– Какая прелесть… – Он поморщился, укладывая его на траву. – Как думаешь, убитого или убийцы аппаратик?
– Посмотрим, что скажет экспертиза, удастся ли оживить телефон.
Тогда
Три месяца назад
Глава 8
Шесть минут до звонка с урока.
Алиса, не отрывая взгляда, смотрит на стрелку часов – та движется слишком медленно, будто издевается над ней.
– Осипова, ты дописала? Значит, сдавай.
Математичка, Софья Антоновна, которую ученики неизменно называли Софьей, выжидающе смотрела на ученицу. Алиса, виновато вздохнув подруге, сидевшей за соседней партой, поднялась, прошла к учительскому столу и положила на край клетчатый листок. Математичка ногтем, будто опасаясь оставить на бумаге свои отпечатки, придвинула листок к себе, посмотрела поверх очков.
– Что? – не выдержала та. – Все правильно, я три раза перепроверила.
– По-твоему, в задаче ошибка? – Софья стянула очки с носа и бросила их на стол.
Класс притих. Оно и понятно: ошибка в задаче – это верный способ не засчитывать самостоятельную. Парни на задних партах зашуршали шпаргалками, Софья рявкнула:
– Я все вижу! Максимов, Брянцев! Вас касается… Ну, Осипова, что ты скажешь в свое оправдание?
Она снова уставилась на ученицу. Алиса закусила губу, хотелось скорее выбраться в коридор, подойти к распахнутому окну и проораться. Девочка сжала челюсти, отсчитала до пяти. Помогло.
– Софья Антоновна, может, опечатка. Вы посмотрите внимательно, если оставить все как есть, то скорость самолета станет отрицательной. Нет, ну такое возможно, в фантастических книжках, мне как-то такое попалось. Но там была совсем другая физика мира. – Класс за спиной захихикал. Алиса поняла, надо быстрее заканчивать и бежать. – Я тремя способами решала, в том числе через дискриминант и систему уравнений…
– Молчать! – из класса будто в один момент вышибли воздух, смешки схлопнулись, одноклассники вжали головы в плечи и уткнулись в клетчатые листки: Софью злить никто не хотел, последняя неделя четверти.
Математичка поднялась из-за стола. Взяла листок с решенной Алисой самостоятельной и медленно, наслаждаясь звуком, разорвала его. Не отпуская онемевшую Алису взглядом, отправила клочки в мусорное ведро.
– Если ты такая умная, то сможешь написать заново. После звонка задержишься.
– Но…
– Или поставлю «неуд» с утяжелением. Дело твое.
Алиса почувствовала, как начинают полыхать щеки, а в горле застревает едкий ком. Софья смотрела с издевкой и ждала, что ученица вспылит – о вспыльчивости Осиповой на уроках математики в школе уже ходили легенды.
Алиса на этот раз сдержалась. Поправив сумку на плече, она пулей вырвалась из кабинета, хлопнув дверью так, что за спиной, посылая ей проклятия, посыпалась штукатурка. И уже в коридоре, не заботясь о том, что про нее подумают, заорала. Коротко, хрипло, во все горло. Будто кто-то по живому резал ей жилы.
– А-а-а!
Из соседнего кабинета выглянула физичка, Ирма Олеговна.
– Осипова, ты в своем уме? – закатив глаза, прикрыла за собой дверь.
Алиса мчалась по коридору – к лестнице. Кубарем скатилась вниз, едва не снеся малолеток из шестого. Выбежала на крыльцо.
Из школьных окон трелью разлетался звонок с урока, шумели ученики, хлопали стульями и дверями, топали счастливыми ногами и торопливо бежали навстречу весне.
– Ты как, Алис?
Рядом появилась Нонна, присела на поручень, внимательно вглядываясь в профиль подруги.
– Нормально.
Алиса проглотила нецензурное то, как ей сейчас на самом деле – Нотка-то ни при чем.
