Себастиана будто пнули в грудь, отчего он осел на кровати. Такого предательства от брата он явно не ожидал.
— Почему ты думаешь, я все это время был с тобой, засранец?! Почему не бросил?! — и не дожидаясь ответа, продолжил: — Да потому что совесть мне не давала оставить все как есть.
— Ты мог проследить за Аурелией, — тихо сказала я. — Ты же знал, кто его заколдовал.
Француа некрасиво рассмеялся.
— Да, мог. Но в первое время не хотел. — И обращаясь вновь к Себастиану: — Да, я не хотел тебя сразу возвращать к жизни. Мне нравились твои страдания. Наконец-то, великий и прекрасный Себастиан повержен и ни кем иным, как своими амбициями! — чуть не сплевывал слова Француа. — А когда я натешился, я уже не смог найти ведьму. Она словно сквозь землю провалилась!
— Таласи уже обратил ее в Анджали, — сделала я вывод.
— Кто такая Анджали? Да хотя мне все равно. Ведь на тот момент я начал искать уже альтернативные методы «лечения», но безуспешно.
Себастиан молчал. Его взгляд был потерянным, и выглядел он как побитая собака. Не каждый день тебя придает родной брат.
Француа отвернулся к окну. После столь громких и неприятных слов, после стольких лет сокрытия сей информации, его плечи поникли. Он будто высох. Как бы больно не сделал сейчас, все это время эта же боль грызла его самого.
Я подсела к Себастиану. Не зная, что сказать, предпочла просто приобнять его.
Тишина в помещении была густой, будто ее пропитали магией. Однако несущей в себе скорее уныние и обиды, чем радость.
— Я нашел ключ, — гулко произнес Себастиан, что я не сразу поняла смысл его слов.
— Что? — переспросила я.
— Я открыл сейф, — посмотрев на меня, уголком губ улыбнулся он. — У нас есть немного денег. Мы еще успеем проверить теорию слов этой ясновидящей.
Глава 33
Мы обходили лавку за лавкой, но, как на зло, из множества предлагаемых не могли найти подходящих камней. Себастиан настаивал на необходимости их первозданной формы, а не на ограненных, изделия из которых предлагали нам торговцы. Только вот в тексте об этом и не было написано ни слово!
Солнце уже поднималось высоко, его лучи становились все более настойчивыми, а я чувствовала, как надежда ускользает. Отчаяние подкрадывалось, нашептывая о том, что, возможно, мне суждено провести здесь еще несколько долгих месяцев, до самого следующего солнцестояния. Чтобы хоть как-то заглушить этот тревожный голос в своей душе, я заказала себе чашку обжигающе горького кофе. Присев за столик, пила его запивая сладкими кубиками сахара, словно пытаясь найти утешение в этом простом ритуале.
Себастиан, тем временем, исчез, оставив меня наедине с моими мыслями и витавшем в округе ароматом специй. Он отправился на поиски последнего, как он выразился, "верного" места, которое, по его воспоминаниям, могло таить в себе искомое. Но семь лет — это долгий срок, и мир вокруг менялся с неумолимой скоростью. Его знания, некогда точные и надежные, теперь могли оказаться лишь бледным отголоском прошлого.
Откуда ни возьмись появился Француа и подсел ко мне за столик. Он выглядел спокойным, даже грустным. Оно и понятно: с нашими хлопотами у Себастиана с самого утра не было подходящего момента с ним поговорить.
— Можно? — любезно спросил он разрешения сесть, на что я кивнула. И пусть я тоже была зла на него, но понимала, что эта злость ни к чему хорошему не приведет: время не повернешь вспять и, как сказал сам метрдотель, он все эти годы пытался спасти Себастиана. Он осознал свои ошибки.
— Как проходят поиски камней? — тихо спросил он, я же помотала головой.
Не то что я не хотела с ним разговаривать, просто понимала, что еще немного я расплачусь. Меня бесило обнадеживание Себастиана, что на рынке в Марамбе можно найти все, что душе угодно, а тут какие-то камни найти не можем. Бесило, что я понадеялась на этот успех покинуть этот мир и даже не составила план «Б: а вдруг нет».
Меня выводило из себя моя никчемность в поисках. Ходить и каждого встречного спрашивать: «А вы случайно не знаете того, кто мог бы продать нам природные минералы?» Это было так глупо, хоть я и продолжала это делать несколько часов.
— Изи, — мягко произнес Француа мое имя, отчего я подняла на него глаза. — У меня есть то, что вам нужно.
От его слов мое сердце пропустило удар, и я чуть не подавилась кофе, выпучив глаза.
— Только что добыл лазурит и увидел тебя, — мило улыбнулся он. Признаться честно, я на мгновение подумала, не разыгрывает ли он меня. — Я конечно же отдам их тебе, но у меня есть еще маленькая просьба…
«Ну вот куда же ты без корыстных целей», — подумала я.
— … передай как переместитесь в ваш мир эту записку Себастиану. Я хочу, чтобы он знал.
Француа протянул мне сложенный пергамент. Я смотрела на это послание и кивнула, чтоб проверить, так же легко ли мужчина выложит камни. Однако через несколько секунд, он все же положил на стол мешочки.
— Их нельзя смешивать. Они магические, ты же знаешь, — сообщил он.
Я все же решила посмотреть содержимое и да это однозначно оказались теми самыми камнями. И тут я не выдержала и все же расплакалась. Но уже от радости.
— Эй, Из, не надо, — положил он свою потную ладонь на мою. — Это минимум, что я мог сделать для вас, — и немного замявшись, он будто увидел кого в толпе, быстро проговорил. — Я еще обещал тебе чемодан господина Саагаши. Однако не успел его вывести из отеля, поэтому спроси о нем у Себа. Думаю, он не откажет, — и уже вставая, попрощался: — Что ж, спасибо тебе. И прощай.
Пока я пыталась совладать с чувствами и одновременно убрать пергамент со стола в карман, он уже исчез из кафе, зато ко мне подсел Себастиан. Его лицо, до этого полное все еще решимости, слегка приуныло.
— Вроде как я нашел старика, что сможет порыться в закромах и найти нам раухтопаз. Но нужно время, — но увидев мои заплаканные горящие глаза, скептически спросил: — Только не говори, что ты заключила сделку с дьяволом ради этого.
Мы уже обсуждали это, как один из вариантов, когда вышли из десятой скорее всего лавки по продаже драгоценностей. Себастиан был против этого шага, ведь мало того, что я уже заключила одну сделку, так, по его словам, пока еще не все