— А, ну, это да. Чешется всё жутко, и цепляюсь постоянно ими за все углы. Жуть, как неприятно. — Арман аж скривился при этих словах.
— Да, вспомнил, Батон тебя звал на работу в свою клинику. Сказал, что хорошие хирурги у него на вес золота. Пойдёшь?
— Нет. Пока точно нет, а там видно будет. Хотя, вряд ли, я своё в больнице уже отработал. Хватит. Лучше к Седому пойду. Там веселее.
Я обратил внимание на Абирона, который передвигался по кухне молниеносными рывками и успевал помогать всем троим. То подаст, то нарежет, то помоет. Даже в глазах стало мельтешить от этого.
— Аби, тебя не выматывает постоянное использование дара?
Насколько мне помнится, дар требует колоссальных затрат силы и энергии. Обычно после использования происходит откат, иногда доходит до потери сознания у иммунного. Бывали и летальные исходы.
— Когда вот так, по чуть-чуть, с перерывами, то — нет, а если больше минуты, то тогда тяжеловато, но я почти семь минут могу им пользоваться. Это мой рекорд!
— За этот рекорд тебе чуть голову не оторвали. Забыл? — сказал Филин, строго посмотрев на парнишку. Тот смутился.
— Забудешь тут, как же.
— Его Батон два дня с того света вытаскивал, — принялся рассказывать Арман.
— Мы в рейд этого щегла взяли, за шмотками. Ничего опасного, всё отработано, а на обратном пути на стаю мутантов нарвались. И этот вот герой номер отмочил. Больше половины стаи перебил, пока мы с одним Рубером возились и вторую половину тварей гасили.
— Но, зато без потерь же обошлось! — Попытался возразить Абирон — Ни один клокстоппер в нашем стабе не смог бы семь минут продержаться, — пробурчал он себе под нос, — а я почти смог.
— Вы что, время засекали? — удивился я такой точности.
— Ага! Вот. — Мальчик протянул мне руку: на запястье был матовый чёрный браслет. Никаких экранов или кнопок, обычный ремешок шириной не больше сантиметра.
— Аби, я не знаю, что это.
— Это — измеритель. Он всё считает постоянно, от частоты пульса, до времени в ускорении. Даже сколько километров ты за день прошёл — тоже знает. Вот смотри, — он нажал большим пальцем на браслет с внутренней стороны запястья. Над рукой появился виртуальный экран, сантиметров двадцать на пятнадцать, с перечнем действий и потраченного на это времени.
— Это общее меню, а управляется он голосом. Круть, правда? Это мне папа подарил. Он говорил, что на Земле что-то похожее есть, но этот круче. Кирдовский! Ты знаешь, кто такие Кирды?
— Вроде как. Это те, которые впереди планеты всей. Правильно?
— Ааа-эээ, не знаю, как это?
— Ну, это значит, что у них лучшая техника, лучшая еда, лучшее всё.
— А-а-а, ну да, точно.
— Хорош цацкой хвастать. Есть садись. — сказал Арман, ставя на стол тарелку с хлебом.
* * *
Я лежал на кровати у себя дома, в спальне на втором этаже. Пялился в потолок и думал, анализировал, прокручивал все события минувшей недели. Пытался понять, что это, необыкновенное везение, или кто-то просто решил мне дать желаемое и посмотреть на результаты? А может, всё это лишь совпадения? Что такое этот Стикс, или кто? Большая разумная Планета, зависящая от живой энергии, поставляемой копируемыми кластерами? Искусственно созданный для каких-то экспериментов полигон? Так или иначе, но думаю, что платить по счетам придётся, и чем больше получаешь, тем больше надо потом отдать. Скреббера, значит, требуется добыть? Да не проблема, в чем вопрос, добудем его, как миленького! Я усмехнулся собственной иронии и тут же ужаснулся, вспомнив прочитанные, зловещие слова:
«Если вы видите что-то страшное, ужасное и непонятное, то вы видите скреббера» — дословно не помню, но как-то так. И то, что элитники скребберов как огня боятся, тоже смелости не добавляет.
— Ох, голова моя дурная, думай! Шапку тебе куплю. С ушками…
Встал с кровати, походил по комнате.
— И где мне искать этого страшного и ужасного?
Подошёл к шкафу, открыл. Зачем? Сам не знаю. Просто моторика. Уставился на висящие на вешалках вещи Каштана. Я занял его спальню. На втором этаже три спальни. Одна обставлена для девочки. Стены все в бабочках и сказочных единорогах, широкая кровать с балдахином, с сидящим на ней огромным плюшевым медведем. Шкаф-купе с большим зеркалом. Плазма на пол стены, игровая приставка. Куклы и ещё куча всякой девчачьей нужности. Две другие были, словно зеркальное отражение друг друга. Поэтому я выбором не заморачивался. Сразу поселился в ближайшей от лестницы. Большую часть этажа занимал спортзал, расположенный как раз над гаражом, с люком в полу, видимо, запасный выход прямо к машине. Напротив спортзала — две двери: ванная комната и уборная. Всё аккуратно, чисто. На первом этаже — гостевая, плавно переходящая в кухню, совмещённую со столовой. Комната для гостей, практически такая же, как и две зеркальные наверху. Совмещённый санузел, кладовая и довольно большой гараж. Как я сегодня узнал от Армана, Каштан был столяром-краснодеревщиком до попадания в Стикс, Рыжий — ландшафтным дизайнером. Вот откуда все эти резные беседки, отделка дома изнутри и снаружи, клумбы и фонтанчики с булыжниками. Даже качели на дереве с листочками на верёвках. Профессия и цвет волос — это то, что их различало, а так, даже набор вещей в шкафах был одинаковым. Мне показалось, что характер тоже немного разный, хотя, может и вправду, показалось. Это подтверждало версию о множестве параллельных реальностей с небольшими различиями. Значит, мой двойник обязательно будет чем-то отличаться. Его мир, скорее всего, не совсем такой, как мой. Может, его близкие живы, а он не вернулся домой, или вместо медицинского пошёл в армию. Если мой кластер быстрый, то получается, что мои двойники прилетают сюда регулярно. Я же так и не узнал, через сколько перезагрузка. Надо сходить, посмотреть… а надо ли? Может, ну, его, психика-то не железная. А, может, какой-то из двойников иммунный прилетит, или кто из соседей… или мои живые… Я сегодня впервые был рад тому, что я сирота. Это мой безумный мир, но никак не их. Им тут не место. Постоял у шкафа, посмотрел на вещи, вдруг услышал за спиной вежливое покашливание:
— Кхе-кхе.
Обернувшись, увидел Каштана, сидевшего на краю кровати.
— Не напугал? — спросил призрак.
— Да не, привык уже, вроде. Ты один? А где…
Не успел закончить вопрос,