Ну и отдельным абзацем они упомянули алхимию, что факт употребления Лабрисом ускоряющего зелья, фиксируемый по характерным симптомам (синяя пена, остаточный эфирный след в крови), в дуэльных поединках чести является грубейшим нарушением кодекса. Формально судья мог бы признать барона имеющим право на любые меры жёсткости. Но, как видим, старший лейтенант действовал в рамках общих ограничений — исключительно сталью и без использования магии, что важно для восприятия боя в войсках'.
А вот «Голубая роза», ну типа девичий журнал с претензией на психологию и романтику, — выдала разворот с твоей фотографией в профиль на фоне арены. а под снимком крупным шрифтом, «Горящие глаза охотника, вскормленного льдами Северной Пустоши…» 'В каждый век появляются люди, в которых сходятся ледяной северный ветер и горячая кровь бойца. Барон Увир — именно такой.
Взгляд, брошенный им на павшего противника, был не взглядом палача, но взглядом человека, исполняющего работу, возложенную на него обществом и долгом. И да, в этом взгляде присутствовало презрение, но не как поверженному, а к тому, как легко тот тратил чужие жизни.
Девицы, мечтающие о романтических вздохах под луной, вряд ли найдут с таким человеком общий язык. А вот те, кто понимают цену жизни и смерти, возможно, получат в нём опору'.
И даже прямо пишут: «Даже если у мужчины уже есть жена (или будет не одна), всегда остаётся место для близкой подруги. И в жизни офицера, тем более героя, таких подруг может быть много — и каждая будет по-своему права. Не стоит отказываться от попыток стать для него чем-то большим, чем просто поклонницей».
Девушка негромко фыркнула, а барона усмехнулся.
— Ну и в финале у нас «Затейник и затейница» — листок, тех кто в столице предпочитает нетрадиционные взгляды. У них все просто. «Ещё одна жертва армейской машины убийства» Текст, ожидаемо, наполнен ядом: 'Бычий взгляд кровавого мясника в мундире, привыкшего решать всё сталью, сегодня утолил жажду крови ещё одной невинной души. Чемпион, гордость королевства, чьи успехи на мировых аренах могли бы прославить нашу страну, пал от руки человека, для которого человеческая жизнь, лишь средство утоления кровавой жажды.
Мы желаем, чтобы все такие «герои» рано или поздно отправились в тот же ледяной ад, из которого они вылезли, и там столкнулись лицом к лицу с теми, чьи жизни они забрали. Но, увы, Общество, ослеплённое орденами, будет и дальше восхищаться этой грубой силой'.
В это время раздался звук телефонного сигнала, и она подхватившись подняла трубку.
— Секретарь господина барона Унгора. — Она выслушала что ей говорят, и прикрыв микрофон повернулась к Ардору. Банкирский дом Рангольд. Просят тебя найти для них время и посетить их главный офис.
— В течение часа? — Спросил барон, бросив взгляд на часы.
— Да. Они согласны.
— Поехали?
Лиара на секунду подвисла и резко придя в себя, кивнула.
— Я быстро.
Когда тяжёлые кованные ворота стали разъезжаться, Ардор вдруг подумал, что хорошо бы нанять ещё пару человек, чтобы следили за домом и если что служили охраной. Он повернулся к сидевшей рядом девушке, а та сразу кивнула.
— Двух трёх человек, можно ветеранов.
— Лиара, малышка. — Барон улыбнулся. — Ты золото. Мозг не выедаешь, выглядишь всегда на все сто, в любви весьма хороша, и о делах не забываешь, да и мысли просто читаешь.
— Ты просто очень громко думал. — Она негромко рассмеялась,
В банке их встретили в холле, и сразу проводили в специальные переговорные комнаты для особо важных клиентов, где заместитель управляющего положил перед ним запечатанный конверт.
— Пока вы знакомитесь с содержимым, я позволю себе удалиться, но буду рядом. — Он повернулся к Лиаре, сразу определив в ней секретаря. — Звонок на стене. — Он показал пальцем, и вышел через другую дверь.
Ардор взял в руки совсем тонкий конверт и вскрыл его кончиком ножа для бумаг лежавшего на столе.
'Если ты читаешь это, значит у тебя всё получилось, и имя нашего рода очистилось от грязи, нанесённой Лабрисом. В роду Таргор, были учёные, музыканты, военные и судьи, но такого бесчестья ещё не случалось.
К этому дню я готовился довольно долго и распродал всё что составляло основу финансовой мощи графства, оставив только жалованные земли, владения в столице и в герцогстве Кунар. Герцогство никому не должно, ему никто не должен, финансовые дела в полном порядке, а наследников нет как нет и брачных обязательств.
Да, ты всё правильно понял, и я предлагаю тебе принять корону графства. Если ты согласишься, то юристы впишут твоё имя в давно оформленный королевский указ, и ты станешь графом Таргор — Унгор. То есть ты сохранишь баронское достоинство своего рода и поднимешь его до графского, а детям можешь на выбор дать фамилию Таргор, Унгор или оставить двойную.
Решай сам. Мне не звони, меня уже нет. Дом и владение будут ждать твоего решения сутки начиная от этого часа. Через сутки оно будет продано, графская печать и регалии рода сданы в Королевское хранилище, а деньги распределены по благотворительным фондам Королевства.'
Лиара читавшая письмо через плечо Ардора, тихо, словно призрак отошла в угол и там замерла.
Отследивший её движение барон повернулся и вопросительно глянул на секретаря.
— Ты чего?
— Боюсь. — Честно ответила она. — Боюсь, что из-за каких-то внутренних правил, неизвестных мне вопросов чести, морали или ураганов что временами в тебе бушуют, ты откажешься от этого предложения.
А поскольку Ардор соображал быстро ещё в прошлой жизни, а в этой вообще просчитывал ситуации «на раз» то все доводы, приведённые Лиарой, сразу ушли в папку «струсил».
Воспитанный в обществе без подобных сложностей, он вообще не испытывал никакого пиетета перед титулами. Ну барон, ну граф… Это вообще, что? Звания — да. Звания они атрибут стройной и понятной системы армейских отношений. А титулы… фигня какая-то малопонятная.
— Но есть серьёзный довод «против» — Негромко произнёс он, задумчиво глянув на секретаря. — Как я буду смотреться графом командуя ротой?
— Не просто ротой, а ротой головорезов. — Девушка подняла указательный палец к небу. — Ну, да. Такого вроде бы ещё не случалось. Но ты станешь первым. — Она пожала