Но контракт нужно подписать. Дать согласие.
Думаю, мнусь. Сложно сказать, доверяю я Косте или нет. Скорее да. Хотя это ничего не значит – Олегу я тоже доверяла. И это не помешало ему ограбить меня, унизить и выкинуть из квартиры.
От напряжения начинает подташнивать.
В итоге не выдерживаю, понимаю: нужен кто-то со свежей головой. И звоню Машке, ощущая себя той самой блондинкой из древнего фильма про Ивана Васильевича. Которая говорит “Галочка, ты сейчас умрешь!”.
Думаю, что Маша с ходу будет кричать – “Соглашайся!”. Но, оказывается, я плохо знаю свою подругу. Она выслушивает внимательно, уточняет детали, потом молчит и переспрашивает:
– Так. Давай по порядку. Брак будет длиться четыре месяца. Оплата миллион за каждый и квартира после.
– Да, и я не знаю, как мне поступить.
Маша вздыхает:
– Мне очень хочется сказать “подписывай”, но ты у меня – единственная подружка. Я тебя очень люблю и не хочу, чтобы тебе потом было больно. Поэтому давай так. Сейчас раз ты уже в консультации – не трать нервы. Делай все платно. Там же какие-то анализы, УЗИ и прочее – не так много за первый визит. Я тебе эти деньги одолжу, если вдруг ты не захочешь выходить за Зарецкого. Или пусть это будет мой вклад в твою хорошую жизнь – вернешь проценты потом, – Машка смеется. – Будешь мне одалживать свою малышку на выходные в парк каруселей. Всегда хотела покататься, а вроде взрослая уже – одной неудобно.
– Маш, я верну, если что. Уже ищу подработку.
– Кто бы сомневался, – Машка вздыхает. – Давай, прекращай распускать сопли и иди к врачу.
– А дальше? – собственная беспомощность раздражает, но тут в консультации душно и громко и больше всего хочется, чтобы кто-то умный сказал мне, как поступить.
– А дальше мы с тобой выпьем кофе. В “Кофейном доме”, он там в двух шагах. Давай, не стой столбом. Делай все, что надо. Если нет денег на счету – скинь мне код. Я оплачу. Договорились? Лика, выдыхай. Все нормально. Справимся. С Зарецким или без – все путем. Думай о том, чтобы сейчас в консультации сделали все как надо. На врача внимательно посмотри. Сама понимаешь – у меня детей нет, я совсем не знаю, как там и что.
– Хорошо, – у меня гора падает с плеч.
Видимо, стресс и гормональная перестройка как-то влияют, но мне проще сейчас сделать то, что говорит Маша.
На все у меня уходит полтора часа.
Оформляют очень быстро и вежливо, потом поручают меня врачу – приятной и тактичной женщине, которая крайне доброжелательно и осторожно налаживает контакт.
Никаких очередей, дискомфорта и прочего. По итогу у меня папка с направлениями, результаты УЗИ, на котором полный порядок, куча рекомендаций, что делать и чего не делать. И наконец хорошее настроение.
Стоимость услуг ниже, чем я ожидала, плюс доктор делает мне скидку на первый визит, и я понимаю, что нервничала по пустякам. С ребенком все в норме. Состояние для первого триместра вполне хорошее. Доктор настроена позитивно, чего и мне рекомендует.
Когда я вхожу в кафе, Маша уже ждет меня за столиком. Столик самый уютный – два диванчика за искусственной изгородью, подальше от дверей.
– Тебе кофе-то можно?
– Если без коньяка, – я подмигиваю.
– Тогда мой не пей, – Машка шутливо закрывает чашку ладонью.
Заказываю капучино и круассан с земляникой. Пока ждем заказ, Маша не теряет времени, расспрашивает про все, что произошло. Про суд – в подробностях. Про Зарецкого – в еще больших деталях.
Потом читает контракт.
Я редко вижу ее такой задумчивой и серьезной, обычно она как сгусток энергии.
– Здесь есть подвох, – наконец говорит она. – Не очень понимаю какой, если честно, но точно есть.
– Подвох? Что с меня может взять Зарецкий? Маша, он же миллионер. Даже если меня целиком продать на органы, это не окупит таких сумм.
– Говорю же – не знаю. Но узнаю. Может, ваш фиктивный брак будет длиться дольше – тут продление. Или у него есть еще один ребенок, и он его на тебя навесит.
– Да ну тебя!
– Или Миру нужно водить в кружок игры на волынке. Или он влюбился в тебя с первого взгляда и нашел простой способ обманом затащить в загс.
– Угу, вот да – завидная невеста. Бездомная, только что разведенная, на втором месяце.
– Зарецкий в курсе твоей беременности? – Маша прикусывает костяшку.
Я отрицательно мотаю головой.
– Нет. Это не его дело. Ни развод и суд с Олегом, ни мое положение. Еще три месяца особо заметно не будет, а потом, я надеюсь, мне уже не придется давать отчеты постороннему для меня человеку.
Маша долго молчит и потом выдает неожиданное:
– Если бы на твоем месте была бы Вера, она бы подписала контракт, выскочила за Зарецкого замуж, а потом бы заявила, что беременна от него.
Я давлюсь круассаном:
– Маша, ну это перебор! Да и сейчас не средневековье – ДНК-тест стоит копейки, и понять, чей ребенок – дело времени.
– Это когда ребенок уже родился. А пока он в животе – все немножко сложнее, и можно дурить людям голову. И отказываться от теста. Хотя Вера скорее бы сделала аборт и потом уже с чистой совестью затянула Зарецкого в койку. Чтобы с гарантией. Я не к тому, что предлагаю тебе такой вариант, просто прикидываю возможности, – Машка рассуждает легко, значит, много об этом думала. – Первое: ты помогаешь Зарецкому создавать счастливую семью. Второе: ты выходишь за него замуж. И как только происходит первое – ты оказываешься под прицелом прессы и под прицелом его бывшей жены. И пока не происходит второе – ты в очень уязвимом положении.
– В смысле?
– Жена Зарецкого наркоманка. Что там в голове – фиг знает. Она может решить разобраться с тобой простым способом. Нет человека – нет проблемы. Может, поэтому такие суммы в контракте?
– Она уже меня видела, – я рассказываю про визит Оксаны. Закончив, добавляю: – Мне не кажется, что она может на меня накинуться. Она умная, стервозная и хорошо понимает, на кого подумают, если дело вскроется.
– И все же, давай поосторожнее. – Машка допивает кофе и наконец спрашивает главное: – Ты согласишься стать “мамой