— Эм… Лорд Индарэш, — начала говорить я мягко, старательно подбирая слова. — Понимаете… Во сне… летают только те, кто растет. Ну, например, дети. А я не ребенок и давно перестала расти. Поэтому нет, не летаю.
Под пристальным взглядом лорда я стушевалась и начала нервно теребить цветы.
— Кирьяна, я знаю, что ты давно уже не ребенок, — хрипло произнес Селестин. — Я спрашивал о другом, и ты прекрасно меня поняла.
Сказал и замолчал, сверля своими невероятными, сапфировыми, глазами.
Ну и чего добивается? Я не собиралась сдаваться и говорить правду, даже ради его красивых глаз. Просто нутром чувствовала, что рассказывать про свои полёты во сне не стоит. Не та это информация, которой стоит делиться, тем более с Селестином.
Опустив голову, я теребила ни в чем не повинные гортензии и продолжала играть в молчанку. Лорд тоже не говорил, лишь сидел как каменное изваяние и сканировал меня, словно пытался увидеть внутри меня то, что указало бы на мою летательность.
Наконец мне это надоело и, не выдержав, я тихо поинтересовалась:
— Лорд Индарэш, а с вами все хорошо?.. Вы какой-то странный.
— Нет, — сказал, как отрезал лорд.
«Что, нет⁈ — возмутилась я про себя. — Нет — значит, ему плохо, или нет — значит, он не странный? Как понять этого мужчину?»
Вздохнув, я примирительно улыбнулась и с надеждой спросила:
— Так может, к целителям?.. Провериться там ну…
— Кирьяна, — перебивая, зло прорычал лорд. — Зачем мне к целителям⁈ Я прекрасно себя чувствую!
С Селестина слетело все надменное спокойствие. Он резко сел и гневно посмотрел на меня.
«Ну да, ну да… Вижу я как ты прекрасно себя чувствуешь. Психуешь больше обычного. И рычишь… Кроме того, все психи всегда утверждают, что они нормальные», — подумала и заулыбалась с ещё большей участливостью.
— Лорд Индарэш, а давайте мы вместе сходим.
— Куда? — не понял Селестин.
— К целителям. Вместе веселее и не так страшно. Честно, честно. Я проверяла. — Самозабвенно вещала я, не переставая улыбаться.
Только Селестин моего предложения и энтузиазма не оценил. Лорд на глазах мрачнел и зверел. А меня его перепады настроения начинали очень беспокоить.
— Кира, ты меня сейчас специально провоцируешь? — прорычал лорд, и зрачок его глаза вертикально вытянулся, а на скулах проступила чешуя.
— Ну что вы лорд Индарэш, я о вас забочусь, — наклонив голову набок, внимательно рассматривала лорда, вспоминая каким он предстал передо мной на полигоне. — Вдруг у вас повреждения отложенного действия? Что я буду делать, если вы в обморок сейчас упадёте? Нельзя так халатно относиться к собственному здоровью.
От моего предположения у Селестина натурально так дернулся глаз. Я отчетливо услышала скрежет зубов. А следом рука трансформировалась в когтистую лапу, покрытую чешуёй.
Мне захотелось позорно сползти с кровати и спрятаться за нею. Лишь бы подальше от такого Селестина.
«Кажется, меня и саму по голове пламя хорошо приложило, раз я так себя веду с Селестином».
Не знаю чем бы закончилось наше странное общение, но в палату, стуча каблучками, влетела миссис Алана. Заметив Селестина, пышущего яростью, словно дракон, у которого отобрали годовой золотой запас, целительница на мгновение замерла, а потом произнесла строгим голосом:
— Лорд Индарэш, пациентке нужен покой и сон. Или вы желаете, чтобы она еще один выброс стихийной магии огня тут устроила? Так вот, я против! И это я не говорю, что для девушки это крайне опасно.
— Миссис Алана, как лорд ректор этого учреждения…
— Не имеете никакой власти в целительском корпусе, — со сталью в голосе произнесла миссис Алана. — А потому, извольте покинуть палату и не возвращаться до тех пор, пока не научитесь держать эмоции под контролем.
— Я с-с-спокоен, — прошипел Селестин.
— Серьезно? — подбоченилась целительница и строго произнесла. — А частичная трансформация мне сейчас мерещится? Лорд Индарэш, прекратите доводить и пугать своим видом мою пациентку!
— Да эта ваша пациентка сама кого хочешь доведет! — рыкнул лорд, окинув меня яростным взглядом.
А мне стало обидно. Так жалко себя маленькую. На которую рычат по поводу и без. И вообще, у меня магия проснулась, а меня никто не поздравляет. В глазах защипало. Наклонив голову, я всхлипнула, ощущая, как по щекам ручьём побежали предательские слёзы.
— Ну вот, лорд Индарэш, вы расстроили девушку, — бросилась меня утешать миссис Алана.
— Кирьяна! Заноза ты невыносимая! Ты с ума меня сведешь! — рыкнул лорд, и грозовым ураганом вылетел из палаты, хлопнув дверью так, что чуть стекла не повылетали.
А я разрыдалась пуще прежнего.
Глава 5
Кира
Не знаю, что на меня нашло, но, уткнувшись в плечо целительницы, я рыдала так, как никогда не ревела ни в этом мире, ни в прошлой жизни на Земле.
— Ну, ну, девонька, все хорошо, — гладила меня по спине миссис Алана. — Давай я тебе сейчас травяной отварчик дам? Это все откат от магического выброса. Все скоро пройдет. Ну что, будем пить?
Я согласно закивала и сильнее вцепилась в целительницу, не желая её отпускать. Миссис Алане пришлось ещё какое-то время меня поуговаривать, прежде чем я её отпустила.
«Вот что со мной? Никогда не была плаксой, а тут реву как девица в нестабильный гормональный период».
— Это все из-за выброса магии, Кирьяна, — словно прочитала мои мысли миссис Алана. — Пропустить через себя такой колоссальный магический поток и остаться не только живой, но и в здравом уме и твердой памяти не каждому под силу. Тебе невероятно повезло.
На этих словах я сделала стойку и вопросительно уставилась на целительницу. Она сунула мне в руки обжигающую ладони керамическую кружку и, правильно расценив мой взгляд, принялась пояснять:
— Мисс-с-сис Алана, — протянула я, не зная, как бы узнать поподробнее об происшествии, раз Селестин ушел, в прямом смысле этого слова, от ответа. — Не знаю говорили ли вам, но… у меня амнезия. Поэтому я не знаю насколько мой ум тверд и здрав. Да и не уверена, что помню, что произошло тогда на полигоне. А лорд ректор молчит или рычит на меня.
Вздохнув, опустила взгляд на кружку с темным отваром, ощущая, как к глазам опять подступают слезы. Если честно, это слезотечение уже подбешивало. Поэтому, стремясь отвлечься, я сделала глоток горячего, но не обжигающего отвара, пахнущего мятой, лимоном и ромашкой.
— Я знаю про твою потерю памяти, Кирьяна. Мне прислали все документы о твоем лечении из Королевского госпиталя. —