— А магия? — робко спросила я. — Что стало с моей магией после такого выброса?
Этот вопрос меня очень волновал. Все же я наконец-то обрела долгожданную магию, и не хотелось бы её сразу же лишиться. Ведь я после того, как очнулась, не ощущала в себе никакой магии, и эта пустота заставляла нервничать. Магия для меня, девушки из немагического мира, была сродни чуду, и терять это чудо я не желала.
— Все нормально с твоей магией, Кирьяна. Проблема лишь с самоконтролем. Ты резко обрела слишком большую мощь, а контролировать её не умеешь. Потоки магии в твоем теле не стабильные, именно поэтому у тебя такие перепады настроения. Кстати, по этой же причине на твоих руках пока будут браслеты-блокираторы, — указала на украшение на моих руках целительница. — Магия в первое время очень сильно подвластна настроению. И любые его перепады могут спровоцировать новый приступ.
Ну да, любые приступы, это плохо. Тут даже не нужно быть гением, чтобы это понять.
— Я из-за этого провалялась всю неделю без сознания?
— Да, Кирьяна, именно поэтому. Ты еще на удивление очень быстро пришла в себя. Можно сказать, тебе опять повезло. Прошлый маг, пропустивший через себя такой поток магии, пробыл в беспамятстве полгода, а потом все же умер.
Услышанное поразило меня. Оказывается, магия способна убить своего носителя. Как-то о таком развитии событий я не задумывалась до этого момента. Поежившись, я спросила:
— А из-за чего он умер?
— Из-за интоксикации магией. Она, пока он был в беспамятстве, продолжала накапливаться в бедолаге. Извлечь её из него, в отличие от тебя, не получилось. Маг сгорел от переизбытка магии так и не придя в себя. Так что тебе опять повезло, Кирьяна, ты отлично скидываешь излишки магии в накопители браслетов.
Я озадаченно посмотрела на кристаллы. Получается, мне не показалось тогда, что внутри украшавших браслет камней бесилось пламя. Осторожно я погладила на удивление холодный и полыхающий алым кристалл.
Это требовалось обдумать. Из рассказа миссис Аланы выходило, что магии во мне столько, что я, или моя магия, стали опасны для окружающих. Именно поэтому меня обраслетили. И теперь я, имея очень большой потенциал, кажется, не смогу пользоваться магией. Или все же смогу?
— Миссис Алана, а эти браслеты, получается, блокируют мою магию. Так? — спросила и, дождавшись кивка целительницы, продолжила, с усилием сдерживая недовольство. — Но как я научусь тогда справляться с магией, если она во мне заблокирована?
— Так у тебя будут дополнительные занятия по контролю магии, — пояснила целительница. — Слышала, что ректор приказал приготовить для этого огнеупорный зал. Так что не расстраивайся, Кирьяна, научишься управлять стихией, и мы с тебя снимем браслеты. Ну а пока от их ношения всем одна сплошная польза.
— Это какая? — нахмурилась я, не понимая, о чем говорит целительница.
— Кристаллы поглощают из твоего тела излишки магии, и ты не травишься. Ну а в дальнейшем такие кристаллы смогут спасти кому-то огневому жизнь.
Мне отчего-то вспомнился раненый герцог Кертерский. Перед глазами промелькнул его образ уже на полигоне и то, как он закрыл собой маркизу. А ведь не закрой он собой Мариэлу я её вполне могла тогда сжечь в том состоянии. Как-то резко поплохело от осознания, что могло произойти. Но не произошло.
Сглотнув, я хрипло поинтересовалась у целительницы.
— А там… на полигоне никто… никто не пострадал?
— Ну как сказать, — сообщила миссис Алана, но, увидев, как я бледнею и у меня вытягивается лицо, быстро заверила. — Все остались живы. Кое-кому подпалило одежду. Единственный, кому досталось сильнее всего, был Жан-Эмиль герцог Кертерский. Но ему повезло, что ты его вообще не сожгла. Ну а ожоги на шее мы ему за три дня вылечили.
Да уж, с таким раскладом мне действительно лучше носить браслеты и служить зарядкой для местных накопителей-батареек, чем вредить окружающим.
Тяжко вздохнув, я погладила значительно помятые гортензии и попросила миссис Алану:
— Можете поставить цветы в вазу? А то я их скоро совсем растерзаю.
— Хм… — задумчиво произнесла целительница, а я вновь напряглась.
— Что-то не так?
— Да нет, все так, — чуть улыбнулась миссис Алана. — Просто это первые цветы, которые лорд Индарэш оставил в вашей палате.
— А что, были и другие? — после минуты осознавания, спросила я.
— Конечно, — кивнула целительница. — Вас каждый день заваливали цветами ваши друзья. Но лорд ректор строго настрого запретил превращать палату в филиал цветочного магазина. И я с ним в этом согласна. Но, думаю, от одного букета ничего не случится.
Миссис Алана вышла за вазой, а я недобро прищурилась на ни в чем неповинный букет от Селестина.
— Значит, запретили цветы от друзей, лорд ректор, — зло прошипела, смотря в пространство перед собой.
«Это война, лорд! Ваши собственнические замашки меня порядком достали!»
Глава 6
Кира
Как же я была зла. Даже не так, я была очень зла на собственнические замашки лорда. Селестин считал, что вправе решать все за меня. Пользуясь своим положением, он дозволял или запрещал мне то, что считал приемлемым для себя, в отношении ко мне других. Это бесило.
А ещё, неожиданно четко я поняла, что теперь он меня не отпустит. Впрочем, меня и раньше не хотели отпускать, ну а теперь и подавно. Ни тогда, когда во мне открылся и стал общественным достоянием такой мощный дар огня.
Из ранее прочитанных мной книг про магию — ещё когда готовила реферат для Селестина по заданной теме — я поняла, что с ней, с магией, в этом мире последние две тысячи лет полная беда. Она стремительно угасала. Притом, подлинную причину ухода магии из мира местные ученые умы так и не выяснили. Были теории и гипотезы одна другой краше и страшнее, начиная от той, что в Нурхадаре появилась брешь в мировой канве, и в неё утекала магия, и заканчивая посланным на этот мир проклятием проигравших в войне богов.
Сложно было поверить в такие теории. Слишком уж они были фантастическими. Ну или я до сих пор слишком дитя своего мира. Но одно я знала точно — появление огненного элементаля в моем лице всколыхнет весь этот мир. Мир, так нуждающийся в сильной магии и получивший её частично во мне. И уже было не важно, что я иномирянка, и мне