Император усмехнулся. Уголок его неповрежденной губы дрогнул в подобии улыбки, полной боли и презрения. Эта улыбка была опаснее клинка.
— Я думал, что ты хотя бы поблагодаришь меня за милость, — он выпрямился, и его тень снова накрыла меня целиком, лишая воздуха. — За смерть этих людей ты отделалась очень дешево, императрица!
Он выпрямился. Резко повернулся ко мне спиной. Движение было стремительным, хищным.
Кто-то из придворных бросился вперед, подавая ему платок. Император отмахнулся от платка, словно от назойливой мухи.
— Магов! — прогремел его голос, когда он смотрел на окровавленные платья, на стонущих людей, вокруг которых столпились другие. — Пусть окажут помощь раненым!
На секунду император остановил взгляд на мне. В этом взгляде не было жалости. Только приговор.
— Увести!
Он махнул рукой. Император сжал челюсти, будто пытаясь подавить что-то, кроме гнева.
Стражники рывком подняли меня. Ноги подкосились, но грубая сила не дала упасть. Меня поволокли прочь от алтаря, прочь от него.
Все присутствующие в зале смотрели с ужасом, осуждением. Испачканные и измятые люди с бледными лицами расступались передо мной, а я почувствовала себя неуютно под перекрестным огнем стольких осуждающих взглядов.
— Будьте человеком… Выслушайте меня! — взвизгнула я, испугавшись не на шутку.
Голос сорвался на фальцет.
— Здесь нет людей. Есть только закон. И я — его голос, — ледяной голос императора заставил меня вжать голову в плечи, ожидая удара.
— Ваше величество, разрешите посмотреть… — донеслось громкое за спиной.
Я не выдержала и обернулась, но стражник тут же толкнул меня вперед так, что я чуть не потеряла равновесие.
— О, боги! — в голосе мага слышался ужас. — Простите… Мы, конечно, попробуем… Но, боюсь, что…
С моей головы что-то упало. Красивая золотая диадема слетела на пол.
Я вздрогнула, когда один из стражников пнул ее ногой в железном сапоге. Золото звякнуло о камень, звук был чистым и печальным. Другой наступил на мою белоснежную фату, оставляя грязный след на тонкой ткани.
Я оборачивалась, пока могла, пока император не исчез из виду. Последнее, что я увидела, как маги в серебряных мантиях суетятся вокруг императора, как он снова зажимает лицо рукой, как его плечи напрягаются, сдерживая боль. Он сидел на роскошном троне и смотрел на меня.
На мгновенье наши взгляды встретились. В его глазах вспыхнул огонь. И тут же его заслонила толпа магов.
Меня тащили по длинному коридору, стены которого будто сжимались.
— Живее! Пошевеливайся! — слышался грубый голос.
Меня тащили по незнакомому роскошному дворцу. Любопытные люди смотрели на меня, на мое платье в крови. А я в панике не понимала, куда меня тащат. Воздух становился все холоднее.
Длинная лестница привела к массивной двери с огромным засовом. Камень был влажным, пахло сыростью и вековой пылью.
Со скрипом засов отодвинулся, звук металла о металл резанул по нервам. Меня втолкнули в открытую дверь, в темноту, как толкают пленницу на съедение чудовищу.
Дверь башни захлопнулась с грохотом, отсекающим меня от мира.
— Теперь это ваши вечные покои, императрица! — голос стражника эхом отразился от стен и затих.
Тишина давила на уши, звенела в голове. Я осталась одна. В темноте. В холоде.
И вдруг — шёпот прямо над ухом. Холодное дыхание коснулось шеи, вызывая мурашки.
«Добро пожаловать в нашу скромную обитель…»
Я взвизгнула и обернулась, сердце готово было выпрыгнуть из груди.
В башне, кроме меня, никого не было. Только тени шевелились в углах. Но я чувствовала на себе чей-то взгляд.
Глава 2
— Кто здесь? — прошептала я, обнимая себя двумя руками, словно пытаясь уберечь себя от невидимой опасности. — Кто это сказал?!
Пальцы дрожали, касаясь ткани платья. Она была жесткой от засохшей крови. Чужой крови. Или уже моей?
Тишина.
Воздух в башне был не просто холодным. Он был... мёртвым. Как будто время здесь остановилось, и даже пыль боялась шевельнуться. Но сквозь запах сырости и вековой пыли пробивался другой аромат. Тонкий, въевшийся в кожу. Запах императора. Или теперь он чудился мне везде?
Внутри всё ещё тлел тот странный огонь. Тело помнило его близость, даже когда разум кричал об опасности. Хищник. Убийца. Император.
Я не понимала, что со мной. Казалось, всё внутри кричит: «Держись от него подальше! Он зол! Он опасен!».
Меня тошнило от страха, но одновременно хотелось прижаться к этой угрозе, чтобы… чтобы… Боже, какие странные мысли в моей голове. Я хочу прижаться к нему, чтобы убедиться в том, что он не причинит мне вреда. Что он не станет меня убивать.
«Дожили!» — проглотила я ком в горле.
Как хорошо, что никто не умеет читать мысли, иначе бы мне сейчас было ужасно стыдно. Так нельзя!
Я поднесла ладонь к лицу. Запах был здесь. Там, где его дыхание коснулось моей щеки. Кожа в этом месте горела, словно там остался ожог.
Тишина давила на уши, звенела в голове. Казалось, даже пылинки застыли в луче светильника, боясь нарушить покой.
На стене вспыхнул тусклый старинный светильник. Его света с трудом хватало, чтобы пробраться в темные углы и осветить невидимого «говоруна». Я же в свою очередь старалась держаться света.
— Я спрашиваю! Кто здесь?!
В моем голосе прозвучали требовательно-плаксивые нотки.
И снова тихо…
Я сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, пытаясь расслабиться, но тело словно окаменело. Каждая мышца сжалась, не давая мне ни на секунду потерять бдительность.
— Ах, мадам, простите! — послышался мужской, со старческим поскрипыванием, голос, а я снова напряглась. — Кажется, вы меня… слышите?
— Да, — прошептала я, тяжело дыша, словно после быстрого бега. Мои глаза шарили по полумраку, словно пытаясь отыскать источник голоса.
— Я прямо обескуражен, — прокашлялся голос. — Простите, если напугал вас!
И тут же он что-то пробурчал: «Немыслимо! Она меня слышит! Это редкий дар!»
— О чем вы? — прошептала я, немного расслабляя плечи и опуская руки. «Ну, если это хотело меня сожрать, то вряд ли бы вело беседы!» — пронеслось в голове, немного успокоив меня. «Ха! Размечталась! А вдруг это — монстр-повар? Он любит готовить жертву! Морально!» — заметил ехидный голос.
— Ах, я даже не знаю, что вам сказать! — заметил голос, а в нем чувствовалось замешательство. — Мадам, а вы сильно боитесь… привидений?
— Да! — тут же выпалила