Рядом с ним вертелись несколько парней и девушек, ловивших каждое его слово, каждый жест. Он что-то сказал негромко, и его свита взорвалась смехом. Смех был громким, немного натужным — смехом тех, кто хочет угодить.
Настя замерла на мгновение, инстинктивно пытаясь стать невидимой. Марк Демидов. Сын одного из самых влиятельных людей города, владельца крупнейшей юридической фирмы «Демидов и Партнеры». Его имя давно стало синонимом проблем на юридическом факультете. Ходили легенды о его наглости, хамстве на парах, о том, как он открыто игнорировал преподавателей, считая их ниже себя. Говорили, что из-за его выходок и давления на педагогов несколько преподавателей уже ушли из университета. Не выдержали. Но официально это, конечно, не звучало. Отец, Аркадий Демидов, мастерски гасил скандалы щедрыми пожертвованиями: то новый компьютерный класс оборудовал, то ремонт в библиотеке оплатил. Марк оставался неприкосновенным. Его вседозволенность казалась безграничной.
И вот теперь он здесь. На третьем курсе. Ее курсе? Настя сжала папку с лекциями так, что костяшки пальцев побелели. Она быстро пробежала взглядом по расписанию в своем блокноте. Да. Сегодня у нее... первая пара по римскому праву именно у третьего курса. Группа Демидова.
Холодок тревоги, возникший при словах Егора, превратился в ледяную волну, пробежавшую по спине. Она резко отвернулась от шумной группы, стараясь идти быстрее, к двери своего корпуса. Но почувствовала на себе взгляд. Тот самый, холодный, оценивающий. Будто хищник отметил движение в кустах. Она не обернулась, но спиной ощутила его — этот взгляд скользнул по ее фигуре, по строгой юбке, по собранным в тугой узел волосам. В нем не было интереса, лишь любопытство, смешанное с привычным презрением ко всему, что не входило в его орбиту.
Настя втолкнула себя в стеклянную дверь, оставив за спиной осенний воздух, смех и давящее присутствие Марка Демидова. В коридоре было тише, но тревога не отпускала. Она мысленно перебирала свои лекции, конспекты, пытаясь сосредоточиться на праве XII таблиц, на императорах и юристах давно минувших эпох. Но перед глазами все стоял тот образ: самоуверенный красавец у подножия статуи, чей один лишь взгляд заставил ее почувствовать себя... неуверенной. И это чувство злило ее больше всего.
«Хорошо, Марк Демидов, — подумала она, поднимаясь по лестнице в свою аудиторию. — Посмотрим, как ты себя поведешь на моей паре». Горечь потери, одиночество, профессиональная гордость — все смешалось в ней в единый, твердый комок решимости. Она не позволит этому мажору испортить ее третий учебный год. Ни за какие ремонты в библиотеке.
Глава 2. Первая Битва при Форуме
Аудитория 307 встретила Анастасию Сергеевну тихим, деловым гудением. Парты, расставленные амфитеатром, были заполнены примерно наполовину. Адекватная половина группы — те, для кого учеба была не бременем, а возможностью. Они приветливо встретили ее взглядами, некоторые улыбнулись. Пахло свежей краской, древесной пылью от недавно отремонтированных подоконников (очередной «подарок» Демидова-старшего?) и легким волнением начала новой дисциплины.
— Доброе утро, — четко произнесла Настя, ставя папку на кафедру. Ее голос, чуть более низкий, чем можно было ожидать от ее хрупкой фигуры, легко заполнил помещение. — Меня зовут Анастасия Сергеевна Королева. В этом семестре мы с вами погрузимся в основы римского права — фундамент, на котором стоит вся современная юридическая мысль.
Она начала лекцию. Спокойно, уверенно, с глубоким знанием предмета. Говорила о Законах XII таблиц, о переходе от обычного права к писаным нормам, о mos maiorum — нравах предков, как источнике права. Большинство студентов внимательно слушали, делали пометки в ноутбуках и тетрадях. Время от времени кто-то задавал уточняющий вопрос — разумный, по делу. Настя отвечала, ловя этот момент взаимопонимания, профессионального интереса. Это было ее пространство. Пространство знания и уважения. Она чувствовала себя на своем месте.
Идиллия длилась минут двадцать. Потом дверь аудитории с грохотом распахнулась. Несколько опоздавших ввалились внутрь, словно не студенты, а участники шумной вечеринки, заглянувшие по ошибке. Их было человек пять.
Впереди шли две девушки. Их внешность кричала громче любого слова. Слишком короткие юбки, обтягивающие кофты с глубокими вырезами, яркий, почти театральный макияж. Они шли, громко перешептываясь и хихикая, явно перепутав профессию юриста с работой в ночном клубе или инстаграм-моделированием. Их взгляды скользнули по аудитории с преувеличенным скучающим видом.
Следом вошли трое парней. Двое — крепкие, с нарочито небрежными прическами и дорогими спортивными куртками, явно телохранители или просто «свита» по жизни. А между ними — Марк Демидов.
Он вошел не спеша, с той же развязной самоуверенностью, что и во дворе. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по Анастасии Сергеевне, задержался на секунду дольше, чем на остальных, и тут же перешел к поиску свободных мест. Его свита громко переговаривалась, стулья скрипели, падали рюкзаки.
— Простите за опоздание, молодая преподавательница, — бросил Марк через плечо, не глядя на Настю, растягивая слово «молодая» с явной издевкой. Он устроился на заднем ряду, откинувшись на спинку стула, закинув ногу на ногу. Его друзья глухо хихикнули. «Дорогу, видите ли, не знали. Этот ваш… Римский Форум… или что там?»
Настя замолчала. Весь класс замер. Она внимательно осмотрела вошедших. Взгляд ее скользнул по вызывающе одетым девушкам, потом по наглым парням, и наконец остановился на Марке. Она не стала повышать голос, но ее тишина была громче крика.
— Опоздание зафиксировано, — произнесла она ровным, ледяным тоном, глядя прямо на Марка. — Места свободные — позади. Прошу не мешать учебному процессу. Мы изучаем основы римского права, которые, несмотря на ваше сомнение, господин Демидов, являются не архаикой, а живым инструментом понимания современных правовых систем. От контрактного права до понятия собственности.
Марк усмехнулся, игриво вертя дорогую ручку.
— Ох уж эти древние римляне… Какое нам, будущим практикующим юристам, до них дело? В суде цитатами из Юстиниана не отмажешься. Нужны связи, деньги, умение договариваться. — Он подчеркнул последнее слово, его взгляд скользнул по строгому жакету и собранным в тугой узел волосам Насти.
— Или вы думаете, что ваши лекции о каких-то табличках научат нас этому? Выглядит… уныло.
В аудитории повисла напряженная тишина. Даже его свита затихла. Адекватная половина группы смотрела то на Настю, то на Марка, ожидая взрыва. Анастасия Сергеевна сделала глубокий вдох. Внутри все клокотало. Ее задели. Задели ее профессию, ее предмет, ее внешний вид. Но вступать в перепалку с наглым студентом на его уровне — значило опуститься. Она собрала всю свою волю.
— Римское право,