Много столетий следование этому договору поддерживал мир в Нурхадаре. Но со временем начали появляться недовольные, которые умудрились найти лазейки в «Акте об иномирянах» и получать себе желаемое. Например, можно было влюбить девушку в себя, заполучить от неё детей, а потом при помощи специального зелья стереть ей полностью память и отдать как инкубатор другому желающему. Правда, тут был один существенный минус: после стирания памяти девушки не помнили прошлой жизни и не могли поделиться знаниями другого мира. Зато сильных детей рожали исправно.
Именно из-за тех лазеек и начались недовольные брожения в умах. Желание получить безграничную силу в собственный род толкала некоторых мужчин на просто чудовищные поступки. Правда, помня кровавую историю и прошлое вмешательство богов, сейчас действовали более тонко.
Зажав себе от ужаса рот, я лихорадочно читала текст научного трактата «О влиянии иномирян на магический фон Нурхадара». Глаза бегали по написанному, мозг отстраненно фиксировал информацию, а сердце бешено колотилось. Хорошо, что я уже сидела, а то бы рухнула на пол от таких новостей.
«…Также было установлено, что у иномирян появляются очень сильные, магически одарённые дети. Более того, они единственные из всех рас ныне живущих в Нурхадаре, способны зачать, выносить и родить полноценного дракона. Особенно если иномирянка окажется истинной парой для дракона. Именно поэтому иномирянки так ценны…»
Я читала и не верила написанному. Получалось, что мы, попаданки, очень ценный ресурс. Как нас еще на детоксы не распилили? Хотя на такое расточительство никто не пошёл бы, куда лучше запереть в замке и делать детей каждый год. Кстати, ещё я вычитала, что особо обиженные и обделенные драконы требовали ещё и сдавать им иномирянок во временное пользование для продления их драконьего рода.
Бр-р-р…
Меня передернуло от отвращения, когда я представила договор аренды на попаданку. Согласно этому договору сама женщина не требовалась на постоянной основе, только дитя, которое потом безжалостно отбирали у несчастной матери. Не удивительно, что некоторые иномирные женщины предпочитали такой судьбе собственную смерть.
— Какое счастье, что эти твари вымерли как наши динозавры, — прошептала я и захлопнула мерзкий трактат, брезгливо отодвинув его от себя. — Не хотела бы я встретиться даже с одним таким гадом.
Вздохнула и уставилась в окно, за которым, кружась, падали оранжево-красные листья. Ситуация всё больше и больше усложнялась, мало мне было непристойных предложений лорда Индарэш Селестина, так ещё и эта подстава.
— Теперь мне точно нужно скрывать своё происхождение. Если узнают правду…
— Правду о чем, адептка Астон? — прозвучал за моей спиной голос лорда ректора, и я вздрогнула.
От испуга слишком резко обернулась и случайно задела рукой книгу. Та слетела со стола и шлепнулась прямо под ноги Селестина. Он наклонился, подобрал трактат, покрутил в руках и с удивлением посмотрел на меня.
— И как это понимать, адептка?
Лорд ректор ждал ответа, а я стояла, кусала губы и понимала, кажется, я попала. Ведь промолчать не получится, а говорить правду ни в коем случае нельзя.
— Ну… понимаете, лорд Индарэш… — начала мямлить я.
— Адептка Астон, этот трактат написан на давно забытом древнедраконьем. Его никто не может прочесть, — холодно произнес лорд ректор. Он посмотрел на меня с прищуром и мрачно произнес. — Кирьяна, что ещё ты от меня скрываешь?
И только тут до меня дошёл смысл сказанного.
«Я что, смогла прочесть книгу на утраченном древнем языке?.. Ой, мама… Теперь мне точно хана!»
Глава 102
Кира
Селестин сверлил меня пристальным, немигающим взглядом, а я, сжав руки в кулаки, стояла и упорно молчала. Во-первых, я не знала, что сказать, а во-вторых, я не хотела ничего говорить. Повисшая вокруг нас звенящая тишина, угнетала, заставляя нервничать ещё сильнее.
— Кирьяна, так как это понимать? — Селестин поднял на уровне моих глаз книгу и помахал ею в воздухе.
— Ну… Это книга. — На большее меня не хватило.
От моего «откровения» брови Селестина удивленно взлетели вверх, а я вздохнула и потупилась. Решила, что лучше буду молчать. В моей нынешней ситуации это самое правильное решение. А то ляпну что-нибудь не то. Особенно после столь занимательной истории про иномирян.
Я покосилась на древний фолиант, как на ядовитую змею, и плотнее поджала губы. Не собиралась я признаваться, что читала эту книгу. Если что, то скажу, что хотела почитать, но не смогла. А то, если признаюсь, вдруг потребуют пересказать содержимое, а я не хочу. Не хочу возрождать и предавать огласке те знания, что содержит эта древняя книга. Не все знания полезны.
— Понятно. Значит, решила молчать, — сделал правильный вывод Селестин. — Откуда книга?
Я молча ткнула на нижнюю полку крайне-левого стеллажа.
Селестин кивнул, положил на стол древний фолиант, а сам направился к стеллажу. Нагнулся, взял стопку книг и притащил её на стол, поставив стопкой. Через три минуты все книги с нижней полки и полки над ней перекочевали на стол.
С недоумением и любопытством я наблюдала за действиями лорда. А он рассматривал книги, перебирал их, перекладывая с места на место. Иногда он открывал книгу, вчитывался и, хмыкнув, закрывал.
— Что тут написано? — неожиданно спросил Селестин, не поднимая на меня взгляда.
От внезапно заданного вопроса я вздрогнула. Вчиталась в четкие буквы названия на обложке и раньше, чем подумала, произнесла:
— Мифы и легенды оборотней северных земель.
— Прекрасно. А это? — мне показали следующую старую книгу.
— Расцвет Великой империи Бархары.
— Замечательно. — Книгу убрали, а вместо неё показали новую.
— Брачные традиции огненных демонов.
— Отлично. Что тут написано?
— Знаки Экцтока. Значение и применение в ритуалистике, — вновь прочитала я странное название и, не выдержав, недоуменно спросила. — Лорд Индарэш, а для чего всё это? Зачем мне зачитывать названия книг?
— А за тем, моя загадочная заноза, что все эти книги написаны на древних, забытых языках. Это оригиналы.
Моё сердце пропустило удар. Я еще не осознала масштаб катастрофы, но интуитивно ощущала несущееся на меня цунами, грозящее подмять меня и уволочь на самое дно бездны. Пошатнулась, но со всей силы вцепилась в край столешницы.
— Это древнерунический текст. — Селестин поднял книгу о мифах, продолжая методично уничтожать мою выдержку. — Это записи обычаев, обрядов и