это?
В голове только один образ.
Это Скай, ее прекрасные глаза, блестящие от невыплаканных слез. От того, что я наговорил — от того, как она ушла — тело сводит судорогой от стыда.
— Мне нечего сказать по поводу этого проекта.
Взгляд репортера перемещается с моих глаз на кулаки.
— Совсем ничего? Даже официального заявления?
— Нет. И никакого упоминания этого вопроса в статье тоже. Интервью окончено?
Он смотрит в блокнот.
— Что ж, если желаете... но у меня есть еще темы для обсуждения.
— Пришлите остальные вопросы по электронной почте. Благодарю за уделенное время, — я пожимаю руку сбитому с толку мужчине, прежде чем выйти из конференц-зала.
Брайан следует за мной.
— Сэр?
— Это не входило в список утвержденных тем.
— Не входило, — соглашается он. — Как и упоминание Бена Симмонса. Вы хорошо справились.
Я заставляю голос звучать мягче, хотя единственное, чего мне хочется — это наорать на него, на репортера. На самого себя.
— Не особо. Давайте начнем совещание по проекту раньше.
Он кивает, быстро печатая в телефоне, чтобы разослать соответствующие уведомления.
— Кстати, книжный магазин, входящий в проект в Восточном Сиэтле, только что прислал свои показатели. «Между страниц».
Вокруг сердца поселяется какой-то холод.
— И?
— Они убыточны. Я перепроверю цифры с бухгалтерией, но если они сами пришли к такому выводу, не сомневаюсь, что это правда, — в его голосе слышится нескрываемое ликование. — Отличная работа, сэр. Это порадует главных архитекторов.
Мне хочется его ударить.
Хочется ударить самого себя.
Десять минут спустя я сижу во главе очередного стола переговоров.
— Доложите обстановку, — говорю я, хотя на самом деле хочу бросить весь этот проект. Все, что я вижу — это Скай с болью в глазах.
Сэм, ведущий руководитель проекта, кивает.
— Учитывая последнюю информацию, снос начнется в следующий вторник. Начнем с того, что сровняем с землей весь участок. Это займет на несколько дней больше, чем обычно в проектах, так как хотим сохранить как можно больше существующих труб и канализационных систем.
— Умно, — говорит Габриэль, главный архитектор. Эти двое — убойная команда. Они спроектировали для меня «Наследие». — Хотя должна признаться, мне нравилось пробовать новые чертежи, чтобы вписать милый книжный магазинчик. Ну что ж, теперь делать этого не придется.
Сэм хмыкает.
— Это избавляет нас от строительного кошмара.
Все за столом кивают, и я ловлю себя на том, что киваю вместе с ними. Это здравое деловое решение. Я и раньше сносил здания. До встречи со Скай я бы даже не задумался об этом. А теперь ее нет в моей жизни. Это не должно иметь значения.
Заседание заканчивается обещанием собраться снова на следующей неделе.
— Я хочу присутствовать при начале сноса, — говорю я, пожимая руку Сэму.
Он широко ухмыляется.
— Можете сами нажать на кнопку, если хотите.
В животе что-то неприятно сжимается.
— Спасибо, но, думаю, предоставлю это профессионалам.
Остаток дня проходит в письмах, встречах и телефонных звонках. А еще нежелательном сообщеним от младшей сестры, на которое я понятия не имею, как отвечать.
Блэр Портер: Как там дела со Скай? Ты же понимаешь, что не можешь сначала познакомить меня с ней, а потом ВООБЩЕ ничего не рассказывать, ну же. Выкладывай последние новости, или я замучаю тебя до смерти в эти выходные. Это угроза, и я жду скорейшего повиновения.
Я знаю, она так и сделает. Будет донимать и засыпать вопросами, пока я не сдамся, как всегда и бывало.
Коул Портер: Я не веду переговоров с террористами.