Подруга посмотрела на нее с настороженным восторгом:
– Далась тебе твоя принципиальность, знаешь же, что Софья тебя терпеть не может, а выделываешься.
– Я не выделываюсь.
Нотка фыркнула. Алиса глянула на нее строго, но промолчала, присела рядом. Ноткой Нонну Авакян прозвали еще в младших классах – имя одноклассникам слишком странным показалось, будто доисторическим, да и вечно выпадавшие из портфеля нотные тетради и скрипичные партитуры подсказывали очевидное прозвище. Нонна не обижалась. В глубине души, рисуя себе будущее великой скрипачки, она уже писала на афишах звучное «Нотка Авакян».
– Подождать тебя? – Нотка с сочувствием смотрела на подругу, которой предстоял тета-тет с математичкой и классухой, да еще и после такого феерического выхода из класса. – Ты там портрет разбила.
Алиса не выдержала – выругалась.
– Какой?
– Гаусса, конечно.
Это была совсем плохая новость – математичка от Гаусса буквально плыла, а его портрет заказывала у настоящего художника. С тех пор на видном месте у двери висел карандашный портрет великого математика, а сама Софья нет-нет, да и обращалась к нему в стиле «а что бы на вашем месте Карл Гебхардович сказал?».
– Хреново… – Алиса поднялась. – Ладно, пошла я.
– Так тебя подождать?!
Алиса покачала головой:
– Не надо. Она может и на час задержать. Ты же знаешь.
Нотка знала, потому, вздохнув, устроилась удобнее и приготовилась ждать подругу, наблюдая, как говорливыми ручейками разбегаются от школы ученики, а пацаны-семиклассники, побросав портфели и куртки, выпросили у физрука мяч и теперь пинают его, галдя на весь двор лужеными глотками.
* * *
Алиса поднялась на второй этаж. Остановилась на лестничной клетке. Говорят, перед смертью не надышишься. Но она хотя бы попытается. Подождав пару мгновений, шагнула в коридор.
Каблуки глухо стучали по паркету. Где-то внизу хлопнула дверь, пропуская по зданию круглое, будто колобок, эхо.
– Осипова, это что сейчас было?
Ирма Олеговна, заметив ее, поманила в кабинет физики. Алиса, с тоской взглянув на классную комнату:
– Извините.
Физичка поднялась, подошла к распахнутой двери. Скрестив руки на груди, смерила Алису взглядом.
– «Извини» после твоего воя на болотах маловато будет. – Она кивнула в сторону кабинета математики. – Ты к Софье Антоновне идешь?
Алиса опустила голову. Из-под ресниц вырвалась предательская слеза, покатилась по щеке и тут же скользнула к носу. Пришлось ее торопливо стереть и шмыгнуть. Физичка вздохнула.
– Ладно, иди…
Алиса двинулась по коридору, отчетливо ощущая пристальное внимание Ирмы между своих лопаток. Обернулась:
– Извините…
Та отмахнулась и закрыла за собой кабинет, оставив Алису один на один со своим нехорошим предчувствием. Она подошла к кабинету математики, еще раз глубоко вздохнув, дернула на себя ручку.
Кабинет оказался заперт.
Глава 9
Алиса занималась самым бесполезным в мире занятием – разглядывала редкие облака. Тонкие, будто перышки или вуаль невесты, они едва серебрили небесную лазурь. Одно напоминало томившуюся в неге восточную красавицу – ее чадра, скользнув с головы, струилась по воздушной реке, не цепляясь за кроны деревьев. Другое – заснувшего на солнышке кота, Алиса даже увидела его усы.
В кармане рюкзака пискнул мобильный. Алиса достала проверить – Нотка: «Ты скоро?».
Алиса быстро набрала сообщение: «Я же сказала, не жди меня, – разгневанный смайлик. – Софья куда-то ушла, еще не явилась. Так что казнь пока на паузе.»
Нотка прислала смайлик «рука-лицо».
Алиса сунула телефон в карман, устало опустилась по