Загружаю снимки в ноутбук, потом просмотрю и отберу лучшие. Рука толкает мышь к папке, в которой хранятся фотографии Вахида. Открываю, долго разглядываю каждый снимок. В очередной раз убеждаюсь, что отснято прекрасно. Без какой-либо обработки они заслуживают, что бы их увидел мир. Правильно падающий свет подчеркивает его сильное мужественное тело. Выглядит хищником, уснувшим после охоты и тяжелого дня…
Стук в дверь отвлекает меня. Закрываю папки и опускаю крышку ноутбука. Не заметила, как пролетело время, на часах почти девять вечера…
Глава 12
Нея
Подхожу тихонько к двери. Открывать не хочу. А что если там Лера. Или Вахид…
Даже не знаю, что хуже.
Стук повторяется. Вдох-выдох, заставляю себя подойти и повернуть ручку двери.
— Доставка ужина в номер, — молодой мужчина в одежде официанта держится за ручку тележки. Выразительно смотрит на меня, намекая, что мне нужно отойти в сторону. Я не спешу впускать его в свой номер.
— Я ничего не заказывала, это какая-то ошибка, — мотаю головой.
— Триста третий?
— Да, — удивленно отвечаю.
— Заказ на Суслову Нею.
— Это я, — ничего не понимая, отхожу в сторону.
Мужчина с именем Родион на бейдже закатывает столик в номер, желает приятного ужина и неспешно движется к двери.
— Столик оставьте в коридоре его заберут, — сухо произносит он напоследок. Я с опозданием понимаю, возможно, он ждал чаевые. Ну извиняйте, не знала. Раньше мне ужин в номер не подавали.
Подхожу к столику. Под клошерами салат, мясо и овощи приготовленные на мангале, домашний лимонад. Ароматы стоят такие, что живот начинает урчать, а во рту скапливается слюна, только успевай сглатывать. Замечаю средь тарелок белый небольшой конверт. Вытаскиваю и разворачиваю.
«Поешь» — одно слово, написанное ровным твердым почерком.
Я знаю, кто проявил обо мне заботу. Сердце трепещет в груди. Он заметил, что я не спускалась к ужину, что пропустила обед. Думал обо мне? Переживал?
Понимаю, что накручиваю себя, что вижу то, чего нет. Я хочу в это верить. А на деле, пока я буду ужинать, Вахид поднимется в номер с Лерой и займется с ней сексом.
Аппетит пропадает, из глаз текут слезы, пока я заставляю себя поесть. Завтра мне придется выйти к ним, улыбаться, общаться и выполнять свою работу, ради которой меня сюда пригласили.
Я не должна выглядеть как привидение, как девочка, которой разбили сердце. Никто не должен знать, что я страдаю от безответной любви. Пусть он запомнит меня красивой и жизнерадостной. Его жалость мне не нужна. Это будет завтра, а сегодня я еще немного пострадаю…
В два часа ночи, когда на обширной территории не остается отдыхающих, гости давно перебрались в ночные бары, где, судя по всему, так же проводят время Лера и Вахид, я одеваюсь, беру с собой фотоаппарат и спускаюсь в пустое сонное фойе. На ресепшене дежурят сотрудники отеля, провожают меня милой улыбкой, хотя во взгляде полное непонимание, куда я поперлась в такое время ночи.
Наслаждаясь тишиной и покоем, вдыхая холодный морозный воздух, я брожу по округе, делая снимки. Взбираюсь на пригорок, отсюда дорога ведет к тюбинговой трассе и канатной дороге. Потрясающий открывается вид, дух захватывает. От величия темных гор все внутри сжимается. Переживаешь одновременно восторг и страх, восхищение и тихую панику. Такая мощь… сила… энергия.
Здесь тоже горят фонари, но я отхожу в темный угол, чтобы сделать несколько кадров под естественным освещением. На фоне гор звездное небо и большая полная яркая луна. Я предвкушаю, какие красивые получатся снимки. Вернусь днем и для сравнения еще раз все отсниму.
Мое внимание отвлекают чьи-то шаги. Уверенные тяжелые. Каждый нерв вибрирует, словно предупреждает об опасности. Может охрана обходит территорию? Застываю. Боясь выдать свое присутствие даже не дышу. Ничего противозаконного не делаю, тогда откуда страх?
Шаги становятся ближе. Тот, кто приближается, точно знает куда идет. Прятаться на открытом плато смысла нет.
— Ночью не стоит выходить одной из номера, — от этого голоса и заботы в нем слезы наворачиваются на глаза. — Пьяных дураков здесь хватает, да и упасть можно неудачно, скользко кругом, — подходит ближе, я пытаюсь справиться с эмоциями.
— А вы, почему не спите? — проталкивая ком в горле, устало выдаю я.
— Потому что ты не в номере и бродишь одна ночью, — строго выговаривает Вахид.
— Откуда вы узнали, что я не в номере? — мое сердце от волнения сжимается в груди.
— Я несу за тебя ответственность и должен все о тебе знать, — уверенно и спокойно, будто имеет права на мою жизнь.
С чего вдруг?
— Я сама за себя отвечаю. Я давно взрослая, — с бравадой, от которой горестно.
— Ты еще девочка… совсем девочка, — так нежно, что ком встает в горле. Вот как у него так получается? Одной фразой разбередить душу!
— Вам есть о ком переживать, — выдаю с обидой в голосе. Пыталась ее скрыть, не вышло.
Вахид подходит совсем близко. Я не хочу им дышать! Не хочу! Но затягиваюсь ароматом его парфюма, словно токсикоманка.
— Есть, — отвечает он. — Но переживаю я за тебя, — добавляет, совсем другим тоном.
От его заботы больно, потому что он дает надежду и тут же ее отбирает. Вскидываю на Вахида свой взгляд. Пытаюсь понять, что стоит за его словами. Он ведь тоже это чувствует? Чувствует же?
— Не смотри на меня так… — рычащим тихим голосом. — Не рви душу, Нея. Я не должен был приглашать тебя в эту поездку, — едва заметно ведет головой, будто злится на себя за слабость. — Не должен был целовать, — продолжает он. Моя обида вспыхивает в груди, словно факел облитый смолой.
— Но поцеловал! — с претензией, на которую не имею право. Я хотела этого поцелуя. Я и сейчас хочу, чтобы он не отпускал меня.
— Поцеловал, — соглашается Вахид. — Не думал, что будет так… — не договаривает.
— Как? — спрашиваю, потому что хочу услышать о его чувствах.
Закрывает глаза, зло затягивается воздухом. Его крылья носа трепещут, пока он пытается взять себя в руки, погасить волну гнева.
— Давай остановимся, продолжения не будет, — выдает Вахид. Совсем не этого я ждала. Меня топит разочарованием.
— Почему? Если нас тянет друг к другу…
— Я не могу себе позволить тебя, как бы этого не хотел, — не дослушав, перебивает.
— Это из-за Леры? — смахиваю перчаткой слезу, которая на морозе обжигает тонкую кожу щеки.
— Это из-за тебя, — поддается вперед и стирает подушечкой большого пальца слезу с другой щеки.
— Из-за меня?
— Из-за тебя, — понижая голос до проникновенного шепота. — Если мы не остановимся, я сделаю тебе больно.
— А